В возрасте двенадцати лет Мишкин так любил бога, что нарушал брачные обязательства по отношению к себе.

Мишкин и сегодня неверен себе, он предпочел шикарный спортивный автомобиль и замшевую куртку своему пылкому постоянству и безграничной любви.

— Ваша проблема, — сказал психиатр, — заключается в неспособности любить самого себя.

— Но я люблю себя! — воскликнул Мишкин. — Люблю! Я действительно люблю себя!

— Вы думаете, я вам поверю? — спросил психиатр. — Я вижу, что вы обращались к Сартру, Камю, Монтеню[29], Платону и Торо — и это лишь небольшой перечень ваших увлечений. Когда же вы перестанете заниматься этими непрерывными, абсурдными и ничего не стоящими аферами?

— Я люблю себя, — заплакал Мишкин, — правда люблю.

— Все еще курит, — заметил психиатр, — подвержен апатии, пассивен, не может себя контролировать. Ведь именно так вы обращаетесь с тем, кого, как вы утверждаете, любите?