Шаг во Вход, прямо в темное зеркало. Легкое сопротивление, и упругая поверхность словно лопается. Миг невесомости в абсолютной черноте — привычно, давно уже не пугает. Здравствуй, Система… Здесь нет неба, нет открытых пространств, здесь нечего делать людям, страдающим клаустрофобией. Сверху либо серые своды Тоннеля, либо цветной купол пузыря. Ирреальность, рожденная фантазией гениального Скаута, — так по легенде звали сумасшедшего миллиардера, запустившего этот саморазвивающийся мир.

Сзади, по ту сторону Входа, остается гроссмастер. Если обернуться, его кабинет можно увидеть — как сквозь мутное стекло. Шеф включает блокировку, и картинка меркнет. Меня там нет, я уже здесь, состоящий из нулей и единиц. «Дискретный человек» — так это называется. Продукт аналого-цифрового преобразования вещества, нечто похожее на файл… лучше на этом не циклиться, плохо для психики. Именно что «нечто похожее». Казалось бы, я должен чувствовать себя странно. Однако все, как и в реале, — сердце стучит, мысли копошатся, кишечник урчит после обеда.

Попадаю в жилое помещение, состоящее из одной комнаты и ячейки для капсулы. Все это — внутри пузыря, прилепленного к стене Тоннеля. Охотничий домик гроссмастера Орка. «Охотничий» — лишь название, принятое для такого класса строений и пришедшее из романтических времен начала Системы.

В стене Тоннеля выстроена небольшая платформа, на которой стоит мой битбайк. Классный у меня битбайк, недавно делал апгрейд. Выхожу из домика. В отдалении видны другие такие же пузыри, вделанные в стены Тоннеля, один из которых принадлежит Ивкиным. Сажусь на своего любимца, включаю золотую рыцарскую шпору, позволявшую плевать в полете на ПБД, Программу безопасности движения (привилегия, дарованная Академией метапрограммирования), и — в путь…

Гроссмастер поручил мне заняться рынком, на котором произошло нападение, сам же, как давний друг Ивана Жалле, взял на себя отработку контактов профессора. Ни на какой рынок я пока не собираюсь. Меня ждет куда более срочное дело.