Степанида отчаянно сопротивлялась, но справиться с ней двум здоровенным детинам не составляло никакого труда. Ее грубо стащили по лестнице вниз, открыли дверь и бросили на бетонный пол. Она сильно стукнулась локтем и головой об пол и застонала.

– Вот, еще одна! Чем провинилась, подруга? – спросили ее, и она поняла, что в этой полутемной, сырой, холодной комнате она находится не одна.

Степанида пригляделась и увидела вдоль стен полки, похожие на нары. Постельного белья на них не было, только узкие серые матрацы. На них сидели девушки, болтая длинными ногами. Неприятный запах распространялся от унитаза, расположенного здесь же. Все это освещалось небольшой тусклой лампочкой, висящей на потолке.

– Здравствуйте, – сплюнула кровь с разбитой губы Стеша.

– Культурная! – усмехнулась одна из девушек. – Откуда ты такая взялась? За что в отстойник попала?

– В отстойник? – переспросила Степанида.

– Ну, сюда? – пояснили ей девушки.

– Да ни за что!

– Мы все здесь сидим ни за что…

– Какое страшное место… кому надо сказать, чтобы меня отсюда выпустили? – спросила Стеша.

– Эка, шустрая какая! Мы здесь уже счет дням потеряли, сидим, а ты только попала и уже – выйти!

– Как? Кто имеет право удерживать нас тут насильно? – опешила Степанида.

– А кто о нас знает? Нас вообще из России нелегально вывезли, хотели, чтобы мы за бесплатно клиентов ублажали. Мы отказались, вот и оказались здесь. Мы без вести пропали в России, кто нас будет искать тут?

В голове у Степаниды прояснилось.

– А не те ли вы девушки, которых вывезли из сауны «Фея и гном»?

В душном помещении воцарилось тяжелое молчание, а потом оно прорвалось вопросами, посыпавшимися на Стешу.

– А ты откуда знаешь? Ты не засланная?

– Да вас же ищут!

– Кто? Никто не знал, как нас вывезли, – сказала одна девушка.

– Ты забываешь про Ингу, она успела спрятаться, – возразила другая девушка.

– В ту сауну в тот момент пришел один мужчина, он искал там своего несовершеннолетнего племянника. Он-то и увидел, как вас вывозили. Этот же человек приехал за вами, точнее, за своим племянником, сюда. Правоохранительные органы знают, что вас вывезли в Турцию, – сказала Стеша, размазывая грязь и слезы по щекам.

– А ты откуда свалилась на нашу голову?

– Я пришла в клуб разыскать его племянника или вас по просьбе этого мужчины.

– Не может быть! Я не верю, девочки! Неужели нас спасут? Неужели нас найдут? – запричитала одна из девушек на плече у подруги.

– Я бы не торопилась радоваться, – фыркнула другая девушка, – нас не найти властям. Что сможет сделать один человек в частном порядке? Только хозяин клуба имеет сюда доступ, и у него мощная охрана, тем более никакого племянника у нас нет. Я так понимаю, речь идет о Максиме, которого мы переодели в женскую одежду?

– О нем, – подтвердила Степанида, поднимаясь с пола.

– Этот малый вовремя слинял отсюда, девчонки ему помогли, и где он? Судьба его неизвестна, – сплюнула на пол одна из девиц.

– И что вы тут делаете? – начиная замерзать в легком вечернем платье, спросила Стеша.

– Ничего. Иногда нас выводят на обслугу самых дешевых, самых агрессивных и отвязных. Это ужасно, нас держат здесь, как рабынь, заставляя делать все без оплаты. Что ты так смотришь? Готовься к худшему, главное – унести отсюда ноги и вернуться живой, пусть даже слегка покалеченной.

– Это невозможно! Я не проститутка! – закричала Стеша.

– А кому это интересно? Раз попала сюда, значит, будешь заниматься тем же, чем и мы.

– Это невозможно… – повторяла Стеша.

– А ты кто? – спросила одна девица, закидывая ногу на ногу.

– Я – врач.

– Это правда? – засомневалась девица.

– Чистая.

– Значит, тебе придется нелегко… – заметила одна из девушек, самая словоохотливая и подвижная.

Стеша опустилась на нары, не глядя на них, под ней что-то зашевелилось и застонало.

– Эй, поаккуратней! Там до смерти избитый мужчина, его швырнули сюда немного раньше тебя. Мы положили его умирать на лавку, все-таки человек, не оставлять же на полу.

Стеша наклонилась над раненым парнем и ужаснулась. Перед ней лежал Александр с разбитым лицом и совершенно обессиленный.

– Саша! – воскликнула она и, расстегнув на нем одежду, начала ощупывать его, осматривать ссадины и синяки, в общем, оказывать первую помощь.

– Дайте мне чистой воды!

– Ага! А еще зефира в шоколаде и ананасов! Откуда здесь вода, если только из бачка унитаза, но чистой ее не назовешь. Да плюнь ты на него! Мужиком больше, мужиком меньше, нам-то что? Только легче будет!

– Девочки, этот мужчина не клиент, он помогал нам с подругой найти хоть какую-нибудь информацию о вас. И вообще, нельзя оставаться настолько безучастными к чужому горю. Намочите какие-нибудь тряпки в воде, мне надо его перевязать.

Девушки посмотрели на шуструю и разговорчивую девушку, из чего Степанида сделала вывод, что она у них пользуется авторитетом.

– Валяйте, – согласилась она. – Все-таки она врач, может быть, он перестанет стонать, и мы сегодня нормально поспим?

Степанида оторвала низ от своего платья и разорвала его на полоски. Скоро Александр был обмыт и перевязан. Он открыл глаза и посмотрел на Стешу, постепенно взгляд его приобрел осмысленное выражение.

– Ты? Вы все-таки не убежали? Вас взяли!

– Нет, Алле удалось ускользнуть.

– Я рад… а меня здорово поколотили, – поморщился Саша.

– Сочувствую, лежи, не двигайся, у тебя возможны внутренние ушибы и переломы ребер, – предостерегла она его.

– Меня словно пропустили через мясорубку, – слабо ответил он, закрывая глаза.

– Мясорубка еще впереди! – заверила их одна девица. – Время от времени наш хозяин развлекается тем, что велит нас колотить своим гориллам ради профилактики. Он говорит, что, пока не сломит нашу волю, на свет не выпустит. Условия для жизни здесь очень паршивые, даже подушек нет. Эти матрацы грязные, вонючие и с клопами. Кормят нас остатками пищи с кухни, после того как лучшие куски отдадут собакам. Пить дают обычную водопроводную воду, и то в небольшом количестве.

Стешу начало знобить в этом подвале. Она подошла к металлической двери и принялась колотить кулаками:

– Откройте! Откройте немедленно! Выпустите меня!

– Не трать силы, это бесполезно!

– Я замерзла.

– Ничем не можем помочь, мы сами здесь без одежды, можно сказать. Спим вместе по двое, трое на полке, так теплее.

– Иди ко мне, я попробую тебя согреть, не бойся, я сейчас не опасен, – пригласил ее Александр, двигаясь на лавке. – Если Алле удалось бежать, то у нас есть шанс быть обнаруженными.

Степанида, трясясь от холода и нервного возбуждения, прилегла рядом с Сашей, прижавшись к его израненному, но теплому телу.

– Я думаю, что, если в клуб даже вызовут полицию, им вряд ли разрешат сюда спуститься. К тому же полицейские могут быть подкуплены, – сказала старшая из девушек, она же Вероника. – Ахмед слишком далеко зашел. Он бросил сюда людей, которых могут искать. Они же легально пересекли границу! Они не мы!

– Совершенно верно, – поддержала ее Стеша и добавила: – Саша вообще летом здесь живет.

– Они совсем обнаглели! – возмутились девицы.

– Девушки, верьте, нас спасут. Алла – моя подруга – не бросит меня в трудную минуту, – твердо сказала Степанида.

– Ничего не получится, если только сам Ахмед не откроет нам дверь, – возразила ей Вероника.

Железная дверь дрогнула и открылась. Девушки сразу же умолкли, а сердце Стеши замерло от страха. В проеме двери появился хозяин клуба, выглядевший не лучшим образом. Рубашка на нем была расстегнута, а взгляд настороженным, руки он держал за спиной словно арестант. За ним появились Матвей, Алла и насмерть перепуганная мордашка молодого кудрявого парня. Стеша перестала трястись:

– Алла! Матвей! Вы нашли нас! Я так надеялась.

– Значит, правда, эта жирная свинья силой удерживает людей, – брезгливо обвел глазами тесное, грязное помещение Матвей. – Как ты, Стеша?

– Ничего… я даже не успела как следует испугаться, – ответила она, – а вот над этими девушками издеваются больше месяца. Кстати, Матвей, это именно те девушки, которых увезли из Москвы.

– Йес! Я нашел их! Я был прав! – обрадовался Матвей. – А тебе, Ахмед, придется ответить за этих девушек!

– Змеи! – прошипел хозяин. – Ты хотел забрать одну из них… так которую?

Матвей сильнее надавил на него дулом пистолета, который все-таки взял на обратном пути у обездвиженного телохранителя, дабы у Ахмеда не возникло желание сбежать по дороге в подвал.

– Я передумал, я забираю их всех!

– Зря ты так, парень, я тебя из-под земли…

– А вот этого не надо! Угроз я слышал предостаточно, не первый день в бизнесе…

– Вам не выйти отсюда живыми, там кругом мои люди, – зло сказал Ахмед.

– Ты нам поможешь выйти, если не хочешь получить дырку в своей шкуре, как говорят в боевиках.

– Это не кино, сынок, это жизнь, и что-то подсказывает мне, что ты не выстрелишь, ты не убьешь человека, ты же не бандит. – Ахмед повернулся к Матвею, и наглая улыбочка тронула его толстые губы.

– Убить, может быть, и не убью, но покалечу. Это точно, – заверил его Матвей.

– Вам отсюда не уйти, – пригрозил хозяин клуба.

– Матвей, дай мне пистолет! – вскочила с нар Стеша и подбежала к нему. – Дай его мне, прошу тебя! Я его точно пристрелю! Потому что я ни за что не останусь в этом отстойнике, я не буду подвергаться никаким издевательствам и пыткам. Лучше умереть! – Стеша ловко выхватила из рук Матвея пистолет и отступила к стене, держа ненавистную толстую морду на мушке. – Быстро выводи нас отсюда!

– Вай-вай-вай, как нехорошо, такая милая девушка, устроилась ко мне на работу, оплату получила, а сейчас на своего работодателя пистолет наставляешь!

Выстрел раздался резко и вызывающе громко. Пуля пролетела в нескольких миллиметрах от лица Ахмеда, обдав его щеку хлесткой струей воздуха и оцарапав ухо.

– Черт, промахнулась! – воскликнула Стеша. – Ничего, в следующий раз не промахнусь! Так мы идем, или я…

– Идем, – судорожно сглотнул Ахмед. – Успокойте свою даму. Я выведу вас отсюда, только отберите у нее оружие, – покосился он на оцепеневшего Матвея.

Тот сделал робкую попытку отнять у Стеши оружие, но она гневно сверкнула на него глазами.

– Пистолет останется у меня, моя рука не дрогнет, если что…

Алла засмеялась, а хозяину клуба было не до смеха. Он под руку с Матвеем, под дулом пистолета двинулся назад. Девушки обступили Максима и, спрашивая его наперебой, пошли из своей темницы.

– Максим, ты здесь? Что ты делаешь в форме? Неужели работаешь? Ты же убежал!

– Я убежал, но потом вернулся и устроился на работу, так как идти мне было некуда, да и деньги нужны были. Девочки, честное слово, я не знал, что вы томитесь в подвале! Меня сюда не пускали, и я думал, что, если не вижу вас среди других девочек, значит, вас отпустили домой.

– Я бы на вашем месте не доверял этому типу, – бросил Матвей через плечо.

– Максимчик, мы рады, что ты живой и невредимый! Почему ты не вернулся домой?

– У меня не было паспорта.

– Пошел бы в российское посольство, объяснил ситуацию.

– Я бы сделал это, но позже, а пока я зарабатывал деньги, – вздохнул Максим, – но, видимо, мой заработок уже закончился.

– Это точно, сынок, – подтвердил Ахмед.

Они поднялись по лестнице в большой холл, ярко освещенный софитами, которых на потолке было великое множество. Путь им сразу преградили люди в форме. В руках они сжимали рации и оружие. Тут же присутствовал один из телохранителей Ахмеда с подбитым глазом и растерянным выражением лица. Увидев босса, взятого в заложники, он побледнел, и было видно, что он полон решимости драться насмерть и доказать своему хозяину, что с его увольнением можно повременить.

– Стоять! Стрелять буду! – заорал он, направляя оружие на появившихся из подвала людей.

– Придется ему что-то сказать, – зловеще прошептала на ухо Ахмеду Степанида, – а то у меня палец на курке начинает дрожать…

Ахмед, видимо, осознал, что эта женщина является особой крайне неуравновешенной и эмоционально неустойчивой, и, безоговорочно поверив, что она может нажать на курок, истерично закричал:

– Слушать всем меня! Пушки на землю! Я запрещаю вам рисковать моей жизнью!

Охранники, отрезвленные его криком, бросили пистолеты на пол.

– Ты… – обратилась Стеша к девушке за стойкой, – быстро набери телефон полиции, пока я не потеряла терпение.

Девушка испуганно покосилась на своего хозяина, тот молча кивнул в знак согласия. Она набрала телефонный номер полиции и что-то им протараторила. Дальнейшее действо Стеша вспоминала потом с большой неохотой. Приехавшие на пяти машинах с мигалками полицейские наводнили клуб. Вели они себя вызывающе, грубо и по-хозяйски, к тому же делали вид, что не понимают русского языка, хотя по их глазам Стеша видела, что все они прекрасно понимают. Людей отвели в комнату, где заставили прождать целых пять часов переводчика. За все это время им была предложена только вода. Покидать помещение строго запретили, и люди почувствовали себя не героями, задержавшими бандита, а, наоборот, пленниками.

– Ты с ума сошла, Стеша! Если бы ты убила Ахмеда, то тебе было бы не выйти из турецкой тюрьмы, – обратился к ней Матвей.

– Я бы не убила его, – невозмутимо ответила она, – а вот напугать его следовало.

– Пуля пролетела в миллиметре от его головы! – напомнил он.

– Стеша хочет сказать, что держала ситуацию под контролем, – ответила Алла, – она еще в школе и в институте занималась стрельбой и стала кандидатом в мастера спорта.

– А ты опасная штучка! – усмехнулся Матвей.

– А я думаю, что нам надо было просто уносить отсюда ноги, а не вызывать турецкую полицию, – сказала одна из девушек. – Кто мы? Русские проститутки. А кто он? Уважаемый турецкий бизнесмен. Кому больше поверят?

– Я тоже так думаю, Ахмед откупится, – согласилась с ней подруга.

Девушки на свету при близком рассмотрении выглядели довольно жалко. Бледные лица с впалыми щеками и потухшими глазами, грязные волосы и мятая, неопрятная одежда – все это не украшало их, а делало похожими на настоящих узниц.

Наконец-то полицейский, назвавшийся Яшаром Сезером и говоривший на русском языке, приступил к допросу, снисходительно улыбаясь и сочувственно кивая. Больше всего он уделял внимание не тому факту, что девушек силой держали длительное время в подвале, а тому, что Матвей и две подруги обманом проникли в этот клуб и наставили пистолет на Ахмеда, а Степанида даже стреляла в него.

– Вы хотите сказать, что мы еще и виноваты? – возмутилась Стеша.

– А вы хотите сказать, что ваши действия не противозаконны? – вопросом на вопрос ответил Яшар, поглаживая пряжку на ремне, подпоясывающем такой же толстый живот, как и у Ахмеда.

– Если бы не мы, эти девушки погибли бы.

– Эти девушки тоже своего рода преступницы, они занимаются проституцией, что также противозаконно, – сказал полицейский.

– У вас есть доказательства того, что они занимаются этим? – усмехнулся Матвей.

– Следствие разберется, – сдвинул черные густые брови Яшар.

– Не сомневаюсь.

– Он отобрал у нас паспорта! – воскликнула одна из девушек.

– Мы не нашли их, – спокойно ответил турецкий полицейский. – А сейчас мы ждем представителя русского посольства. Вы ведь утверждаете, что вас вывезли по поддельным документам? Тогда в ваших интересах лучше, чтобы их не нашли и вас не обвинили бы в использовании фальшивых паспортов.

«Сами и уничтожили все улики, пока нас держали здесь закрытыми, – мелькнула мысль у Степаниды, а по выражению лица Матвея она поняла, что он думает точно так же. – Сколько же денег дал им этот бандюга? Видимо, в Турции тоже распространено взяточничество».

Конечно, посольский работник, субтильного вида мужчина с рыжими усами и рыжими волосами, вступился за своих соотечественников, но как-то вяло.

– Радуйтесь, что вас отпускают, – сказал он им.

– Это беззаконие! – больше всех возмущалась Степанида. – Ахмед вел себя, как хозяин на плантации, насильственно удерживая людей, к тому же иностранцев.

– Если бы вы знали, сколько у нас проблем с женщинами из России, – развел тот руками. – Они знают, на что идут.

– Хотите сказать, что такое уголовно наказуемое, свинское отношение к этим девушкам всего лишь издержки их опасного ремесла? – уточнил Матвей, скрестив голые руки на груди.

– Вам нужны неприятности? Я всего лишь даю совет. Ахмед задержан, и будут какие-то разбирательства, но, естественно, его выпустят под залог. Документы я этим девушкам выдам и проконтролирую, чтобы они улетели на родину.

– Я согласна, – подала голос одна из девушек. – Я всегда говорила, что всякие разбирательства и неприятности мне не нужны. Мы все равно правды не добьемся, остались живы, на свободе, и на том спасибо.

На этом и порешили, несмотря на протесты Стеши и Матвея. Девушек сотрудник посольства взял с собой, а остальных задержанных отпустили.