Как я начищу прохоря[1]

на 23-е февраля,

и – по асфальту, и по снегу, и по лужам!..

И я пойму, что жил не зря, что уберёг я прохоря

в картонном ящике от самой дикой стужи!

Я приберёг-то и себя

на славный праздник февраля!..

Служил ракетчиком – с тех пор и молодею!

Хоть окислитель[2], янтаря

темнее, нюхал, видно, зря:

теперь уж, сорок с лишком лет, вовсю балдею!

Да что – янтарь и прохоря,

пожил довольно – говорят,

смотри, не примут там тебя, бери пониже!

Так это можно втихаря

ещё чуток?… Ведь снегиря

который год хочу увидеть… и не вижу!..

Ещё б хотелось, несмотря

на то, что гибну я зазря,

принять на грудь, да что там сто, волну морскую!

И там – как лист календаря…

но чтобы рядом – прохоря!

И важно знать, что я не зря… не зря рискую!..