Дан открыл багажник, и Грофилд, прищурившись, увидел связанного Миера. Он решил, что тот мертв, но Миер шевельнулся, приподнял голову и, ослепленный светом, испуганно зажмурил глаза.

— Что теперь? — прохрипел он.

— Выходи! — приказал Дан.

Миер слабо двинул руками и ногами.

— Я едва могу пошевелиться.

Дан протянул руку и несколько раз ткнул ему пальцами в бок.

— Не заставляй меня ждать!

— Хорошо, хорошо!

Грофилд отступил назад, глядя, как Миер с огромным трудом старался выпрямиться, пытаясь вылезти из багажника.

— Сколько времени он уже там?

— От Хьюстона. Нет, неверно, он выходил вчера на двадцать минут.

Миеру непросто' было вылезти, и Грофилд понимал почему. На нем красовались наручники, но они были надеты необычным образом: его левое запястье было приковано к левой щиколотке.

Грофилд подошел, чтобы помочь Миеру перелезть через борт багажника и встать на землю, но Дан остановил его.

— Предоставь этому прохвосту выбираться самому. У него это получится.

Грофилд нахмурился.

— Почему ты так поступил с ним?

— А как поживает твой череп? — поинтересовался Дан.

— Ничего.— Грофилд пожал плечами.— Он ударил меня только один раз. И я не до такой степени злопамятен.

— Зато я злопамятен,— сказал Дан.

Грофилд посмотрел на него.

— А ты забрал у него свой фрик?

— Он потратил его раньше, чем я добрался до него.— Линч резко схватил Миера за волосы и рывком вытащил его.— Выйдешь ты, наконец, оттуда?

Миер повалился на землю. Они находились на лесной дороге в трех милях от театра. Слабые солнечные лучи едва пробивались сквозь ветви деревьев, и воздух был довольно прохладным. Грофилду становилось зябко в мокрой одежде.

Миер покатился по земле и остановился, когда почувствовал опору под ногами, потом он медленно поднялся, держась правой рукой за машину. Когда он встал на ноги, тело его согнулось пополам и пальцы левой руки касались земли. Наручники содрали кожу на запястьях. Миер широко раскрыл рот и с трудом поднял голову, чтобы поймать взгляд Грофилда. В такой позе он был похож на идиота.

— Миер расскажет тебе историю,— сказал Дан.— Давай, рассказывай, дерьмо!

— Я могу сесть? — спросил Миер. Он был вынужден наклонять голову, чтобы произнести хоть слово.— Я не могу говорить в таком положении.

— Мне наплевать,— кратко ответил Дан.— Ну, рассказывай свою историю.

Миер сел на землю; теперь, вытянув перед собой " правую ногу, он смог принять позу более или менее нормальную. Он прислонился к «плимуту» и посмотрел на Грофилда.

— Я знаю, где находится более ста тысяч долларов, которые нужно только взять,— сказал он.

Грофилд бросил взгляд на Дана, но тот смотрел на Миера с чувством брезгливого удовлетворения. Грофилд опять уставился на Миера.

— Мне рассказывал Данкворт об этом,— продолжал Миер.— Он хотел вместе нанести удар.

— Данкворт? — спросил Грофилд.

— Парень, который обыскивал тебя в Лас-Вегасе,— пояснил Дан.

Грофилд нахмурил брови.

— Тот, которого ухлопал Миер?

— Я не виноват,— возразил Миер.

Он сидел с таким печальным видом, словно кто-то, кому он сделал много добра, отплатил ему злом.

— Расскажи-ка об этом,— попросил Грофилд.

— Лучше послушай историю о ста тысячах,— вмешался Дан.

— Одну минуту,— сказал Грофилд,— сперва я хочу выслушать эту историю.— Он повернулся к Миеру.— Вы с Данквортом были настолько близкими друзьями, что он дал вам понюхать эти сто тысяч, предполагая взять их вместе, а потом почему-то изменил решение и попытался вас убить?

— Он перестал доверять мне,— ответил Миер голосом, в котором слышалось страдание.— Из-за вашего ухода и прочего.

— Остальные тоже ушли?

— Сразу же после нас,— сказал Дан.— Все трое.

— А чья это была идея напасть на Дана и меня? — спросил Грофилд.

— Моя,— ответил Миер.— Я был в ярости, ведь вы ушли первыми. Может быть, если бы вы не ушли, другие...

— Если это были профессионалы,— перебил его ледяным тоном Дан,— они бы ушли.

— Во всяком случае,— подытожил Грофилд,— вы и этот тип...

— Данкворт,

— Я вас об этом не спрашивал. Вы с ним вышли после ухода остальных, вы видели нас за игральным столом и видели, что мы выиграли.

— Мы не могли приблизиться к вам,— сказал Миер.— И нам показалось, что это у вас был фрик.

— И тогда вы решили отомстить нам за то, что мы вас покинули, забрав у нас деньги?

— Да.

— Так что, когда этот тип...

— Данкворт.

Дан подошел и ударил ногой по правой коленке Ми-ера.

— Он тебя об этом не спрашивал!

Миер не издал ни звука, но задрожал от боли и обхватил свободной рукой колено.

Грофилд посмотрел на Дана и покачал головой.

— Я не люблю смотреть, как бьют людей,— сказал он ему, потом обратился к Миеру.— Данкворт... После того как вы взяли деньги у Дана, вы вернулись в отель, и там он набросился на вас?

— Да.

— Вы оба стали драться, и вы одолели его?

— Да.

Грофилд повернулся к Дану.

— Если он сейчас так нагло врет, то как я могу поверить в его историю?

— Я нагло вру? -— проговорил Миер, и снова в его голосе прозвучала печаль.

Дан нахмурился. Он посмотрел на Миера, потом перевел взгляд на Грофилда.

— У тебя слишком уверенный в себе вид.

— Так оно и есть. Во-первых, в обеих комнатах не было ни малейших следов борьбы. Немного крови на ковре перед одним из стульев, вот и все. Во-вторых, существует только один способ убить человека так, как был убит Данкворт: подкрасться к нему сзади, поднять его голову за подбородок и полоснуть ножом по горлу. Невозможно таким образом расправиться с человеком, когда он находится перед тобой, или во время борьбы с ним.

— Но зачем бы я стал убивать его? — воскликнул Миер.

Грофилд повернулся к нему.

— Потому что Дан справился с ним, и вы потеряли к нему доверие. Вы нуждались в нем, чтобы провернуть ограбление-завода, но, как только вы заполучили тринадцать тысяч Дана, все было кончено. К тому же вы ненавидели весь мир за то, что вас покинули, и вы хотели, чтобы Фрик Дана полностью принадлежал вам.

Миер захлопал глазами, его губы шевелились, пытаясь что-то произнести, но он так ничего и не сказал.

— Мерзавец, значит, все так и произошло? — угрожающим тоном проговорил Дан.

— Не бей его ногами, Дан,— сказал Грофилд.— Я только хотел прояснить, до какой степени может быть правдоподобна история со ста тысячами.— Он посмотрел на Миера.— Теперь я вас слушаю.

Миеру хотелось замкнуться в презрительном молчании, но он не посмел.

— Это не выдумка,— сказал он.-— У меня нет никаких причин вам лгать.

— Ну, рассказывайте же,— повторил Грофилд.

— Согласен.— Миер вытер губы обшлагом пиджака свободной рукой, которая тотчас же снова обхватила колено.— Данкворт был в тюрьме в начале этого года.

— И это меня не удивляет,— заметил Грофилд.

— Он сидел в тюрьме в Лос-Анджелесе и там познакомился с одним старым типом по фамилии Ентрикин. Они подружились. Вместе с другими заключенными этот старик еще раньше прорыл туннель, и по нему-то Данкворт и убежал. Я говорю правду. В Калифорнии он числился в списках убежавших, вы можете проверить это.

— У меня нет времени проверять,— сказал Грофилд.— Я охотно верю, что он убежал по туннелю, вырытому другими. Продолжайте.

— Хорошо,— сказал Миер.— Короче, самое интересное в отношении тех стариков, которые прорыли туннель, это то, что у них не было желания выходить из тюрьмы. Понимаете, они были старыми и не хотели покидать тюрьму, чтобы провести последние годы, скрываясь от полиции. Женщины для них уже ничего не значили. Они считали, что гораздо лучше оставаться в тюрьме.

Грофилд снова бросил' взгляд на Дана, но тот смотрел на Миера.

— Но,— продолжал Миер,— у всех есть семьи, и они стараются заботиться о них. И вот что они делают: они отправляются на несколько дней в поход. Они ничего не берут, кроме наличных, и у них где-то есть место, где они прячут свою добычу.

Грофилд улыбнулся.

— Очень красивая история,— сказал он.— Надеюсь, она настолько же правдива, как и хороша. Итак, значит, они заботятся о своих семьях?

— Это правда,— уверял его Миер.

— И что в этом самое удивительное,— вмешался Дан,— так это то, что у них не может быть лучшего алиби. Ведь их нельзя заподозрить, раз они в тюрьме.

— Да, очень красивая история,— повторил Грофилд,

Он продолжал улыбаться, так как эта история развеселила его.

— Но это еще не все,— сказал Миер.— Своим семьям они посылают только часть добытого, потому что хотят, чтобы после их смерти остались деньги, на которые те смогли бы купить себе ферму.

— Ферму, вот как,— проговорил Грофилд. Он широко улыбался.— Мне нравятся эти парни.

— В прошлом году,— продолжал Миер,— Ентрикин рассказал Данкворту, что у них в тайнике спрятано более ста тысяч долларов. В настоящее время там, вероятно, уже еще больше.

— А как могло случиться, что этот ненормальный старик так много рассказал Данкворту?

— Я думаю, старик поверил ему,— сказал Миер.— Кроме того, Данкворту оставалось еще более двенадцати лет, даже если бы он получил условное освобождение. Старик не хотел показывать Данкворту точное расположение туннеля, и тот силой заставил его рассказать. Таким образом ему удалось удрать.

— Вот что значит доверять не тому, кому следует,— заметил Грофилд.— Старик доверился Данкворту, а тот доверился вам. А теперь мы вынуждены довериться вам.

— Никакого доверия к нему,— вмешался Дан.— Дай ему все выложить, потом я скажу тебе о своей идее.

— Хорошо,— сказал Грофилд.

— Старик не хотел раскрывать Данкворту точное расположение тайника,— продолжал Миер.— Только один раз проговорился, что он находится около Суссель Трип, и все. А там спрятано более ста тысяч долларов! Данкворт указал мне, где находится выход из туннеля.

— Еще одна ошибка, а?— усмехнулся Грофилд.— Если бы он держал это про себя, он сейчас был бы жив.

— Дело не в том,— сказал Дан.— Кто-то может следить за выходом, подкараулить тех, которые выйдут из туннеля, и последовать за ними. Рано или поздно, но они все же придут к своему тайнику. Когда станет известно его нахождение, надо будет подождать, пока они вернутся в тюрьму, войти в тайник, забрать фрик и смыться.

— У меня нет желания отбирать у этих милых стариков их деньги. Они мне очень нравятся.

— Ты и не обязан,— возразил Дан,— Я их сам ограблю. Это работа для одного человека.

Грофилд взглянул на него, нахмурив брови.

— Тогда для чего тебе нужен я?

— Я не знаю, что мне делать с этим дерьмом. Я не могу таскать его с собой, он испортит мне дело. Мне нужно его где-то спрятать, пока я не сделаю работу, а если это окажется враньем, тогда я вернусь и расправлюсь с ним.

Грофилд покачал головой,

— Сожалею, но не рассчитывай на меня.

— Сколько времени это может продолжаться? — спросил Дан.— Неделю? Ты можешь спрятать его в своем театре, тебя это особенно не стеснит.

— Нет,— ответил Грофилд.— Я никогда не приношу свои дела в дом.

— Я дам тебе десять процентов из того, что получу,— сказал Дан,— Если он говорит правду, то ты получишь десять тысяч.

Грофилд был смущен, но все же опять покачал головой.

— Огорчен, Дан, но не может быть и речи об этом. Я не могу рискнуть и потерять то, что у меня здесь есть. И я не хочу, чтобы моя жена оказалась в ситуации, которая может быть опасна, а именно это и может случиться.

— Но что мне тогда с ним делать?

Грофилд пожал плечами.

— Дай ему возможность скрыться, это не помешает твоей работе в Лос-Анджелесе.

— Он прав,— с воодушевлением проговорил Миер.

— Видишь? Он не жаждет снова увидеть тебя. Дай ему возможность отправиться к себе в Техас.

Дан, которого это мало устраивало, скривился.

— А если он лжет? Если он пустит меня по ложному следу? Если я стану караулить у выхода из туннеля... а никакого туннеля не окажется? Он считает меня за дурака!

— Ты нашел его один раз, найдешь и другой.

— На этот раз у меня нет желания дать ему возможность выйти сухим из воды,— злобно проговорил Дан.

Грофилд подумал, что Линч снова начнет бить Миера ногами.

— Тогда убей его,— предложил Грофилд.— Но не здесь, увези его...

— Вот еще! — Дан смотрел на Грофилда, как будто тот его предал.— Я никого не хочу убивать. Это не в моих правилах.

— Но тогда нет другого выхода. Это уже совсем никуда не годится — спрятать его у меня или у кого-нибудь еще. Представь себе, что.ему удастся освободиться, что он убьет Мэри и меня и будет ждать твоего возвращения, чтобы разделаться и с тобой.

— Ты будешь хорошо сторожить его.

— Ты уверен? Забудь об этом, Дан. Убей его или отпусти. Или ты веришь в эту историю, или не веришь.

— Мне нужно подумать,— недовольно проворчал Дан.

— Не отвезешь ли ты меня домой? — спросил Грофилд.— В этой мокрой одежде я могу схватить простуду.

— Конечно.— Дан толкнул ногой Миера.— Возвращайся в багажник.

— Позвольте мне сесть на заднее сиденье,— попросил Миер. Голос его прозвучал очень жалобно.—- Я буду вести себя тихо, но позвольте мне сесть сзади.

— Если я сейчас же не расправляюсь с тобой, то только потому, что мой друг не любит смотреть на это. Но не серди меня, иначе я припомню тебе все, когда его не будет, и ты получишь сполна. Лезь в багажник!

Миер с трудом встал и перевалился в багажник. Грофилду очень хотелось поскорее сесть в машину, но он предпочел подождать, пока Миер не будет в багажнике, боясь, что Дан станет бить его.

Миер снова улегся в багажнике, и Дан захлопнул крышку.

— Поехали. Я отвезу тебя домой.

Они сели в машину. Грофилд показал дорогу, и они отъехали.

— Я не знаю, что делать,— сказал Дан.

— Дай ему возможность убраться,— предложил Грофилд.— Не стоит из-за него портить себе кровь.

— Мне нужно подумать.