– Ну, пес, стереги добро, а я в лес сбегаю за хворостом, – говорил охотник дворняжке. – Замерз в воде-то. Разведем костер, погреемся.

Натянув сапоги, он протянул руку за казаркой, чтобы положить ее к ружью, около которого сидела собака.

Тут взгляд его упал на кольцо, белевшее у птицы на лапе.

– Гляди-ка, да гусь-то меченый! – удивленно сказал охотник, разглядывая кольцо. – А на кольце буквы и цифры проставлены.

– Вот оказия! – прибавил он после минуты раздумья, растерянно глядя на дворняжку. – Как же теперь быть? На деревне узнают, а там и хозяин объявится. Скажет: моего гуся убил, домашнего, плати, скажет, мне за него денежки! Нет, постой, этак не годится. Кольцо я с него сниму и в море заброшу, чтобы, значит, концы в воду. А без кольца-то его и хозяин не признает: как есть дикий гусь. Прошлого года осенью я такого же белолобого здесь у берега из рыбацкой сети вытащил. Хорошую цену за него в Питере дали!

Охотник задумался. Он был неграмотный, прочесть надписи на кольце не мог, а любопытство его разбирало. Показать же грамотным соседям он опасался.

– Спешить некуда! – решил он наконец. – Наперво согреюсь, а там и порешу, как быть.

Охотник положил казарку рядом с ружьем и узелком, позвал дворняжку и еще раз приказал ей хорошенько сторожить добро.

– Да цыц! – прибавил он уходя. – Не вздумай дичи отведать!

Собака, привыкшая стеречь имущество хозяина, уселась перед вещами.

Узелок соблазнительно пахнул хлебом, а птица – дичинкой. Но тронуть лакомые кусочки нельзя. Надо терпеливо ждать, пока вернется хозяин. Он не забудет ее покормить: он сегодня веселый. Ей, верно, достанется хороший кус.

Дворняжка даже зажмурилась от удовольствия в предчувствии награды за терпенье.

Раздался шорох с того места, где лежали вещи. Дворняжка открыла глаза и остолбенела от изумления: в трех шагах от нее стояла ожившая казарка.

Один миг птица и собака безмолвно смотрели друг на друга. Потом дворняжка тявкнула и храбро бросилась на казарку. Защищаясь, казарка ударила собаку крылом. Удар был так силен и так ловко пришелся в самый кончик чувствительного носа животного, что дворняжка свалилась с ног.

От неожиданной боли она лишилась сознания.

Казарка тоже свалилась набок, не рассчитав силы своего удара. Но тотчас же поднялась на ноги и быстро заковыляла к воде.

Рана от когтей сапсана не была смертельной. Когда раненая казарка увидела подходившего к ней по морю человека, она была так слаба от потери крови, что не могла ни взлететь, ни нырнуть под воду. Ей не оставалось ничего другого, как притвориться мертвой. К этому спасительному приему прибегают дикие гуси, когда у них нет другого способа избежать гибели.

Хитрая уловка удалась вполне. Вообразив, что птица уже мертва, охотник не стал ее добивать.

Силы вернулись к казарке, пока она лежала на песке. Теперь удачный удар крылом открыл ей путь к свободе. Добежав до берега, она бросилась в воду и скоро исчезла в густой заросли камыша.

* * *

Охотник вернулся к скрадку с целой охапкой хвороста.

Собака не поднялась ему навстречу. Он толкнул ее ногой, подумав, что она заснула.

Маленькая дворняжка неуверенно встала на ноги, постояла, качаясь из стороны в сторону, и вдруг завыла тонко и жалобно.

– Ты чего? – удивился охотник. – Рехнулась, что ли?

Тут он взглянул на свои вещи и заметил, что рядом с ружьем нет казарки. Не было ее и нигде поблизости на ровном песке.

– А где гусь? – грозно закричал он на собачонку.

Но та только виновато замахала хвостом и еще жалобнее завыла.

– Цыц ты, проклятая! – кричал охотник. – Что воешь, как над покойником?

А уж у самого мурашки от страха побежали по телу. Самые дикие мысли полезли ему в голову: «Гусь не простой был, с кольцом… Собака чуть не сдохла… Сгинул оборотень! С нами крестная сила!»

Он поспешно схватил ружье и узелок и быстро зашагал к лесу. Дворняжка, поджав хвост, поплелась за ним.

Притаившаяся в камышах казарка видела, как ее враги скрылись за деревьями.

С моря до нее донесся отдаленный призывной крик. Она узнала голос гуся-казанка.

Крик повторился теперь уже ближе. Казарка хотела полететь навстречу казанку, но ослабевшие крылья не подняли ее на воздух. Из груди вырвался крик боли и отчаяния. Силы ее были окончательно истощены.

Из-за песчаной косы раздался ответный гогот. Скоро над берегом показался гусь-казанок. Он отстал от стаи, чтобы разыскать свою исчезнувшую подругу.

Он опять закричал звонко и радостно, но ответа не было.

Сделав широкий круг над камышом, он крикнул еще и еще раз. Ответа все не было.

Тогда гусь отлетел в море и там опустился на воду. Он не хотел догонять стаю один, без своей подруги.