На качелях любви раскачались

простота мудреца и глупца.

Мы с тобой, вероятно, встречались,

я об этом твержу без конца.

Я тебя никогда не забуду,

хоть не видел тебя никогда.

Но, подобно апрельскому чуду,

ты – то ближе, то дальше всегда.

Этот дождь я, конечно, запомнил,

и сиреневый нежный прибой.

Неспроста осознать нелегко мне,

что придумал я нашу любовь.

Надо мною неслышно кружится

шлейф надежды… но слышу я стон,

и тревожный крик раненой птицы,

и неясной тоски перезвон.