1903

– Ну, что ж, выпьем за начало новой жизни! – сказала тетушка, поднимая бокал с коллекционным французским вином.

Прошло две недели со дня отъезда Марка, и наконец-то приехала тетушка. Я была безумно рада ее приезду. Мы сидели за тем же столом на веранде, где я еще так недавно сидела с Марком, и пили вино по случаю ее приезда.

– За начало новой жизни! – повторила я, подняв бокал. – Правда, я еще не знаю какой, но что-то мне подсказывает, что вы как раз знаете. – Я с любовью взглянула на тетушку и воскликнула: – Тетушка! Как же я рада вас видеть! Я так ждала вашего приезда!

– Верю, девочка, верю! – сказала тетушка. – Как я вижу, ты не особо убиваешься по Марку.

– Вообще-то я переживала очень сильно, когда он уехал. И до сих пор не уверена, что я правильно поступила, отклонив его предложение. Мне пришлось вспомнить все практики освобождения от печали! – поделилась я с тетушкой.

– Видишь, как хорошо, что тебе было чем заняться? – улыбнулась тетушка. – И что же помогло больше всего?

– Я совершила путешествие в параллельные миры! Я села в воображаемую машину времени и перенеслась на пять лет вперед – и увидела мое будущее с Марком, а потом перенеслась на пять лет вперед в мое будущее без него, – рассказывала я ей.

– Разве я тебя этому учила? – изумленно спросила тетушка.

– Нет, я придумала сама. Мне было так тяжело, меня мучили сомнения, правильно ли я сделала, что отказалась от него. Мне хотелось броситься за ним и умолять его вернуться, я не могла спать и практически перестала есть. И в одну из бессонных ночей я сказала себе: может, мне и не дано видеть будущее, но я смогу почувствовать правильность своего выбора.

И тогда я поднялась в золотом шаре до сто седьмого этажа и, пройдя по семнадцати ступенькам вверх до сто восьмого этажа, зашла в коридор времени и открыла дверь в комнату с летающим кораблем. Я села в него и мысленно полетела в будущее, посмотрела на нашу жизнь вместе с ним, а потом посмотрела на мою жизнь без него.

Я постаралась детально описать тетушке мои действия.

– Да, девочка моя, ты явно делаешь успехи, – с интересом глядя на меня, сказала тетушка. – И что же ты увидела?

– Когда я попала в мир, где мы вдвоем с Марком, я увидела нас сидящими в шезлонгах на берегу моря и с умилением смотрящими на играющего маленького мальчика, по-видимому, нашего сына. Картина дышала спокойствием и счастьем, – вспоминала я.

– А что же ты увидела в мире без Марка? – тетушка была явно заинтригована.

– Я увидела себя в центре зала, окруженной толпой смеющихся и улыбающихся молодых девушек, может быть, моих учениц. Навстречу ко мне шел другой мужчина, и в его глазах была такая любовь ко мне, такое поклонение! В нем видна была такая внутренняя сила, такая властность, и я поняла, что без этой встречи я всю жизнь буду что-то искать. Знаете, тетушка, было бы проще, если бы одна из картин была темной и мрачной, а другая радостной и светлой. Но оба эти пути были хороши.

– Почему же ты не выбрала Марка? – недоуменно посмотрев на меня, спросила она.

– Когда я вернулась из этого путешествия, то вдруг поняла, что, вернув Марка, поступлю нечестно по отношению к нему. Даже став его женой, я все время буду чувствовать зов того мужчины. А может быть, это была лишь игра воображения, через пять лет я буду одинокой и несчастной и стану рыдать у тебя на коленях и корить себя за глупость? – Я взглянула на тетушку.

– Мы всегда делаем выбор! Каждую секунду выбираем тот или иной путь, а ты выбрала более трудную дорогу. Потому что мужчина, о котором ты говоришь, один из тех, кто решает судьбы мира, и он даже не взглянет на тебя, какая ты сейчас, несмотря на все твои знания и умения. Ты узнала только основы, и пока не разберешься со всеми архетипами мужчин, пока не откроешь в себе все архетипы женщин, ты не сможешь встретиться с настоящим властителем.

Тетушка внимательно смотрела на меня.

– Может, это займет пять лет, может, и больше. Кто знает? Ты еще можешь вернуть Марка. Он рассержен и обижен, но он любит тебя и примет, если ты приедешь к нему. – И остановившись, она долила мне вина.

Мы молчали, смакуя вино и думая каждая о своем. Я смотрела на розовеющие под лучами заходящего солнца вершины гор и размышляла о том, сколько историй любви развивалось у их подножия. Какие из этих историй изменили мир, а какие просто канули в Лету? Я спрашивала себя, какую историю я хочу написать про свою любовь. Тетушка прервала мои размышления.

– Так мы собираем вещи и едем в Петербург или… – обратилась она ко мне.

– Или что? – ответила я вопросом на вопрос.

– Или ты готова броситься в неизведанное и стать настоящей властительницей мира?

– А что, у меня есть шанс? – все еще раздумывая над собственной судьбой, спросила я.

– Шанс всегда есть, все зависит от тебя. Тебе не избежать встречи с твоей половинкой, но от тебя зависит, станет ли эта встреча лишь мимолетным эпизодом, оставляющим только сожаление, или она изменит мир. – Тетушка ждала моего ответа.

– Но почему все зависит от меня? Почему не может появиться нужный мне мужчина и, подняв меня на руки, унести в другой мир? Почему мужчина не может найти меня и сказать, что я его судьба? – опять задавалась я старыми вопросами.

Тетушка печально посмотрела на меня и сказала:

– Придется повторить все сначала! Потому что любовь – дело женщины. Потому что у мужчины другие задачи, и, чтобы взгляд истинного ценителя заметил тебя, ты должна превратиться из неотшлифованного камня в бриллиант. Это, конечно, избитое сравнение. Но оно верно. И чем больше у тебя граней, тем больше взоров ты привлекаешь, тем больше твоя ценность.

Тут я вспомнила про бриллиант, подаренный Марком.

– Тетушка, я совсем тебе забыла показать кольцо, которое мне подарил Марк.

Я убежала в дом. Вернувшись через несколько минут с коробочкой, я показала ей подарок.

– Посмотри, какой красивый камень, – сказала я тетушке. – Если я отказала Марку, мне надо вернуть его? – спросила я тетушку.

– Нет, он подарил тебе кольцо, ценя то время и любовь, которые ты дарила ему. Но все-таки, какое же окончательное решение ты приняла? – еще раз спросила меня тетушка.

– А что, у меня нет времени еще подумать? – попыталась я оттянуть момент принятия решения.

– Нет, – прищурившись, сказала Софья Николаевна.

2003

– У меня есть для вас сюрприз, – сказал хозяин гостиницы.

Я улетела в Шамони. И вечером в четверг, уже подъезжая к гостинице, я смотрела на нее совсем другими глазами. Мне казалось, каждый камень хранил воспоминания о прабабушке.

Отдав чемоданы, я обошла особняк и подошла к веранде, смотрящей на Монблан. Солнышко пригревало, и уже была выставлена летняя мебель. Я смотрела на изящный плетеный столик и стулья и явственно представляла все события столетней давности. Еще раз взглянув на горы, я вошла в гостиницу.

Встреча с хозяином была назначена на завтра, и впереди у меня была целая ночь. «Как интересно, – думала я, – когда я вошла в этот особняк впервые, мне все казалось чужим, но стоило мне узнать, что он принадлежал прабабушке, как каждая вещь приобрела особенный смысл».

Революция разрушила многие семейные гнезда, и люди утратили многое, но самое главное – они потеряли те места, где могли набираться сил. К сожалению, понимание этого приходит где-то ближе к тридцати годам, когда начинаешь по-новому смотреть на семейные ценности и на те вещи, которые любовно собирали твои предки. Знание истории своего рода дает человеку огромную поддержку, ты словно оживляешь спящую силу предков. И, поднимаясь по лестнице, я еще раз остановилась перед портретом княгини Ренар.

«Как ты думаешь, я правильно сделала, что отказала Матвею?» – беззвучно спрашивала я прабабушку. Огромные голубые глаза смотрели внимательно и задумчиво, и лишь две маленькие ямочки на щеках делали лицо немного лукавым. Конечно, прабабушка ничего не ответила, но уже сознание того, что она когда-то именно здесь мучилась теми же сомнениями, подбадривало меня.

Утром я встретилась с новым хозяином гостиницы. Антуан, худощавый, но мускулистый француз с зелеными глазами, опушенными густыми ресницами, больше походил на лыжного инструктора, чем на директора гостиницы.

Поймав мой удивленный взгляд, он улыбнулся и объяснил, что достаточно долго был инструктором, но потом уехал работать в Австралию, а вернувшись через несколько лет в Шамони, купил этот заброшенный дом и, отреставрировав его, открыл гостиницу.

– К сожалению, когда я его купил, почти все вещи были проданы или потеряны, многое пришлось восстанавливать по старым фотографиям, но, кажется, мне удалось возродить дух ар-деко, – гордясь собственными достижениями, закончил Антуан.

– Да, вам действительно удалось совершить невозможное. Могу представить, сколько времени, сил и денег это потребовало, – похвалила я его. Он пристально разглядывал меня и, видимо, придя к какому-то решению, задумчиво сказал:

– А вы действительно похожи на свою прабабушку. Знаете, – вдруг уверенный в себе мужчина застенчиво улыбнулся, – когда я смотрел на портрет вашей прабабушки, то думал, что это та женщина, которую я бы смог полюбить, и очень жалел, что она жила сто лет назад. Даже в самых смелых мечтах я не мог представить, что когда-нибудь встречу женщину, столь похожую на нее, – тихо продолжил он.

Я смущенно опустила глаза.

– Надеюсь, что я похожа на нее не только внешне, – так же тихо ответила я.

– Тогда вам будет интересно кое-что про нее узнать, – сказал Антуан и, встав из-за стола, пошел в глубь дома. Я с любопытством последовала за ним. Мы поднялись на второй этаж и вошли в кабинет. Выбеленная французская мебель даже кабинет превращала в нечто легкое и воздушное. Столик на изогнутых ножках, камин из белого мрамора, открытые полки, заполненные книгами на нескольких языках, и висящая над камином картина с четырехлепестковым маком.

Я словно перенеслась в будуар княгини Ренар. Представила, как здорово, лежа на козетке из кожи цвета топленых сливок, читать или любоваться Монбланом. Пока я предавалась мечтаниям, Антуан подошел к изящному бюро и достал потемневший от времени серебряный обруч. – Вот мой сюрприз! – торжественно сказал он и протянул мне обруч. – Когда мне сказали, что вы интересовались княгиней Ренар, то я вспомнил о нем и решил, что, может, для вас все это будет полезно.

Я с трепетом взяла в руки старинный обруч и, потеряв от изумления дар речи, смотрела на сокровище, которое, казалось, было утеряно навсегда.

1903

Я все еще молчала, погруженная в воспоминания.

Я еще раз вспомнила все наши встречи с Марком, всю нежность, всю боль, все безумие моей любви и то, что благодаря тетушке я узнала о женской энергии, состоянии хозяйки, девочки, любовницы и королевы. У меня появилось ощущение, как будто я закончила только начальную школу и передо мной открывалась возможность совершенствоваться дальше. И чем более совершенной я стану, тем больший приз ждал меня в конце.

– Знаешь, если бы Марк действительно хотел быть с тобой, он бы не сдался без борьбы, – нарушила молчание тетушка. – Он бы засыпал тебя письмами или силой увез тебя в Петербург. Но он уже сделал свой выбор. Ты лишь стремишься продлить агонию, – сурово сказала тетушка. – Иногда ампутация позволяет сберечь жизнь!

– Тетушка, а почему так важно мое решение? Разве я не могу изучать архетипы и одновременно жить с Марком? – оттягивая решение, попыталась я найти компромисс.

– Нет, пока твои мысли и твое сердце будут заняты им, другие мужчины не смогут подойти к тебе. Они будут чувствовать, что у тебя кто-то есть. Пора принимать решительные меры, – сказала тетушка. – Будем отрубать!

– Что отрубать? – испугалась я.

– Глупую привязанность! – Тетушка была непреклонна.

– Встань и представь, что на уровне твоего третьего глаза выходит луч и выхватывает из темноты образ Марка. Представила?

– Да, – ответила я.

– Теперь правой рукой рубящими движениями сверху вниз и слева направо перерубай этот луч, убирая образ Марка из мыслей. Повтори эти движения три раза.

Я повторила и увидела внутренним взором, как образ Марка стал таять.

– Теперь представь этот луч, выходящий из твоего сердца, освещающий тот момент, когда вы чувствовали нежность друг к другу.

Я представила тот момент, когда Марк утешал меня в снежном городке.

– Теми же рубящими движениями убери эту связь, – скомандовала тетушка.

Я отрубила и эту связь и почувствовала, как из груди ушло тянущее чувство.

– А теперь представь на уровне твоего солнечного сплетения луч, выхватывающий из темноты тот момент, когда ты проявляла заботу о нем.

Я вспомнила, как я варила борщ для Марка, и перерубила и эту связь.

– А теперь на уровне низа живота представь луч, освещающий вашу самую страстную сцену.

Я вспомнила нашу первую ночь, вновь пережила тот восторг и страсть и с большим сожалением убрала и эту связь. Я еще некоторое время постояла, прислушиваясь к собственным ощущениям, и вдруг поняла, что мне хочется взлететь. Я наконец-то почувствовала себя освобожденной от тех пут, которые я сама создала.

– Я готова к новым открытиям, – сказала я, обращаясь к тетушке.

2003

– Я готова к новым открытиям! – все, что я смогла произнести, все еще глядя на обруч и вспоминая старинную легенду Я повернулась к Антуану и интригующе улыбнулась:

– Оказывается, самое интересное только начинается.

– Согласен, что самое интересное – всегда впереди, – согласился Антуан. – Да, – вдруг вспомнил он, – сегодня приехали пять женщин из России и просили передать вам приглашение на хеппенинг.

– Приглашение на хеппениг? – удивилась я. – По-моему, хеппенинг – это некое действие с участием всех гостей, но я никого не знаю и никого не ждала, – все еще недоумевала я.

Мы вышли с Антуаном из кабинета и спустились к рецепции. Я открыла конверт и увидела именное приглашение на хеппенинг «Рождение женщины в танце стихий», напечатанное на красивой серебристой бумаге. Пожав плечами, заинтригованная и заинтересованная, стала с нетерпением ждать восьми часов.

Вечером, спустившись в холл, я с изумлением увидела Аруну.

– Как вы узнали, что я здесь? – первое, что спросила я.

– Позвонила Марине, и она рассказала, где тебя найти, – спокойно ответила Аруна. – Что же, пора идти, нас ждут.

– Кто? – попыталась я уточнить.

– Жрицы стихий, – невозмутимо ответила Аруна, и я не поняла, то ли она шутит, то ли говорит серьезно. – Поднимись в свой номер и возьми старинный обруч, он тебе пригодится.

Я не стала спрашивать, откуда Аруна знает про обруч, принимая все как данность, а просто поднялась в свой номер и взяла бесценную реликвию.

– Пока отдай его мне! – властно сказала Аруна и, заметив мое замешательство, одобрительно улыбнулась: – Он вернется к тебе, не бойся, никто другой пока не сможет собрать все камни, – успокоила она меня и вышла из гостиницы. Аруна уверенно шла по Шамони, как будто провела здесь всю жизнь. Минут через двадцать мы вошли в запущенный сад и подошли к полуразрушенному строению с характерным запахом сероводорода.

– Где мы? – нарушила я молчание.

– Когда-то здесь был термальный источник, сейчас он не используется, но сила и энергия этого места остались, – объяснила Аруна.

И тут вокруг строения по кругу зажглись факелы, превратив его в мистический храм. Внутри послышалась музыка, и Аруна, взяв меня за руку, вошла внутрь. Я увидела в центре глубокий колодец, вокруг него по периметру стояли четыре девушки в голубом, желтом, красном и зеленом платьях. Платья были похожи на те, что описывала моя прабабушка.

Я чувствовала себя неуютно в джинсах и свитере. Аруна, видимо, предвидя это, протянула мне белое платье и красивую, но пустую шкатулку и, забрав мои вещи, исчезла. Музыка заиграла громче, и девушка в зеленом платье, жрица стихии Воды, начала свой танец. Она казалась дерзкой и непосредственной. Она не боялась казаться смешной и веселой. Ее танец был шаловлив и шкодлив. Она вся отдавалась танцу, она танцевала для себя и позволяла другим любоваться собой. В ней ликовали радость жизни и желание поделиться своей радостью со всем миром. Я включилась в ее веселый танец, вновь почувствовав себя беззаботной и смешливой девочкой. Но музыка закончилась, и девушка в зеленом наряде остановилась и протянула мне сапфир.

– В этом камне дух стихии Воды. Вода наделяет тебя эмоциональной властью. Возьми и владей сердцами мужчин, как ты владеешь этим камнем, – проговорила она и исчезла. Я держала драгоценность в руках и не знала, что с ней делать.

Вспомнив о шкатулке, я осторожно положила камень на мягкий бархат.

Появилась крепкая девушка в золотисто-желтом наряде. Весь ее танец был степенен и спокоен, размерен и основателен. Ее шаги будто впечатывались в землю, набирая силу. Я попыталась настроиться на эту энергию, но мне было трудновато с ней слиться. И поэтому я почувствовала облегчение, когда девушка в золотистом остановилась и протянула мне изумруд.

– В этом камне дух стихии Земли. Земля наделяет тебя физической властью. Возьми этот камень и владей телом мужчин, как ты владеешь этим камнем, – проговорила девушка в желтом платье и растворилась в темноте ночи.

Не успела я положить камень в шкатулку, как в помещение ворвалась стремительная девушка с мальчишеской фигурой в голубоватом платье. Она выглядела отважной и хладнокровной, властной и уверенной. Ее танец напоминал танец свободолюбивой амазонки, был порывист и стремителен. Я присоединилась к нему, но чувствовала, что мне никак не включиться в этот ритм, не поймать состояние. Но постепенно я вспомнила все техники состояния королевы и растворилась в дерзких и независимых ритмах.

Когда танец кончился, девушка протянула мне бриллиант и проговорила:

– В этом камне дух стихии Воздуха. Он наделяет тебя ментальной властью. Возьми этот камень и владей волей и умом мужчин, как ты владеешь этим камнем. – И девушка в голубоватом платье так же стремительно удалилась. Должна еще появиться жрица Огня, подумала я, и тут вокруг меня зажглись фейерверки, и, пока я любовалась разноцветными огнями, на каменной плите, закрывающей заброшенный источник, заполыхал костер. Невидимая музыка заиграла громче, и появилась темноволосая девушка в красном платье.

– Представь, что пламя соединяется с твоим центром страсти, и повторяй все движения за мной! – положив руки на низ живота, велела девушка и, скинув платье, осталась обнаженной. Лишь красно-золотой пояс украшал ее талию.

Послышался звук барабанов, и жрица стихии Огня начала свой танец. Ее бедра колыхались, словно языки пламени, рисуя восьмерки и круги. Ритм ускорялся, и она стала двигать бедрами вперед-назад, как будто занимаясь любовью с огнем. Ее ноги плотно стояли на земле, на вдохе ее бедра устремлялись к пламени и на выдохе отходили назад. Постепенно ритм захватил и меня, и уже в полутрансовом состоянии я повторяла ее движения, стараясь держать связь с пламенем.

Погрузившись в собственные ощущения, я не заметила, как появился рядом со жрицей обнаженный мужчина. Лишь набедренная повязка прикрывала его наготу. Он был высокий и мускулистый. В нем чувствовалась животная страсть и первобытная сила. Он встал напротив жрицы и стал делать встречные движения, на вдохе отводя бедра и на выдохе делая сильное движение вперед. Они двигались синхронно, идя навстречу друг другу, и я остановилась, завороженная красотой и слаженностью движений. Они медленно сближались и в какой-то момент слились друг с другом, продолжая движение. Но так же постепенно они стали расходиться, и вдруг мужчина повернулся ко мне, словно приглашая повторить тот же ритуал. От него шла мощная волна, которой не было сил противиться. Я сделала первые робкие шаги, боясь поднять глаза. Тогда он подошел ко мне, поднял мой подбородок и потемневшим от страсти взглядом посмотрел на меня. И, отойдя на расстояние вытянутой руки, вновь включился в движения.

Смотря ему в глаза, я стала двигаться ему навстречу. Постепенно ритм и звуки его дыхания захватили меня, и, когда я ощутила жар его тела около себя, я не испугалась. Я почувствовала, как он властно и крепко прижал меня к себе, и какое-то время мы двигались, соединившись друг с другом. Даже сквозь ткань моего платья и ткань его повязки я чувствовала его возбуждение. Я тоже дрожала от желания. Музыка стала спокойней, когда он отпустил меня и развернул лицом к костру, обнимая за плечи. Ко мне бесшумно приблизилась девушка с красным поясом, встала передо мной и протянула мне рубин.

– В этом камне дух стихии Огня. Он наделяет тебя сексуальной властью. Возьми и владей желанием мужчин, как ты владеешь этим камнем.

И красная девушка исчезла. Я стояла около костра, держа шкатулку с драгоценными камнями и не понимая, что мне делать дальше. Но тут появились Аруна и четыре жрицы, которые торжественно несли на золотом подносе мой обруч. Я с изумлением поняла, что камни идеально подходят для четырех отверстий обруча. Жрицы встали вокруг меня и замкнули круг. Левая рука ладонью вверх – дающая, правая рука ладонью вниз – берущая. Низким голосом заговорила Аруна: «Огненная магма из центра Земли входит в наши стопы и устремляется вверх в нашу матку, а сверху прозрачный, светлый и легкий поток энергии космоса входит в наши ладони и опускается в нашу матку. И, сливаясь, эти два потока начинают раскручиваться в воронку. Воронка поднимается все выше и выше и, постепенно доходя до кончиков наших пальцев, сливается в единый поток женской энергии. И в этот поток вливаются энергии всех женщин мира, тех, кто жил до нас, тех, кто живет сейчас, и тех, кто будет жить после нас».

– Время преображения пришло, – сказала Аруна и надела на меня обруч. – Поздравляю, ты прошла весь круг женской силы и должна теперь передать эти знания другим. Когда ты получишь в дар еще четыре камня, будешь достойна нести по миру мудрость и силу истинной женщины.