Ты взманила к вешним трелям,

Воззывающая вновь

Дни, когда, хмелен апрелем,

Я вверял лесным свирелям

Запевавшую любовь.

Для моей мечты бездомной

Дверь былого отперта;

Ты склонилась в неге томной…

Взор зеленый, голос дремный,

Лепестковые уста.

Снова счастья отголоски

Внятны сердцу моему:

Ты, дитя в простой прическе,

Резво мчишься, где березки

Вниз сбегают по холму.

Словно льдина раскололась

От весеннего огня…

Золотится зыбкий волос,

И звенит свирельный голос,

Призывающий меня.

Я блуждал в лесу родимом,

Где звенела тишина,

Где зеленым, сладким дымом

Разливалась по полянам

Грустно-синяя весна.

Ты ль, дитя с тазами нимфы,

Мне являлась в те часы,

Отряхая гиакинфы,

Вея запахом медвяным

Золотой твоей косы?

В небе, ласково хрустальном,

Таял трепетный апрель.

Шел я отроком печальным,

И томилась так напевно

Сердца нежная свирель.

Солнце низилось к березе…

Шел я, плача и любя,

В этой отроческой грезе,

Узкоокая царевна,

Я предчувствовал тебя!

Тают тайные печали

О красе твоих очей.

Все свирели отзвучали.

Только будит дол молчащий

Гулко льющийся ручей.

Как прозрачно, как лазурно

В звонкой грусти хрусталей!

И небес широких урна

В золотые каплет чащи

Синий, тающий елей.

Здесь я шел с тобою нежной,

Где теперь разоблачен

Рай далекий, рай безбрежный.

Кто воздвиг в осеннем храме

Свод серебряных колонн?

На березах белоствольных

Никнут листья, не дыша.

И в лобзаниях безбольных

Овевается ветрами

Утомленная душа.

Охотно в келье молчаливой

Я б этой ночью не уснул.

Как песни с грохотом разлива

Сливаются в согласный гул!

Напев родной, напев унылый

Мгновение затих. Во мгле —

Ручьи… Но чу! и с новой силой

В соседнем зазвучал селе.

Каким безумным, бесполезным

Является волненье дум,

Когда под небом полнозвездным

Всё обратилось в блеск и шум!

Что за торжественная нега

Спускается в тиши с небес!

Как радостно восстал из снега

Возжаждавший весенний лес!

Бежать бы вдаль, туда, по лугу,

Где в полумраке голубом

Ночной бекас зовет подругу,

Прерывисто звеня крылом!

Присев на ветхое крыльцо,

Сквозь сон внимаю песне дальной.

О, это красное яйцо!

О, этот благовест Пасхальный!

Жужжат, гудят колокола,

Из-под синеющего снега

Травинка желтая взошла,

И в теплом ветре дышит нега.

Брожу, легко и томно пьян,

Мне улыбаются в лесочке

И лица ясные крестьян,

И тихих девушек платочки.

Поблескиванье синих луж —

В траве, зазеленевшей ярко,

И как-то пьяно пахнет сушь

Между корней глухого парка.

Давно ли холод был суров,

И мне зияла пасть могилы?

Но чу! весна! и я здоров,

И легкой кровью бьются жилы.

Земля, земля! союз наш вновь

Неизреченней, сокровенней…

О, дай мне пить твою любовь

В сиянии зари весенней!

Как мать, меня благослови

На подвиг твой многострадальный

И сердце приобщи любви,

Любви весенней и Пасхальной.

Весь день я просидел прилежно,

И остается десять строк.

Страницей Тацита небрежно

Играет легкий ветерок.

Окрестности Пасхальным звоном

Наполнены… Кой-где трава

Желтеет нежно. Над балконом

Безоблачная синева.

Но леса бледные верхушки

Порозовели. Недалек

Конец трудов, и на опушке

Твой розовый мелькнул платок.

Язвящий яд смертельного потира

В тебя проник. И с каждым днем белей

Ты становилась, цвет родных полей,

Где тень твоя теперь блуждает сиро.

Твой голос пел, как золотая лира,

В лампаде сердца иссякал елей,

И срок пришел… Благоуханно тлей,

Твое чело увили мирты мира.

Твой сладкий гроб зарыт в глуши лесной…

Там свечи трав затеплятся весной.

И фимиам фиалок синезрачных

Вздохнет о мертвой о голубой дуброве,

И будет тишь и рай небес прозрачных,

Где ты уснула в розовом покрове.

На проталине весенней

Сладко пахнут сушь и прель,

Дружный с ласковым Эротом,

Как дитя, в дубравной сени

Улыбается апрель.

Пьяны небом, солнцу рады,

Ищут юноши подруг.

Тише! там за поворотом,

Ты, соперница дриады,

Вышла — тихая! — на луг.

Ты — дитя еще давно ли! —

И стройна, и высока.

Надь водою темно-синей

Здесь и там в вечернем поле

Зеленеет осока.

Как зегзицы кукованье,

Речь улыбчивой грустна,

Бледен лик больной богини,

Полон взор очарованья

И печален, как весна.

Золотая! ты любови

Всходишь ясная звезда!

Между влажными корнями

Раскидались по дуброве

Ноги, груди и уста.

Ропот неги, вздох влюбленный

Всходят гимном к небесам,

Вместе с хвойными вонями.

Крики, смехи, визги, стоны

Раздаются по лесам.

Весенний ливень, ливень ранний

Над парком шумно пролился,

И воздух стал благоуханней,

И освеженней древеса.

Какая нега в ветке каждой!

Как все до малого стебля,

О, как одной любовной жаждой

Трепещут люди и земля.

Как дев, горящих, но несмелых,

Сжимают юноши сильней

На влажном мху, между дебелых

Дождем намоченных корней.

Готов я верить в самом деле,

Вдыхая влагу и апрель,

Что первый раз меж трав и елей

Я вывелся, как этот шмель.

В лучах со скудною травою

Брожу, болтаю сам с собой,

Топча желтеющую хвою,

Целуя воздух голубой.

Но тень длинней, в саду свежее,

Сквозь ели розовеет луч,

И, потупляясь и краснея,

Ты мне дверной вручаешь ключ.

Взор твой, нежный и печальный,

— Словно запах резеды.

Ты склонилась — нимфа! нимфа! —

Над поверхностью зеркальной

Голубой лесной воды.

Сквозь древесный сумрак зыбкий

Льется, льется синева,

И глаза твои под солнцем

Млеют золотой улыбкой,

Зеленеют, как трава.

Губы, словно листья к струям,

Словно мотылек к цветку

Припадут к губам цветущим

И сольется с поцелуем

Отдаленное ку-ку.

И, припав к груди любимой,

Над ручьем, весной, в глуши,

Буду пить, не отрываясь,

Аромат неуловимый

Дремлющей твоей души.

Коснись рукой до струн, презренных светом,

Тебя одну когда-то певших струн.

Верни мне дни, когда я был поэтом,

Дай верить мне, что я, как прежде, юн.

Моей любви, взлелеянной годами,

— Ты видишь, видишь — мне скрывать невмочь…

Ах! где она, кипящая звездами,

Осенняя, сияющая ночь?

С небес звезда срывалась за звездою.

Мы шли вдвоем… ты руку мне дала…

А цветники дышали резедою,

И ночь была прозрачна и светла.

Сребрилися под твердью голубою,

Деревья блеклые, не шелестя.

Я о любви не говорил с тобою…

Что говорить? Ведь ты была дитя.

Верни же мне те золотые грезы,

В твоих лучах я расцветаю вновь,

Ты вся — весна, ты вся — как запах розы,

Как старое вино — моя любовь.

Я пред тобой притворствовать не в силах,

Ты — так светла… О, если б я угас

У нежных ног невинных, милых, милых,

В сиянии любимых узких глаз.

Трое по лугам зеленым,

Не опять ли бродим мы?

В синем небе — облак легкий,

Белые стволы — по склонам,

Озаренные холмы.

Зелень взоров, мягко тая,

Переходит в янтари.

Обе — юны, обе — нимфы…

Юность, юность золотая,

Говори же, говори!

Млеет лес зеленой жаждой,

Томно каждому стеблю.

Вами зацветает сердце,

И не лгу, поклявшись каждой,

Что ее одну люблю.

Сестры! сестры! не забудьте

Первых песен. Неужель

Я не тот же робкий мальчик,

Вновь поднявший на распутье

Позабытую свирель?