Она зашла позавтракать в маленький ресторан, который находился напротив университетского городка. Ела она механически, все мысли ее были заняты предстоящим делом. С чего и как начать? Задать несколько сдержанных вопросов об их друзьях? Но как начать? Следить за каждым из них, изучить их друзей, познакомиться с ними? Но время? Время, время, время! Ей придется надолго застрять в Блю Ривере. Если она долго будет здесь, то Бад сообщит отцу. Ее пальцы сжались в кулак. Кто может твердо знать все о Гордоне Ганте и Дуайте Поуэлле? Их семьи. Было бы лучше сразу попасть к этим людям, но для этого нужно время... Она вытерла губы, руки ее дрожали.

Она допила кофе, встала из-за стола и направилась д телефонной будке. Она нерешительно взялась за телефонную книгу. В ней не было ни Гантов, ни Поуэллов. Точнее, Гантов не было вообще, а Поуэллов — на Тридцать третьей улице. Это означало, что или у них не было телефона — что казалось невозможным — или они жили в других местах.

Она позвонила в справочную и спросила номер телефона в доме 1312 по Западной Двадцать шестой улице. Ей ответили: 2-20-14.

— Хелло? — сухо прозвучал голос женщины средних лет.

— Хелло,— сказала Эллен.— Попросите, пожалуйст-ва, Гордона Ганта.

Пауза.

— А кто его спрашивает?

— Его знакомая. Он дома?

— Нет! — Грубый ответ,

— А кто это говорит?

— Его хозяйка.

— А вы не скажете, когда он вернется?

— Поздно ночью,— женщина говорила с раздражением. Потом резко повесила трубку.

Эллен посмотрела на трубку и тоже повесила ее. Затем она вернулась к столу.

Он исчез на весь день. Куда? Разговор с его хозяйкой может прояснить, что именно Гант был с Дороти. Или, наоборот, может доказать, что это был не он, а Поуэлл. Поговорить с хозяйкой... Но под каким предлогом?

Под любым предлогом! При условии, что женщина поверит ей, даже если история будет выдуманной. В любом случае сообщение о женщине, которая интересовалась им, удивит Гордона Ганта. Если он: а) не убивал Дороти, то это его просто изумит, если же он б) убил Дороти, то сообщение о девушке, которая интересовалась им, может спугнуть его. Но вся трудность заключается в знакомстве. У него будут основания подозревать в любой новой знакомой девушку, которая интересовалась им. Это будет неплохо, если он убил Дороти, тогда его волнение как-то проявится. Может быть, даже он удерет из города, и тогда можно будет пойти в полицию и все изложить им. Они расследуют, найдут доказательства...

Сунуться прямо в центр событий. Риск? Когда вы думаете об этом, это кажется самой'логической вещью.

Она посмотрела на часы. Ее визит не должен вызвать подозрения у хозяйки, что это она звонила по телефону. Усилием воли она заставила себя остаться на месте и заказать еще чашку кофе. Хозяйка не должна связывать ее визит с телефонным звонком.

В четверть второго она была на Западной Двадцать шестой улице — тихой, спокойной улице с блеклыми двухэтажными домами. Перед каждым домом был небольшой сад. Вдоль тротуара стояло несколько старых автомобилей. Хотя все были устаревших моделей, они все же блестели, как новенькие. На улице было тихо, и стук каблуков Эллен раздавался очень громко.

Дом № 1312, в котором жил Гордон Гант, был третьим от угла: дом горчичного цвета. Эллен огляделась, а потом направилась по тропинке к крыльцу. На почтовом ящике она прочла имя: миссис Минна Аркетт. Она шагнула к двери. Звонка на двери не было, вместо него в центре двери было старомодное металлическое кольцо. Глубоко вздохнув, она потянула за кольцо. Раздался грохот. Эллен ждала.

Вскоре послышались шаги, и дверь открылась. Перед Эллен стояла высокая, худощавая женщина. Седые волосы были расчесаны на пробор. Слезящиеся глаза уставились на Эллен. Она осмотрела Эллен сверху донизу.

— Да? — сухо произнесла она.

— Вы, должно быть, миссис Аркетт? — спросила Эллен.

— Да,— женщина неожиданно улыбнулась, обнажив неестественно красивые зубы.

Эллен в ответ улыбнулась ей и представилась:

— Я кузина Гордона.

Миссис Аркетт подняла брови:

— Его кузина?

— Он не говорил вам, что я сегодня зайду?

— Конечно, нет. Он ни слова не говорил о кузине.

— Странно. Я писала ему, что буду проездом. Я еду в Чикаго и решила посмотреть на него. Должно быть, он забыл...

— Когда вы писали ему?

Эллен колебалась.

— Позавчера. В субботу.

— А! — Женщина снова улыбнулась.— Гордон ушел из дома очень рано, а первая почта приходит в десять. Возможно, ваше письмо сейчас ждет его в комнате.

— О...

— Он не был там...

— Можно мне зайти на несколько минут? — быстро спросила Эллен.— Я вышла не на той остановке и пришлось пройти несколько кварталов.

Миссис Аркетт отступила назад:

— Конечно. Входите.

— Большое спасибо.— Эллен перешагнула через порог и вошла в прихожую. Дверь за ней захлопнулась. Справа находилась лестница. Дверь слева вела в гостиную, которую, казалось, редко посещали,

— Миссис Аркетт! — позвал чей-то голос.

— Иду! — ответила она и повернулась к Эллен.— Вы не против посидеть на кухне?

— Вовсе нет,— улыбнулась Эллен. Зубы миссис Аркетт снова блеснули, а потом Эллен пошла за ней, удивляясь тому, что эта женщина так мило ведет себя, а по телефону разговаривала грубо и раздраженно.

Кухня была выкрашена в тот же горчичный цвет, что и весь дом. Посреди кухни стоял стол. За столом сидел пожилой лысый мужчина, а перед ним лежал лист с анаграммами. Перед ним стояла бутылка перцовки, и казалось, что его щеки окрашены в тот же цвет.

— Это мистер Фишбек,— представила его миссис Аркетт.— Мы играем в анаграммы.

— По никелю за слово,— добавил старик, разглядывая Эллен.

— Это мисс...— миссис Аркетт ждала продолжения.

— Гант,—сказала Эллен.

— Мисс Гант, кузина Гордона.

— Здравствуйте,—поздоровался мистер Фишбек.— Гордон — прекрасный парень.— Он глотнул из стакана и обратился к миссис Аркетт: — Ваш ход.

Она села напротив мистера Фишбека.

— Садитесь,— она кивнула Эллен на свободный стул.— Хотите глотнуть?

— Нет, спасибо,— отказалась Эллен, уселась на стул и стала наблюдать за игрой.

Миссис Аркетт уставилась на буквы, которые были написаны перед ней.

— Откуда вы едете?—спросила миссис Аркетт.

— Из Калифорнии.

— Я не знала, что семья Гордона живет на западе.

— Я была там в гостях,— ответила Эллен.— Вообще-то я с востока.

— А! — Миссис Аркетт посмотрела на мистера Фишбека.— Ходите. Я ничего не могу придумать.

— Так мне ходить?—переспросил мистер Фишбек.

Она кивнула. Мистер Фишбек улыбнулся и переставил буквы.— Вы проиграли,— заявилон.— _Г-Р-О-Б — Г-О-Р-Б_.— И он с довольным видом добавил себе одну палочку.

— Это нечестно,— запротестовала миссис Аркетт.— Вы думали, пока я ходила открывать дверь.

— Ладно, честно так честно.— Мистер Фишбек зачеркнул свою палочку и написал слово в центре.

— Ага,— пробормотала миссис Аркетт.

— Как дела у Гордона? — спросила Эллен.

— О, прекрасно!—ответила миссис Аркетт.— Мальчик трудится как пчела. И в университете; и на радио.

— На радио?

— Вы хотите сказать, что не знаете о радио?

— Я не слышала от него...

— Ну, он уже три месяца занят этим,— объяснила миссис Аркетт.— Он выступает по радио. Его записывают, он поет и рассказывает. С восьми до десяти вечера каждый день, кроме воскресений.

— Удивительно! — воскликнула Эллен.

— О, он уже настоящая знаменитость,— продолжала хозяйка.— У него даже пару раз брали интервью. И репортеры приходили сюда. А девчонки звонят ему без перерыва. Они узнали в Стоддарде его телефон и названивают сюда. Он не хочет с ними разговаривать, и мне приходится отвечать вместо него. Этого достаточно, чтобы можно было сойти с ума.— Миссис Аркетт что-то написала и повернулась к мистеру Фишбеку.— Продолжайте, мистер Фишбек.

— Гордон уже расстался с той девушкой, о которой он писал мне в прошлом году? — спросила Эллен.

— С какой именно?

— Блондинка, стройная, красивая. Гордон несколько раз упоминал о ней в письмах в прошлом году, в октябре, ноябре. Кажется, это тянулось даже до апреля.

— Я могу вам сказать, что ни разу не видела его с девушками. До радио он раза три-четыре в неделю гулял с ними, но ни разу не приводил в дом. Не потому, что я была против. Я только его хозяйка. Он никогда не говорил о своих девушках. Другие ребята, которых я раньше знала, рассказывали все, но они были молодыми. А теперь почти все воевали и разговаривают мало. Они не болтливы, по крайней мере Гордон. И я не любопытна, но иногда мне интересно узнать новых людей.— Она что-то написала.— Как звали эту девушку, может быть, я вспомню, была такая у Гордона или нет. Иногда он пользовался телефоном и я могла слышать имена тех, с кем он разговаривал.

— Я не помню ее имени,— отозвалась Эллен,— но если вы назовете пару имен тех, с кем он гулял в прошлом году, я, возможно, вспомню.

— Что ж, я скажу вам о тех, про которых я слышала,— миссис Аркетт продолжала механически что-то писать.— У него была Луэлла. Я запомнила это потому, что у моей невестки такое же имя. Потом была...— она задумалась на мгновение,— Барбара. Нет, она была в позапрошлом году. Нет, была Луэлла, это точно. Пока я не могу никого больше припомнить. Но другие были.

Игра продолжалась, и на несколько минут воцарилась тишина.

— Кажется, ее звали Дороти,— подсказала Эллен.

Миссис Аркетт кивнула головой мистеру Фишбеку,

— Дороти? — Она прищурила глаза.— Нет, если ее точно звали Дороти, то у Гордона не было девушки с таким именем. Я уверена в этом. Девушки с таким именем я не знаю.

— Значит, в прошлом году у него не было знакомой по имени Дороти?

Миссис Аркетт уставилась в потолок.

— Я не знаю, я не помню такого имени.

— Может быть, Дотти? — настаивала Эллен.

Миссис Аркетт задумалась, потом неопределенно пожала плечами.

— Ваш ход,— раздраженно напомнил мистер Фиш-бек.

Миссис Аркетт задумалась.

— Я думаю, что в апреле он уже разошелся с этой Дороти,— сказала Эллен.— В апреле он перестал писать о ней. Видно, у него было тогда плохое настроение. С нервами что-то...— Она вопросительно уставилась на миссис Аркетт.

— Только не у Гордона. Он болел в апреле прошлого года, простудился, и я ухаживала за ним.

Мистер Фишбек снова наполнил свой стакан и отхлебнул глоток.

— Вы снова проиграли! — заорал он.— _Х-р-а-м..._

— Как вы сказали? Такого слова нет.— Миссис Аркетт повернулась к Эллен.— Ведь такого слова нет, правда?

— Лучше не спорьте со мной! — крикнул мистер Фишбек.— Я не знаю, что означает это слово, но уверен, что оно существует.— Он повернулся к Эллен.— Я читаю по три книги в неделю, регулярно, как часы.

— Гм, храм! — пробормотала миссис Аркетт,

— Посмотрите в словаре.

— В маленьком словаре нет.

Эллен посмотрела на спорящих.

— У Гордона должен быть словарь,— сказала она и встала.— Я буду рада помочь вам и принесу его сюда, только скажите, как пройти в его комнату.

— Это верно,— согласилась миссис Аркетт.— Вы посидите, дорогая, я сама принесу словарь, Я знаю, где он лежит.

— Можно мне пойти с вами? Я хочу посмотреть комнату Гордона. Он писал о ней много хорошего...

— Пойдемте.— Миссис Аркетт вышла из кухни, и Эллен последовала за ней.

— Я знаю слова гораздо лучше, чем узнаете вы, прожив еще сто лет! — кричал им вдогонку мистер Фишбек.

Миссис Аркетт поднималась наверх по темной лестнице, Эллен шла за ней.

Комната была очень светлая, с бумажными цветами на стенах. Постель с зеленым покрывалом, туалетный столик, легкое кресло, письменный стол... Миссис Аркетт уверенно направилась к стопке книг, лежавших на туалетном столике, достала словарь и стала его просматривать. Эллен подошла поближе, чтобы прочитать названия книг. Может быть, там есть дневник или тетрадь. «Рассказы, получившие премию в 1950 году», «Очерки истории», «Словарь ударений для работников радио», «Забавные глупости», «История американского джаза», «Пути песни», «Элементарная психология», «Три знаменитых детективных романа», «Сокровища американского юмора».

— Боже мой! — воскликнула миссис Аркетт.— Храм—это церковь.— Она захлопнула словарь.— И откуда он выкапывает всякие слова?!

Эллен подошла к столу. Миссис Аркетт положила словарь на место и посмотрела на нее. На столе лежали три конверта.

— Одно из них без обратного адреса, я полагаю, ваше,— проговорила миссис Аркетт.

— Да,— ответила Эллен. Два других письма были из «Ньюс Уика» и из Национальной радиовещательной компании.

Миссис Аркетт направилась к двери.

— Вы идете?

— Да.— И Эллен направилась за ней.

Они вернулись на кухню, где их ждал мистер Фишбек. Увидев миссис Аркетт, он усмехнулся. Она сердито посмотрела на него.

— Это слово означает церковь,— сказала она и опустилась на стул,

Он громко рассмеялся.

— Да замолчите же и играйте! — прикрикнула миссис Аркетт.

Мистер Фишбек уткнулся в бумагу.

Эллен взяла свою сумочку со стула, на котором сидела.

— Я, пожалуй, пойду,— сказала она удрученно.

— Пойдете? — миссис Аркетт высоко подняла брови.

Эллен кивнула.

— Да разве вы не хотите подождать Гордона? — миссис Аркетт взглянула на часы, стоящие на холодильнике у двери.— Сейчас десять минут третьего. Последняя лекция кончается в два часа. С минуты на минуту он будет здесь.

Эллен была потрясена. Миссис Аркетт удивленно смотрела на нее.

— Вы... вы же сказали, мне, что его весь день не будет дома,— пролепетала она наконец.

— Что вы, я вам не говорила ничего подобного! Зачем бы иначе я пригласила вас сюда?

— По телефону...

Челюсть миссис Аркетт отвисла.

— Так это вы звонили? Около часа дня?

Эллен беспомощно кивнула.

— Почему же вы не сказали мне, кто вы? Я думала, что это звонит одна из этих дур. Никто из них не называет своего имени по телефону. А я не подзываю его, даже если он дома. Он так просил. Он..;—Выражение лица миссис Аркетт изменилось. Она подозрительно уставилась на Эллен.— Если вы думали, что его не будет дома весь день, так зачем же вы вообще пришли сюда?

— Я... я хотела повидать вас. Гордон так много писал о вас...

— Зачем вы задавали мне все эти вопросы? — миссис Аркетт встала.

Эллен запахнула пальто. Внезапно миссис Аркетт схватила ее за руку и сжала из всех сил.

— Отпустите меня, пожалуйста. Разрешите мне уйти...

— Почему вы захотели осмотреть его комнату? — Лошадиное лицо миссис Аркетт пылало от злости.— Что вам там понадобилось? Что вы взяли, пока стояли за моей спиной?

— А что можно украсть в комнате собственного кузена? — испуганно спросил мистер Фишбек,

— Кто сказал, что она его кузина?—рявкнула миссис Аркетт.

— Пожалуйста,— умоляла Эллен.— Вы делаете мне больно...

— Я не думаю, что она одна из тех дур, которые все растаскивают на сувениры. Но почему она задавала такие вопросы?

— Я его кузина! — закричала Эллен.— А теперь я хочу уйти. Вы не имеете права держать меня здесь. Я приду позже...

— Вы увидите его сейчас,— крикнула миссис Аркетт.— Вы останетесь здесь до прихода Гордона.— Она посмотрела через плечо Эллен.— Мистер Фишбек, встаньте у двери.

Она подождала, пока тот занял нужную позицию, и отпустила руку Эллен. Потом скрестила руки на груди.

— Мы все разузнаем о вас.

Эллен потерла руку, на которой остались следы пальцев миссис Аркетт. Она посмотрела на мужчину и женщину, которые караулили выходы из кухни. Мистер Фишбек нервничал, миссис Аркетт стояла как скала.

— Вы не имеете права задерживать меня,— протестовала Эллен.— Пропустите.

Никто не двинулся с места.

Они услышали стук входной двери и шаги по лестнице.

— Гордон! — рявкнула миссис Аркетт.— Гордон!

Шаги остановились.

— В чем дело, миссис Аркетт?

Хозяйка вышла в коридор.

Эллен посмотрела на мистера Фишбека.

— Отпустите меня, пожалуйста,— взмолилась она.— Я не сделала ничего плохого.

Он медленно покачал головой.

Она стояла неподвижно, а за спиной слышался возбужденный шепот миссис Аркетт. Послышались приближающиеся шаги.

— Она задавала разные вопросы о девчонках, с которыми вы встречались в прошлом году, а потом хитростью проникла в вашу комнату. Она смотрела ваши книги и письма на столе.— Голос миссис Аркетт был уже совсем рядом.— Вот она!

Эллен повернулась. Миссис Аркетт стояла слева от стола и указывала на нее пальцем. В дверях стоял Гант, высокий парень в светло-голубом пальто. В руке он держал книги. Он внимательно осмотрел ее, потом губы его дрогнули в улыбке. Он вошел в кухню, положил книги на холодильник, не отрывая от нее глаз.

— Ты молодец, кузина Эстер,— проговорил он.—Ты отлично выглядишь.— Он одобрительно оглядел ее. Потом подошел поближе, обнял за плечи и нежно поцеловал в щеку.