Если бы не обещание, данное брату, Маттео привлек бы ее к себе за тонкую талию и взял бы то, что она настолько очевидно предлагала. Ее зеленые глаза затуманились от желания, и он всем телом чувствовал ее готовность отдаться ему. Остроты чувствам придавал аромат ее духов, тех самых, которые он подарил ей в начале знакомства.

Но, к сожалению, перед ним стояла Куин Дейвис, и он должен усмирить свои фантазии. Он демонстративно сделал шаг назад.

– Видишь, Куин? – сказал он, провокационно улыбаясь. – Я умею держать руки при себе.

– Слишком много вина и секундное помешательство. Так что не обольщайся, на этом бы все и остановилось.

– Ты так думаешь? Возможно, я слишком самоуверенный, но я точно знаю, когда женщина ждет от меня поцелуя.

От неожиданности она онемела.

– Завтрак в восемь, – как ни в чем не бывало произнес Маттео. – А после будь готова к прогулке на лошадях.

– Но я же предупреждала, что плохо езжу верхом.

– Не волнуйся. Специально для тебя у меня есть великолепная спокойная лошадка. Уверяю, она тебе понравится.

Судя по ее виду, прозвучало недостаточно убедительно.

– Спокойной ночи. Если понадоблюсь, моя комната в конце холла.

Куин посмотрела на него так, что сразу стало понятно: даже если черти станут поджаривать ее на сковороде, она не рискнет войти в его комнату. Рассмеявшись про себя, Маттео развернулся и пошел прочь.

Если бы она только знала, какое наслаждение он может ей доставить!

* * *

Маттео не мог спать, он был настроен на часовой пояс Нью-Йорка. Спустившись в кабинет, он позвонил Риккардо и рассказал о сомнениях Куин.

– Совет директоров никогда не одобрит подобного пункта в контракте, – ответил ему брат. – Нужно найти другой выход.

– Именно за это они тебе и платят огромные деньги. Придумай что-нибудь.

В ответ послышался смех. Закончив разговор, Маттео встал и подошел к окну. Огни замка мягко освещали окрестные холмы, а за ними была полная темнота. Этого вида обычно хватало, чтобы восстановить равновесие в его душе, но только не сегодня. Он мучился вопросом, как убедить Куин подписать контракт именно с ними. Завтрашняя прогулка по виноградникам должна решить многое.

Его беспокоило отношение Куин к их компании. Но ведь она даже не хочет взглянуть на результаты исследований! Поездка к Габриэлю в Напу могла бы все изменить, но Куин такая же упрямая, как и он сам. И очень скрытная, и непредсказуемая.

Тяжело вздохнув, Маттео отправился к себе в комнату, но, даже когда он уютно устроился в постели, тревожные мысли не покидали его. Через несколько дней годовщина смерти Джанкарло. Маттео не давала покоя мысль о его роли в случившейся трагедии. Чтобы опять не погружаться в тяжелые воспоминания, он предпочел думать о Куин.

Джулиан Эдвардс был полным идиотом, раз потерял такую женщину. Если бы Маттео оказался на его месте, он бы точно никуда не бегал от нее, а, наоборот, наслаждался бы таким подарком судьбы. Он уже точно знал, какое наслаждение они могут доставить друг другу.

Куин проснулась с жуткой головной болью и твердым намерением избежать общения с фыркающими четвероногими. Также ее изрядно пугал и двуногий по имени Маттео. Но, поскольку она не могла позволить себе просто исчезнуть, пришлось выпить пару таблеток аспирина и спуститься к Марии за крепким тосканским кофе. Проблема головной боли решена. Но как быть с представителями фауны? Оба были до отвратительности свежи и прекрасны. Маттео, в обтягивающих джинсах и темно-синей футболке, еще с мокрыми после душа волосами, держал под уздцы элегантную гнедую лошадь явно аристократических кровей.

Куин с опаской посматривала на них обоих.

– Я бы все-таки предпочла идти пешком.

– Поверь, она просто очаровательна, с тобой все будет в порядке, – настаивал Маттео.

Она сделала неуверенный шаг к лошади, но отпрыгнула назад, прижимая руку к груди, когда животное громко фыркнуло.

– Неудачный опыт? – спросил Маттео с улыбкой.

Куин кивнула:

– Когда я была маленькая, лошадь меня сбросила. С тех пор я боюсь их.

– Тебя должны были сразу посадить обратно в седло.

– Они пытались, но я не хотела. – Она неуверенно переминалась с ноги на ногу. – Может, правда пешком?

– Куин, – произнес Маттео, как ей показалось, командным тоном, – не стоит избегать чего-то всю жизнь только из-за страха. Марика никогда в жизни никого не сбрасывала.

– Я не дура. Никогда не знаешь, на что может отреагировать лошадь. Даже самая спокойная.

– Ладно, не будем считать, что ты сдалась, – сказал он, собирая поводья. – Я только отведу лошадей обратно в конюшню, и мы поедем на машине.

Но Куин никогда не сдавалась. Неужели было обязательно говорить подобные вещи?

– Стой, – окликнула она уходящего Маттео. – Я попробую, но, если она меня сбросит, тебя ждет расплата.

– Ух ты! Звучит провокационно. Договорились.

Сердце бешено билось в груди, но она подошла к лошади и погладила ее по шелковистой морде. Закончив знакомство, Куин вставила ногу в стремя, которое придерживал Маттео.

– Я все время буду рядом, – уверил он.

Вот это ее и пугало, особенно после вчерашнего, когда она сама вешалась на него, а он ушел. Сжав губы, Куин попыталась одним движением оседлать лошадь, но если бы не поддержка Маттео, она свалилась бы вниз. Оказавшись в седле, она поблагодарила его.

– Это самая сложная часть, – ответил он с совершенно бесстрастным выражением лица.

Но Куин было не до этого. Взяв поводья, она сосредоточилась на животном, а Маттео оседлал большого, опасно выглядящего, но неимоверно красивого жеребца.

– Как его зовут? Люцифер?

– Антерос, – ответил он, смеясь, – как итальянского бога любви и страсти. Правда, идеально для меня?

– Лучше некуда.

– Поехали? – спросил он с улыбкой.

Марика аккуратно следовала за Антеросом по узкой тропинке. Надо отдать ей должное, она никуда не торопилась и тщательно выбирала, куда наступить. Куин потихоньку начала успокаиваться и обращать внимание на сочные зеленые холмы, покрытые пестрыми дикорастущими цветами. Когда они проезжали тщательно ухоженные виноградники, Маттео рассказывал о сортах и особенностях произрастания каждого из них.

В самый разгар солнечного дня они остановились пообедать прямо на винном заводе. В сопровождении главного винодела ей показали весь комплекс и рассказали о техниках производства самых известных вин. Немного передохнув, они двинулись дальше, на другую сторону гор, где культивировались призовые сорта «брунелло» и «кьянти».

На закате они сделали привал высоко в горах. Вид оттуда открывался необыкновенный: огненно-красный шар солнца опускался за верхушки холмов. Остановив лошадь, Куин наклонилась к ее шелковистой шее и нежно погладила ее. Чувствовала она себя великолепно. Свежий воздух и солнце помогли рассеять тяжесть в голове, и ее переполняло чувство гордости за то, что она сумела справиться со своим страхом.

– Ты и правда замечательная, – прошептала она лошадке, на что та тихонько фыркнула и пряднула ушами.

Маттео спешился, привязал своего жеребца и подошел к ней.

– Ты – молодец.

– Ты был прав, она чудесная, – сказала Куин, поглаживая лошадь и вытаскивая ноги из стремян. – Но ходить мне теперь будет тяжело.

Ноги ее не слушались, а пятую точку она отсидела настолько, что даже не чувствовала ее.

– Именно поэтому я стою сейчас здесь. – Маттео протянул к ней руки. – Иди сюда.

Почему-то от этого приглашения ее сердце забилось сильнее. Перекинув одну ногу через седло, она позволила Маттео спустить ее на землю. Точно так же, как и вчера, он держал руки у нее на талии, но сегодня она не была пьяна. Его мужской запах был более заманчив, чем вчерашний одеколон. Видимо, все дело в том, что он настоящий самец, а подобных Куин еще не встречала. Убедившись, что она крепко стоит на ногах, он отпустил руки. А Куин, чтобы отвлечься от нежелательных мыслей, стала расстилать плед. Если не чувствовать его запах и не ощущать прикосновений, она вполне может справиться со своим наваждением.

Маттео вытащил бутылку шампанского, бокалы и складной ножик из дорожной сумки, прикрепленной к седлу его жеребца. Куин с опаской посмотрела на него:

– Сегодня я пас.

– Без него ты не сможешь в полной мере наслаждаться видом, – сказал он, вручив ей бокалы и ловко открывая бутылку. – Это традиция.

Сев рядом с ней, он занял почти все свободное место на пледе, и Куин незаметно отодвинулась, чтобы избежать соприкосновения, чем вызвала улыбку у Маттео.

– Меня еще штормит после вчерашнего, – равнодушно заявила она.

– А-а, – кивнул он. – Конечно, с твоим-то цыплячьим весом.

Она улыбнулась. Последнее время это происходило так редко…

– Спасибо тебе за сегодняшний день, – сказала она, протягивая свой бокал к его бокалу. – Хорошо, что ты убедил меня поехать на лошади. Я получила несказанное удовольствие.

– Я рад.

Сделав несколько глотков золотистого напитка, они какое-то время наслаждались закатом в полной тишине.

– Расскажи мне о поездке в Санта-Лючию. Что ты собираешься нам показать?

Куин села поудобнее:

– У нас два отеля на острове. Вы увидите две стороны «Люкса»: один является нашей жемчужиной, а над другим надо много работать. «Рай среди гор» расположен между двух знаменитых вулканов и является одним из пяти лучших люксовых отелей мира. Кухней заправляет знаменитый шеф-повар, и у него уже готово меню, под которое надо подобрать вина. «Голубая красавица», расположенная в северной части острова, готовится к открытию после длительной реконструкции. Там еще масса работы, даже меню окончательно не утверждено. Но, может, это и к лучшему, вы сможете обсудить это на месте, с шефом.

Маттео задал ей еще несколько вопросов, и, когда она допила шампанское, он жестом предложил налить еще.

– Нет, спасибо, – спокойно ответила она и, показывая рукой на окрестности, добавила: – Но я очарована всем этим. Ты, должно быть, гордишься, что являешься частью истории?

– Да, это невероятная привилегия – быть Де Кампо.

Куин уловила в его тоне нотку сомнения.

– Но?..

– Но одновременно с тем и серьезное испытание.

– У твоего отца сложный характер?

– Он настоящий титан. Уверен, тебе есть с кем сравнивать.

– О да. Интересно, чем бы закончилась схватка Антонио и Уоррена на ринге? Кто бы выиграл?

– Это было бы захватывающее зрелище, – улыбнулся Маттео.

– Вы сами решили продолжать семейный бизнес или так было решено на семейном совете?

– У нас не было выбора. Мы – Де Кампо.

– Похожая ситуация. А разве Риккардо поначалу не был гонщиком?

– Да. Но ему было непросто общаться с отцом после возвращения.

– А почему он вообще вернулся?

– Антонио был тяжело болен и хотел, чтобы Риккардо принял бразды правления.

– А кем бы ты стал, если бы не принадлежал к известному роду?

– Это попытка залезть мне в душу? – спросил он, слегка приподняв бровь. – Частичный анализ личности возможного партнера?

Куин улыбнулась:

– Отвечай на вопрос.

– Я был бы пианистом.

От удивления она открыла рот:

– Серьезно?

Он пожал плечами:

– Музыка была моей второй специализацией в Оксфорде.

Куин невольно посмотрела на его длинные пальцы и элегантные кисти рук.

– А ты? Кем ты себя видела?

– Не знаю, – честно ответила она. – Я часто думаю о том, кем могла бы стать. Когда Уоррен увидел, что я получаю огромную прибыль от продажи лимонада, моя судьба была решена.

– Как же Теа избежала подобного волевого решения и стала ветеринаром?

– Ей совсем не давались цифры, и Уоррен сдался.

– Поэтому тебе пришлось работать за двоих. Вы такие разные.

– Совсем неудивительно, ведь меня удочерили.

– Странно, почему разведка мне не донесла.

– Мы никому об этом не рассказываем. Я была совсем крохой, мне и года не было.

– А ты знаешь, кто твои биологические родители?

– Они живут в Миссисипи, – кивнула она. – У них не было возможности меня оставить.

Что-то в ее интонации насторожило Маттео, но он решил больше ничего не спрашивать.

– Вы с сестрой абсолютно разные, но все равно очень близки?

– Так и есть, – улыбнулась Куин. – Теа до сих пор верит в сказки, а я настоящий циник. Мы дополняем друг друга.

– Мы с братьями тоже очень разные, – произнес Маттео после паузы, во время которой внимательно ее изучал. – Но тоже очень близки. Риккардо обожает править миром. Габриэль помешан на вине.

– А ты?

– Не уверен, что могу себя точно описать. Может, сделаешь это сама?

«Невероятно сексуальный, бесконечно притягательный…» – продолжать в том же духе можно было до бесконечности, но она лишь покачала головой.

– А ты играешь для публики?

– Как правило, нет. А ты бы хотела послушать?

– Возможно.

Боже, да она просто сгорала от любопытства. Ей безумно хотелось посмотреть, как эти прекрасные руки будут обращаться с инструментом, поскольку испытать их медленные и сладкие прикосновения на себе ей точно никогда не удастся.

– Давай договоримся, что я сыграю тебе, когда мы подпишем контракт.

– А ты азартный!

– Азартные игры – прямой путь к просчету, – сказал он, усаживаясь рядом с ней. – Это все равно как утверждать, что ты не ждешь от меня поцелуя, в то время как очень этого хочешь.

– Совсем нет, – прошептала она, но от напряжения у нее вспотели ладони.

– Обманщица, – промурлыкал он, прикасаясь к ее щеке и глядя ей прямо в глаза. – Ты, как и вчера, хочешь, чтобы я тебя поцеловал.

– Вчера ты правильно сделал, что ушел. – Куин потупилась.

– Да, но вчера ты выпила целую бутылку вина, а сегодня ты абсолютно трезва.

– Маттео, я…

– Один поцелуй, – прошептал он, склоняясь к ней.

Куин затаила дыхание. Легкое, нежное прикосновение его губ совсем не походило на спешные, грубые ласки Джулиана. Он повторял неторопливые поцелуи снова и снова, доведя ее до неистового желания более тесного контакта. Она прикоснулась к его плечу – то ли для того, чтобы удержать равновесие, то ли призывая его к более активным действиям.

Он издал низкий горловой звук и поцеловал ее более настойчиво, тщательно исследуя ее губы, превращая ее тело в податливую глину.

Куин и предположить не могла, что поцелуй может быть таким опьяняющим и возбуждающим, доставлять такое наслаждение. А в этом райском месте, на вершине горы, он был вдвойне романтичным. Ей хотелось, чтобы наслаждение длилось вечно.

– Маттео… – выдохнула она.

Вместо ответа, он взял ее руку и положил себе на затылок, тем самым приглашая к более активным действиям. Чувствуя легкое давление его языка на своих губах, Куин прекрасно понимала: если сейчас она впустит его, то он опять продемонстрирует ей, как много она упустила в жизни. Но сопротивляться не было сил, и она полностью отдалась ощущениям.

– Куин…

Его хриплый голос вернул ее в реальность. Он провел губами по ее щеке и прикоснулся лбом к ее лбу.

– Наверное, нам лучше остановиться.

Выпрямившись, Куин прикрыла губы ладонью и с ужасом подумала о том, что натворила.

– Это был всего лишь поцелуй, – сказал он, видя ее смятение.

Боже, она целовалась с потенциальным партнером, когда на кону ставка в десять миллионов долларов!

– Этого больше не повторится, – произнес Маттео, видимо наконец осознав, что произошло.

– Маттео, мы не должны больше так поступать. Хотя у тебя, скорее всего, вызывает любопытство любая особь женского пола.

– Ты все неправильно поняла. – Он сердито взглянул на нее.

– А как тогда это понимать?

– Любопытство вызываешь именно ты. Но я согласен, это была ошибка.

На секунду у Куин резко перехватило дыхание. В этот момент Маттео поднялся, протянул ей руку и сказал:

– У тебя завтра ранний вылет. Нам пора идти.

По дороге назад они вообще не разговаривали. Куин думала о глупом поступке и бесконечно ругала себя за допущенную слабость. Ведь Маттео нужен был только контракт, а она вела себя как полная дура. Надо срочно взять себя в руки и к завтрашнему утру вернуть ясность мыслей.