Это было одноэтажное здание иод темной крышей. Луна окрашивала его стены таинственным цветом. Де Гармо вышел из машины и направился к гаражу. Я услышал стук открывающихся и закрывающихся дверей. Затем он появился около дома, кивнул мне и зашагал к главному входу. Нажав звонок, он вытащил из кармана сигарету. Огонек зажигалки осветил глубокие морщины на его лице. Открылся глазок в дверях. Де Гармо показал свой значок. Медленно распахнулись створки, и де Гармо скрылся в доме. Он отсутствовал четыре или пять минут.

В разных окнах последовательно зажигался и выключался свет. Потом де Гармо вышел на улицу, и окна снова погрузились в темноту. Сержант остановился возле машины.

— В гараже стоит маленький автомобиль,— сказал он.— Кухарка говорит, что он принадлежит ей. Кингсли дома нет. Слуги заявляют, что не видели его со вчерашнего утра. Я заглянул во все комнаты. По-моему, они не врут. Уэббер и дактилоскопист побывали тут сегодня вечером: следы порошка остались повсюду. Уэббер снимал отпечатки пальцев, чтобы сравнить их с найденными в доме Лавери. Но мне он ничего не сообщил. Где же может находиться Кингсли?

— В любом месте,— ответил я.— На улице, в каком-нибудь отеле, в бане. Но для начала поищем его у подруги. Ее зовут Адрианна Фромсетт. Она живет на углу Брайсон-стрит.

— Чем она занимается? — спросил де Гармо, усаживаясь за руль.

— Ведет его канцелярию и водит за нос его самого в нерабочее время. Правда, она совсем не похожа на канцелярскую фифу. У нее есть и голова на плечах, и свой стиль.

— Что ж, придется поискать его там,— подытожил де Гармо.

Мы снова тронулись в путь и минут через двадцать остановились возле громадного дома. В холле за столиком сидел ночной портье. Де Гармо направился к лифту, у которого спал усталый старик.

Портье бросился на де Гармо, как собака.

— Минуточку! Куда это вы направляетесь?

Де Г армо с изумлением обернулся ко мне.

— Он спросил, куда я направляюсь?

— Да, но не надо его бить,— посоветовал я.— Такая у него обязанность.

Де Гармо облизал губы.

— Послушайте,— проговорил он,— нам нужен № 716. У вас есть возражения?

— Конечно есть,— холодно изрек портье.— Мы не принимаем гостей...— Он поднес руку к глазам и посмотрел на часы.-— ... В 4.23 утра.

— Я так и думал,— вздохнул де Гармо.— Потому мне и не хотелось вас беспокоить. Понятно?

Он вынул из кармана полицейский значок и развернул его так, что свет заблестел на золоте и голубой эмали.

— Я сержант полиции.

Портье пожал плечами.

— Очень хорошо. Надеюсь, что никаких неприятностей не произойдет. Впрочем, о вас доложить? Ваши фамилии?

— Сержант де Гармо и мистер Марлоу.

— Номер 716? Там обитает мисс Фромсетт. Подождите.

Он ушел за стеклянную перегородку, и до нас донесся его бубнеж по внутреннему телефону. Через минуту он вернулся и кивнул головой.

— Мисс Фромсетт дома и готова вас принять.

— У меня прямо камень с души свалился,— фыркнул де Гармо.— Не трудитесь никого посылать подслушивать наш разговор. Я ухлопаю его на месте.

Портье криво улыбнулся, и мы вошли в лифт. На шестом этаже было прохладно и тихо. Коридор протянулся, казалось, на целую милю. Наконец мы добрались до двери № 716. Де Гармо нажал кнопку звонка, и дверь открылась. Мисс Фромсетт набросила на пижаму голубой халат, а на ногах у нее были туфли с помпонами. Она успела причесаться, стереть с лица крем и подкрасить губы. Мы прошли в небольшую комнату с овальным зеркалом и серой мебелью, обтянутой голубой материей. Обстановка нисколько не походила на ту, что обычно встречается в меблированных комнатах. Мисс Фромсетт опустилась в шезлонг и, откинувшись на спинку, стала ждать, пока кто-нибудь из нас заговорит. Я прервал молчание первым:

— Это сержант де Гармо из городской полиции Вай-Сити. Мы ищем Кингсли, дома его нет. Не могли бы вы подсказать нам, где его можно найти?

— Это очень важно? — спросила она, не глядя на меня.

— Да. Кое-что случилось.

— Что именно?

Де Гармо резко и грубо ответил:

— Мы желаем знать, где Кингсли, сестричка. У нас нет времени разыгрывать оперу.

Девушка лишь мельком взглянула на него.

— Наверное, будет лучше, если вы все объясните, мистер Марлоу.

— Я отправился с деньгами на условленное место, мы встретились, а потом я пошел к ней домой. Какой-то неизвестный, притаившийся там за портьерой, ударил меня по голове. Так и не увидев его, я потерял сознание, а когда пришел в себя, женщина лежала убитой.

— Убитой?

— Убитой,— повторил я.

Она закрыла свои красивые глаза, уголки восхитительных губ опустились. Потом порывисто поднялась, подошла к мраморному столику, достала из шкатулки сигарету и закурила.

— Вероятно, мне следовало закричать или совершить что-нибудь подобное. Но я не испытываю никакой печали от вашего известия.

— Нас не интересуют ваши чувства,— сказал де Гармо.— Мы спрашиваем только о гом, где находится Кингсли. Можете вы ответить или нет? Мы ждем.

Она спокойно обратилась ко мне:

— Так этот сержант служит в полиции Вай-Сити?

Я кивнул. Теперь мисс Фромсетт медленно повернулась к нему и с достоинством произнесла:

— У вас не больше прав находиться в моей квартире, чем у любого пьяного бродяги.

Де Гармо посмотрел на нее, улыбнулся, затем опустился в глубокое кресло и махнул рукой.

— Ладно, разговаривайте вы с пей. Я бы мог прибегнуть к помощи лос-анджелесских ребят, но потребуется не меньше недели, чтобы объяснить им ситуацию.

— Мисс Фромсетт,— сказал я,— если вам известпо, где сейчас мистер Кингсли или куда он выехал, пожалуйста, сообщите об этом. Вы же сами понимаете, что нам необходимо с ним увидеться.

— Зачем? — невозмутимо спросила она.

Де Гармо покачал головой и рассмеялся.

— Может, она считает, мы будем скрывать от Кингсли, что его жену укокошили? — проговорил он.

— Она так не считает,— заторопился я.

— Вы ищете его только для того, чтобы сообщить эту новость? — спросила девушка.

Я вынул из кармана желто-зеленое кашне и показал ей.

— Сей предмет нашли в той комнате, где произошло убийство. Я думаю, вы его уже видели.

Она посмотрела на кашне, потом на меня, но по ее лицу нельзя было ничего прочесть.

— Вы претендуете на слишком большое доверие, мистер Марлоу,— заметила она,— особенно если учесть, что до сих пор вы не проявили себя как талантливый детектив.

— И тем не менее я прошу мне доверять,— не сдавался я.— Что же касается талантов, то, проявил я их или нет, вы знать не можете.

— Безумно занятно,— вмешался де Гармо.— Вы представляете собой исключительно приятную парочку. Не хватает только акробатов для оживления представления. А теперь...

Мисс Фромсетт прервала его:

— Как она была убита?

— Ее раздели догола, тело разодрали ногтями и задушили.

— Дерри не сделал бы ничего подобного,— спокойно произнесла она.

— Никогда не ясно, на что будет способен человек в экстремальной ситуации. Это любой полицейский знает.

Девушка даже не взглянула на де Гармо и по-прежнему спокойным голосом задала мне новый вопрос:

— Вас интересует, куда мы направились, выйдя из вашего дома, проводил ли он меня и так далее?

— Да.

— Но тогда у него бы не осталось времени добраться, до места и убить жену. Вы это имеете в виду?

— Прежде всего это.

— Он меня не отвозил,— медленно проговорила она.— На Голливуд-бульваре я поймала такси. Это было минут через пять после ухода от вас. С тех пор я его не видела. Полагаю, что он вернулся домой.

— Обычно девушки пытаются обеспечить своим друзьям более хорошее алиби,— заметил де Гармо.— Но порой случается иначе.

Мисс Фромсетт снова обратилась ко мне:

— Он действительно хотел отвезти меня домой, но нам было не по пути, и мы оба страшно измучились. Я говорю так откровенно потому, что все это не имеет ни малейшего значения. Если бы я считала иначе, то наверняка бы скрыла правду.

— Значит, время у него было,— заключил я.

Девушка покачала головой.

— А сколько его должно было быть? Откуда он мог узнать ее адрес? От меня — нет. Она мне его не сообщала.— Ее темные глаза вглядывались в меня испытующе.— Вы мечтали именно о таком доверии?

Я сложил кашне и снова убрал в карман.

— Нам необходимо выяснить, где он сейчас находится.

Пока кашне лежало на виду, она не отрываясь смотрела на него.

— Вы говорили, будто кто-то ударил вас по голове и вы потеряли сознание?

— Да. Некто, прятавшийся за портьерой. Она угрожала мне пистолетом, а я пытался ее обезоружить. Я не сомневаюсь, что Лавери прикончила она.

Де Гармо неожиданно встал.

— Вы оба отлично разыгрываете эту сценку,— проворчал он.— Но я не вижу никакой пользы в том, чтобы глазеть на вас. Идемте.

— Подождите, я еще не закончил,— сказал я.— Допустим, его что-то беспокоило, мисс Фромсетт. Что-то сильно тревожило. Он страшно нервничал в последнее время. Допустим, что мистер Кингсли знал о происходящем больше, чем вы или, например, я. Предположим, ему были известны неприятные и даже жуткие вещи. Может, он просто уехал куда-нибудь, чтобы спокойно посидеть и подумать о своих дальнейших поступках. Как вы считаете?

Я замолчал и искоса поглядел на де Гармо. Минуту спустя девушка ответила:

— Он никуда не убегал и нигде не скрывается, потому что в этом нет надобности. Но, вероятно, ему действительно необходимо кое над чем поразмыслить.

— В каком-нибудь чужом месте, в гостинице,— сказал я, вспоминая об истории, которую мне поведали в «Гренаде».— Или в еще более спокойном месте, чем гостиница...

Я оглядел комнату, отыскивая телефон.

— Аппарат в спальне,— догадалась девушка.

Я направился в спальню, сопровождаемый пристальным взглядом де Гармо. Комната была выдержана в цветах слоновой кости и чайной розы. По центру стояла широкая кровать, на подушке сохранился след от лежавшей на ней головы. На столике блестели туалетные принадлежности. Через открытую дверь виднелся пестрый кафель ванной. Телефон располагался на тумбочке возле кровати. Я присел на ее краешек, погладил то место, где недавно покоилась голова мисс Фромсетт, снял трубку и набрал номер междугородной станции. Услышав голос телефонистки, я попросил немедленно соединить меня с Джимом Паттоном в Пума-Пойнт по очень важному делу. Затем повесил трубку и закурил сигарету.

— Что теперь? — проворчал де Гармо.

— Поживем — увидим.

— Что это за комедия?

— Вы сами просили ее сыграть. Я согласился и делаю все для того, чтобы не вмешалась лос-анджелесская полиция, ведь вам этого так не хочется.

Де Гармо чиркнул спичкой о ноготь и стал наблюдать, как мерцает голубоватый огонек. Затем бросил ее и начал грызть другую. Через минуту раздался звонок.

— Пума-Пойнт на связи.

Я услышал сонный голос Паттона:

— Да. Паттон у телефона.

— Говорит Марлоу из Лос-Анджелеса. Вы меня помните?

— Конечно помню, сынок. Только я еще не совсем проснулся.

— У меня к вам большая просьба,— сказал я,— Хотя, честное слово, не знаю, захотите ли вы ее выполнить. Поезжайте сами или пошлите кого-нибудь к озеру Оленят и проверьте, там ли сейчас Кингсли. Только так, чтобы он ничего не заметил. Возле дома должна стоять машина, а в окнах гореть свет. Нужно проследить, чтобы он никуда не скрылся. Пожалуйста, позвоните мне и сообщите результат. Если он там, я моментально приеду. Можете вы это устроить?

— У меня не будет оснований его задержать, если он соберется в путь.

— Я привезу офицера полиции Вай-Сити, который должен его допросить в связи с убийством, совершенным сегодня ночью.

Наступила пауза, потом Паттон произнес:

— Ты не шутишь, сынок?

— Нет. Позвоните мне по номеру Тембридж, 26-22.

— Операция займет не менее получаса,— заявил Паттон.

Я положил трубку. Де Гармо улыбнулся, оскалив зубы.

— Эта девица дала вам какой-нибудь знак, которого я не понял?

Я встал.

— Нет. Просто она умная девушка, способная читать чужие мысли. Кингсли не хладнокровный убийца. Огонь, снедающий его, теперь угас. По-моему, он забрался в самое спокойное и далекое из всех известных ему мест, чтобы попросту уйти от забот. Ему нужно только несколько часов. Для вас будет лучше, если вы поймаете его прежде, чем он успокоится.

— Главное, чтобы он не набил себе голову свинцом,— холодно заметил де Гармо.— Люди подобного типа часто так поступают.

— Вы не сможете ему помешать, пока не доберетесь до него.

— Правильно.

Мы вернулись в гостиную. Мисс Фромсетт, выглянув из кухни, сказала, что варит для нас кофе. Выпив по чашке, мы молча сидели, как пассажиры, ожидающие поезда. Паттон позвонил через двадцать пять минут. В доме Кингсли горел свет, а перед входом стояла его машина.