ериод с конца XIV века и век XV был на Руси временем расцвета искусств и литературы. В живописи подвизались Феофан Грек, Андрей Рублев, другие мастера. Их преемником являлся художник столь же высокого полета — Дионисий. Были тогда зодчие, чьи имена остались неизвестными, были книжники — Епифаний Премудрый и другие.

На Руси — в Киеве, во Владимире, в Смоленске, в Москве, в других древних городах — каменные соборы, по два, по три и более, один подле другого поднимались на самых высоких местах.

И видно их было за много верст. И путники, приближаясь к городу, издали любовались золотыми, горевшими на солнце куполами и поражались величию храмов.

Немалые средства жертвовала церковь Руси на строительство храмов. Властители светские — князья отдавали своей верной союзнице — церкви отнятые у народа богатства.

А зодчим приходилось служить одновременно и власть имущим, и церкви.

Тяготились ли Даниил Черный, Андрей Рублев и другие иконники, а также Епифаний Премудрый и неведомые нам создатели героических и иных повестей и поэм теми непреложными правилами — церковными канонами?

Можно только догадываться, как тяжело было истинному мастеру, когда ему сверху указывали: «Создавай только по данному канону, только по данному образцу!» А канон этот был выработан когда-то еще в Византии. Вот, например, икона «Преображение»: три фигуры наверху, в облаках, три внизу, на земле, каждая из них может быть изображена только в определенной позе. Или икона — святой Никола. Он изображен по пояс, борода округлая, короткая, через плечи перекинуто белое с черными крестами полотнище, правая рука поднята в благословении, левая — держит книгу. Только так! Для священнослужителей было удобно — неграмотные знали, кому какая икона посвящена. А художник не смел ничего добавлять от себя. Как подобные невидимые оковы связывали истинного творца! И как велик был Рублев, что и в столь стесненных условиях мог создавать свои бессмертные творения!

Когда по воле митрополита Киприана знаменитая икона Владимирской Богоматери была взята из города Владимира и поставлена в Успенском соборе Москвы, Рублев получил заказ «во утешение» владимирцев написать для них копию.

^{Троицкий собор Троицкого монастыря. Построен в 1424 году. В нем похоронен Сергий Радонежский.}

 ^{Спасский собор Андроникова монастыря — 1420–1427 годы. Старейшее здание в Москве}

Он — гениальный мастер — заимствовал с творения великого византийца облик Богоматери и младенца, положение их тел и рук и создал схожую и одновременно совсем иную икону. Иначе глядели обрамленные длинными ресницами, исполненные великой печали большие и задумчивые глаза Богоматери…

Писатель Епифаний Премудрый читал, разумеется, и «Слово о полку Игореве». Но, наполненное божествами языческими, оно не оставило в его творчестве никаких следов. И не потому ли оно дошло до нас лишь в единственном, впоследствии погибшем списке, что священнослужители косо смотрели на это величайшее творение древнерусской литературы, столь далекое от церковных канонов?..