Через четыре дня после вынесения оправдательного приговора Шерри в мой кабинет вошла миссис Рингго.

Она была одета в черное, и на ее красивом, но безвольном восточном лице лежала печать беспокойства.

– Пожалуйста, не говорите Дольфу, что я приходила к вам, – были ее первые слова, обращенные ко мне.

– Конечно, если вы настаиваете, – пообещал я.

Она села и посмотрела на меня широко распахнутыми глазами.

– Он так безрассуден... – сказала она.

Я кивнул в знак сочувствия, еще не зная куда она повернет разговор.

– И я так боюсь, – она стала заламывать руки в перчатках. Ее подбородок и губы задрожали. – Они вернулись в бунгало.

– Точно? – новость заставила меня опуститься в кресло. Я знал, кого она имела в виду.

– У них может быть только одна прична вернуться, – продолжила она в слезах. – Они убьют Дольфа, как убили моего отца. А он не слушает меня. Он настолько уверен в себе... Смеется надо мной. Называет меня дурехой, и что он может позаботиться о себе сам. Но это не так. По крайней мере пока у него рука в гипсе. Они убьют его, как убили моего отца. Я знаю. Я знаю.

– Ненавидит ли Шерри вашего мужа так же сильно, как и вашего отца?

– Да, это так. Он ненавидит. Дольф работал на папу, но его роль в том деле, которое погубило Хью, гораздо больше, чем моего отца. Прошу вас, сделайте что-нибудь, чтоб спасти Дольфа. Вы поможете?

– Конечно.

– Я не хочу, чтоб Дольф знал об этом, – настаивала она. – Если он обнаружит, что вы присматриваете за ним, не говорите ему, что это я приходила к вам. Он рассердился на меня, когда я попросила позвонить к вам... – она остановилась и посмотрела на меня, не зная как сказать. Я предположил, что ее муж нелестно высказался о моей способности защитить ее отца. – Он отказался.

– Когда они вернулись?

– Позавчера.

– Я буду там завтра, – пообещал я. – Если хотите, я дам вам совет: Сообщите мужу, что наняли меня. Но если не желаете, что же, тогда молчите.

– Вы не допустите, чтобы что-то плохое случилось с Дольфом? Правда?

Я пообещал сделать все, что в моих силах, принял небольшой аванс, дал ей расписку и проводил ее до двери.

В тот же вечер, как раз перед наступлением сумерек, я прибыл в Фэавэлл.