Открыв дверь, Сэм вытаращил глаза, но Дюффи, молча, отодвинул приятеля и прошел в переднюю. Ольга, поколебавшись, тоже вошла. Сэм закрыл за ними дверь и, стоя, как был, в пижаме, почесал затылок.

— Не бойтесь, — сказал Дюффи Ольге. — Он не такой придурок, каким кажется на первый взгляд.

Женщина боязливо посмотрела на Сэма и ничего не ответила.

— Несчастный олух! — разразился наконец Сэм. — Представь меня хотя бы!

— Мисс Ольга Шан, позвольте вам представить Сэма Мак-Гуира.

Ольга по-прежнему молчала. В этот момент из спальни, завязывая на талии халатик, появилась Алиса. Дюффи бросился к ней.

— Это Ольга Шан. У нее только что были неприятности, точнее, ее пытались удавить, и я привез малышку сюда, потому что там оставаться опасно.

— Правильно сделали, — Алиса положила руку Ольге на плечо. — Вилли переночует в гостиной, а вы — в его комнате.

— Но… я… вас… — залепетала Ольга.

— Минуту, — прервал ее Дюффи. — Я понимаю, что после пережитого вам надо опомниться, но все же ответьте на один вопрос: кто этот тип, который пытался вас убить?

— Макс Вейдмар. Он раньше работал с Каттлеем.

Дюффи кивнул.

— Суньте ее в кровать, Алиса, и станьте ей родной матерью. Крошке досталось.

Ольга пошла за Алисой, и до мужчин донесся шепот:

— Боже праведный! Его что, опять били?

— Где может жить этот пресловутый Макс Вейдмар? — задумчиво произнес Дюффи.

— Ты опять за свое? — нахмурился Сэм.

— Меня интересует адрес Вейдмара, — тоном, не терпящим возражений, заявил Дюффи.

Сэм вздохнул и взялся за телефон. Дюффи удовлетворенно направился в ванную и, когда вернулся, услышал:

— У него комната в гостинице «Люксембург».

— Вот это по-нашему! — обрадовался Дюффи. — Одолжи-ка мне пушку.

— Надеюсь, ты не собираешься разыгрывать комедию наподобие бравого солдата Швейка?

— Помолчи! Я начинаю действовать. Давай сюда пушку и не заставляй меня терять время.

Сэм вздохнул и стал расстегивать пижаму.

— Хорошо! Но я еду с тобой.

Дюффи остановил его жестом.

— Нет. Твое дело оставаться здесь и не смыкать глаз.

— Что еще за новости?

— Вейдмар хотел задушить девочку. Похоже, он или кто-то из его приятелей думают, что она слишком много знает. Они вполне могут прийти и сюда, поэтому ты должен быть начеку.

Сэм вытаращил глаза.

— Но тогда мне самому понадобится револьвер!

— Забаррикадируй дверь и в случае чего звони в полицию. Давай пушку, пока не видит Алиса. И еще вот что: выпей стаканчик виски, и тогда ты справишься с кем угодно без револьвера.

Сэм выдвинул ящик небольшого столика и вынул оттуда кольт. Дюффи проверил предохранитель, потом сунул оружие за пояс брюк и застегнул пиджак.

— Вполне возможно, что я опоздал, — пробормотал он.

Алиса появилась как раз в тот момент, когда Дюффи закрывал за собой входную дверь.

— Куда теперь направился этот ненормальный?

— Поехал за второй девицей, — пошутил Сэм. — А тебе, дорогая, нужно как следует выспаться.

— Тогда идем, — Алиса взяла мужа за руку. — Тебе тоже не помешает отдохнуть.

Дюффи подозвал такси, сказал шоферу, куда ехать, и откинулся на подушки. Ехать пришлось долго. Был уже первый час, когда машина наконец остановилась перед довольно ветхим строением. Отпустив такси, Дюффи поднялся на скрипучее крыльцо, внимательно осмотрел ряд отделений для писем и на одном из них нашел нужное имя. Он позвонил и через некоторое время уже входил в переднюю, освещенную маленькой газовой лампочкой.

Поднявшись на третий этаж, Дюффи остановился перед нужным номером, достал кольт и толкнул дверь, которая, к его изумлению, легко открылась. Некоторое время он, прислушиваясь, стоял в темноте, а потом, решив, что комната пуста, нащупал лампу и поднес спичку к горелке.

Перед Дюффи в неверном свете газовой лампы предстала загроможденная старой мебелью комната, в глубине которой на кровати лицом вниз лежал человек. Дюффи поднял револьвер, подошел к кровати и перевернул лежащего. На его горле зияла жуткая рана. Это был Вейдмар.

Дюффи ничуть не удивился, он ожидал чего-то в этом роде. Стараясь не смотреть на труп, он стал обыскивать комнату, стараясь обнаружить свой фотоаппарат, хотя большой надежды у него не было. Выдвинув один из ящиков стола, Дюффи разинул рот от изумления: внутри лежала большая фотография, которую репортер сначала принял за снимок какой-то кинозвезды.

— Черт возьми! — воскликнул он, потому что в нижнем углу фото стояла размашистая дарственная надпись: «Моему любимому, дорогому Максу. Аннабель».

Дюффи свернул фотографию в рулон и сунул в карман, револьвер спрятал за пояс и осторожно вышел из комнаты. На улице он снова взял такси и велел ехать к Аннабель Эглиш. Откинувшись на спинку кресла, он закрыл глаза, стараясь отключиться хотя бы на несколько минут, но это ему не удалось: мысли работали в одном направлении — найти ключ к загадке.

Дюффи открыл дверь ключом, который когда-то ему дал Морган, и чуть ли не на четвереньках вскарабкался по лесенке, ведущей на хоры. Выглянув из-за ограждения, он увидел, что зал пуст, но освещен, как для костюмированного бала. Перебравшись через балюстраду, Дюффи спрыгнул вниз, с трудом удержался на ногах и прислушался: где-то текла вода.

Купается она, что ли? Дюффи на цыпочках обошел зал, открывая и закрывая все попадающиеся ящики, ящички и дверцы. Подойдя к бару, он встал на колени, чтобы как следует ознакомиться с содержимым, и на одной из самых нижних полок, почти скрытый бутылками, обнаружил свой фотоаппарат.

Вода больше не текла, в квартире было совершенно тихо. Дюффи вышел из зала, подошел к ванной и повернул ручку двери. Аннабель с закрытыми глазами и зажженной сигаретой во рту нежилась в теплой воде, и Дюффи был вынужден признать, что она прекрасно сложена. Войдя и закрыв за собой дверь, он оперся о косяк.

Аннабель открыла глаза и молча уставилась на вошедшего. Только выпавшая из ее губ сигарета показала, что женщина далеко не так спокойна, как ей хотелось изобразить.

Сигарета размякшей лодочкой поплыла по теплой поверхности и приткнулась к колену Аннабель. Дюффи с большим интересом смотрел на женщину, которая, в свою очередь, рассматривала мужчину и не делала никаких попыток прикрыть наготу. Он придвинул ногой табурет, уселся и посмотрел на синяк, который сам же поставил Аннабель утром.

— Пошел к черту! — прошипела она.

— Да мне самому противно здесь находиться, но дело прежде всего. Поэтому сначала кое о чем переговорим, а потом я уйду.

Он показал Аннабель фотоаппарат, который только что нашел, но лицо сучонки даже не дрогнуло, только глаза, казалось, метали искры.

— Теперь я знаю убийцу Каттлея, — заявил Дюффи. — Я понимал, что все это сделал тот, кто похитил аппарат, и хотел найти этого парня. Должен заметить, вы плохо обделали дельце: все шито белыми нитками.

— Убирайся вон, подонок! — крикнула Аннабель.

Дюффи невесело улыбнулся.

— Я уйду отсюда вместе с полицией после того, как меня допросят в качестве свидетеля.

Женщина внезапно вскочила, и вода плеснула через ванну.

— Против меня ничего нет! Для доказательств нужно тело Каттлея, а тебе его никогда не найти!

Дюффи вытаращил глаза.

— Вот как? Значит, бедняга переехал… с твоей помощью.

Аннабель попыталась нащупать предмет потяжелей на полочке под зеркалом в изголовье ванны. Дюффи демонстративно вытащил револьвер и многозначительно взвесил на ладони.

— Думаю, еще один синяк на таком очаровательном личике не будет лишним, — как бы в задумчивости произнес он.

Аннабель снова погрузилась в ванну, вытесняя воду. Дюффи встал:

— Вылезай оттуда. Хватит демонстрировать прелести. Нам надо поговорить.

Аннабель вышла из ванны и накинула пеньюар. Лицо ее было неподвижно.

— Даю тебе пять минут, чтобы одеться. И без фокусов! Дверь оставляю открытой.

Дюффи уже хотел повернуться, чтобы выйти из ванной, когда за его спиной раздался голос:

— Брось оружие!

Дюффи замер, а голос продолжал:

— Положи пушку на пол!

Дюффи аккуратно положил револьвер у своих ног и обернулся: в двух шагах от него стоял Мюррэ Глизон с кольтом в руках.

— Этот тип — большой умник! — крикнула Аннабель.

— Я тоже так думаю, — согласился Глизон. — Одевайся поскорее, поможешь разделаться с ним.

Дюффи стоял неподвижно и проклинал себя за непредусмотрительность: записная книжка казалась ему тяжелым раскаленным утюгом, который он зачем-то засунул в карман. Как он мог отправиться в осиное гнездо, не оставив книжку у Гуиров?

— Отойди от револьвера! — скомандовал Глизон.

Дюффи, не торопясь, сделал полуоборот, вышел из ванной и направился к креслу.

— Вы не будете возражать, если я сяду? Страшно хочется отдохнуть. Весь день, знаете ли, на ногах.

— Держись поскромнее, — посоветовал Глизон, не спуская с пленника глаз.

Дюффи вынул сигарету, закурил, потом положил руки на подлокотники и замер. Он заметил, что Глизон нервничает.

— Ты уже второй раз пугаешь меня пушкой, — заметил Дюффи. — Тогда в клубе тебе не повезло — помешали.

Из ванной вышла Аннабель, она выглядела озабоченной.

— Так в чем дело? — продолжал Дюффи. — Какие у вас ко мне претензии? По-моему, страдающая сторона здесь я. У меня украли аппарат, и я, словно идиот, разыскивал его, между прочим, стараясь помочь Аннабель.

— Мне нужна записная книжка! — заявил Глизон.

— Понимаю, — сочувственно кивнул Дюффи. — Но я уже говорил: у меня книжки нет. Я сдал ее на почту.

— Ложь! — крикнула Аннабель.

Дюффи пожал плечами.

— Ты так думаешь? Подумай, дорогуша, неужели на моем месте ты стала бы таскать книжку с собой? Я понял, что эта штучка тебе нужна, поэтому запечатал и послал одному другу в Канаду с просьбой сохранить до лучших времен. Он вернет книжку по первому требованию. Носить с собой подобное сокровище неосторожно: слишком уж ты хотела получить эту вещичку. Хотя, честно говоря, сам я ничего примечательного в ней не нашел.

— А что если я уговорю тебя написать этому типу в Канаду? — злобно сощурился Глизон.

— Каким способом?

— Мало ли каким.

— Ну, ну, не ребячьтесь. Меня не запугаешь. Я мальчонка не из робких. Неужели думаете, что я отдам такую красивую книжечку в красной обложечке даром? Нет уж! Раз на то пошло, будем говорить по-деловому.

Глизон опустил револьвер.

— Сколько?

— Ты сошел с ума! — крикнула Аннабель.

— Я знаю, что делаю, — нахмурился Глизон.

Дюффи любовно посмотрел на свои ногти.

— А во сколько вы ее оцениваете?

На губах Глизона мелькнула улыбка.

— Ну хотя бы в пятьсот долларов.

Дюффи медленно встал.

— Опомнись, ты, шляпа! Смешно слушать! Ты бы еще предложил мне пятьдесят центов.

— Стреляй ему в живот, — подсказала Аннабель.

Дюффи посмотрел на нее, вложив в этот взгляд все презрение, на которое был способен.

— Подумать только, еще совсем недавно я был непрочь трахнуть эту грязную шлюху!

Глизон в полном недоумении смотрел на Дюффи.

— Ну ладно, — нахально заявил тот, — мне пора. Когда действительно захотите получить книжку, позвоните.

— Подождите! — крикнул Глизон.

Дюффи отрицательно помотал головой и направился к двери.

— Если вы всадите в меня пулю, то уже никогда не получите своей вонючей книжонки.

— Ну, скажем… пять тысяч, — с трудом выговорил Глизон.

Дюффи усмехнулся.

— Надо мной не каплет. Спешить некуда. Я подожду.

И только оказавшись у лифта, он вдруг понял, как перенервничал. На улице он бухнулся в первое подвернувшееся такси и через некоторое время уже поднимался в квартиру Сэма.

Дюффи открыл дверь, когда часы показывали без четверти два. Бросив шляпу на диван, он прежде всего нашел бутылку виски и одним глотком допил все, что там оставалось.

В квартире было тихо, только из комнаты Сэма доносилось негромкое похрапывание. Дюффи закурил, направился к «комнате для друзей» и тихонько открыл дверь. Там все было погружено в темноту, а тишина нарушалась лишь легким дыханием Ольги. Приблизившись к кровати, Дюффи нащупал маленький ночник и включил. Ольга резко села на кровати, сжала кулачки и собиралась уже закричать, когда Дюффи ласково зажал ей рот.

— Все в порядке, — прошептал он, усаживаясь рядом.

— Вы меня напугали до полусмерти, — призналась женщина.

— Уже очень поздно. Что происходит?

— Происходит много всякого, о чем нам нужно поговорить. Может быть, это для вас неожиданность, но вы попали в грязную историю. Только что Максу Вейдмару кто-то перерезал горло.

Глаза Ольги расширились.

— Вы хотите сказать, что…

— Я буду говорить, а вы заполните лакуны, — Дюффи облокотился о тумбочку. Его лицо, разукрашенное кровоподтеками, казалось совершенно измученным.

Ольга почувствовала острый укол жалости к этому еще недавно незнакомому человеку.

— Снимите обувь и ложитесь рядом, — предложила она.

Дюффи покачал головой.

— Нет, спасибо, я боюсь уснуть. Послушайте: Аннабель Эглиш — рыжая бестия, дочь депутата Эглиша. Она ненормальная, к тому же садистка. Вейдмар был одним из ее любовников, но она жила и с Каттлеем. Однажды, когда Каттлей пришел к ней, она убила его и бросила в шахту лифта. Но раньше, чем я продолжу, расскажите все, что знаете о Каттлее.

— Каттлей занимался продажей наркотиков, — тихо сказала Ольга. — Начинал он очень скромно: перевозил зелье и получал небольшие проценты. Тогда я с ним и познакомилась. Потом он стал настоящим дельцом, его патроном был Вейдмар, но самый главный у них — Глизон. Каттлею надоело быть на побегушках, и он стал шантажировать всю эту свору.

— Довольно, — резко прервал ее Дюффи, вытащил из кармана записную книжку и положил на одеяло. — Вот она! Читайте список.

Удивление Ольги показало Дюффи, что он в ней не ошибся.

— Понимаю, — говорил он, листая страницы. — Похоже, эти типы остались без рук, потеряв свою книжонку. А их клиенты, любители кокаина, наверняка рехнулись, не получая привычных порций.

— Как она к вам попала? — прошептала Ольга.

— Очень просто — нашел у Каттлея. Аннабель приехала к нему домой, чтобы найти книжку, а я отобрал. Теперь все прояснилось. Чертовщина! Эти стервятники работают по-крупному! Посмотрите на имена! А цифры! Это их дозы.

Ольга положила руку ему на колено.

— Теперь вы пропали. Вас будут преследовать до тех пор, пока не отберут книжку. И этих сволочей вполне устроит, если при этом сделают вас трупом. — Голос женщины дрожал. — Эта книжка стоит миллионы.

Дюффи устало посмотрел на Ольгу.

— А знаете что? Я ведь давно мечтал об этом. Сколотить состояние, отняв его у банды мошенников! Что может быть лучше? Теперь эти волки начнут грызть друг друга, а я прослежу, чтобы они не отвлекались на сторону.

— Что вы хотите этим сказать?

— Если они узнают, что ваша роль в этой истории не последняя, не станут церемониться. Но вы мне нравитесь, малютка. Поэтому я предлагаю нам заключить союз.

В глазах Ольги сверкнули искорки.

— Что за союз?

— Некто Морган… Я еще не рассказывал вам о нем, потому что еще сам не слишком понимаю его роль во всем этом деле. Ясно одно: он любит выхватывать каштаны из огня чужими руками.

Ольга чуть нахмурилась, словно припоминая что-то.

— Морган?

Дюффи в нескольких словах рассказал ей о предложении Моргана, о том, как он, скрываясь на хорах, фотографировал Аннабель, о похищенном фотоаппарате и ночной встрече с тремя бандитами.

— Они собирались шантажировать Аннабель. Было достаточно опубликовать только одну фотографию, где она разговаривает с Каттлеем, и карьера старика Эглиша погибла бы. Поначалу я думал, что здесь какая-то другая подоплека. Мне казалось, что Каттлея убил кто угодно, только не Аннабель. Наивный болван! Я даже помог этой твари спрятать труп. Ну да ладно. Будущее покажет, что к чему. А книжку я продам тому, кто предложит самый большой куш.

Ольга молчала, лицо бледным пятном выделялось на фоне подушки.

— Похоже, вы действительно нашли веревочку, за которую нужно тянуть, — наконец произнесла она.

Дюффи спрятал книжку в карман.

— И при этом совершенно не собираюсь церемониться с бандой отпетых негодяев. Думаю, вы не осуждаете меня?

— А сколько можно заработать? — Ольга запустила пальцы в свои густые волосы.

Дюффи одобрительно посмотрел на нее.

— Откуда мне знать? Тысяч пятьдесят, а может, и больше.

— О! С такими деньгами можно отлично устроиться.

Дюффи ласково похлопал ее по руке.

— Вот именно. Сейчас я пойду вздремну немного, а завтра начнем действовать.

Ольга вдруг мягко, но сильно взяла Дюффи за рукав.

— Вы действительно хотите спать?

Она смотрела блестящими глазами, грудь волновалась под ночной рубашкой.

— Я могла бы прогнать ваш сон. Ложитесь рядом.

Дюффи ласково улыбнулся.

— Вы милая девочка, и я тронут вашим предложением, но, пожалуй, сегодня мне им не воспользоваться. Завтра переедем ко мне. — Он кивнул в сторону соседней комнаты. — Это чудесные люди, и по отношению к ним мы поступили бы нехорошо.

Он погладил Ольгу по щеке и добавил:

— Алиса — очень хорошая женщина. Я не хочу, чтобы она знала эту историю и волновалась. Пусть все останется между нами.

Ольга посмотрела, как Дюффи вышел из комнаты, и только после этого потушила ночник.