Деку никак не удавалось расслабиться. Все, на что он был способен, – это смотреть на Кэри и удивляться: почему же полтора года назад он не увидел ее с этой стороны? Она была достаточно уверена в себе, чего не хватало ей прежде. Теперь Кэри флиртовала с ним и была более решительной.

В глубине души Дек понимал: если бы Кэри была с ним такой в отеле в Атланте, он провел бы с ней гораздо больше времени… прежде чем бросить.

– Почему ты смотришь на меня так?

– Ты красивая женщина… Ты должна была привыкнуть к тому, что мужчины на тебя смотрят, – улыбнулся Дек.

Она покачала головой и отвернулась от него.

– Не в последнее время. Я была слишком занята.

– Занята на работе?

– Не только на работе. У меня сумасшедшая жизнь, – пожала плечами Кэри.

– А чем ты занимаешься в свободное время? – спросил Дек. – Благотворительностью? – Этим раньше занимались и его мама, и бабушка.

– Ты говоришь об этом с пренебрежением, – заметила Кэри. – Нет ничего плохого в благотворительности.

– Я знаю. Но женщины, которых я знал и которые тратили все свое время на благотворительность, редко тратили столько же на своих родных и редко бывали рядом со своей семьей.

– Ты о своей маме?

– Матери, – поправил ее Дек. – Ей не нравилось неформальное «мама».

– Серьезно? Я мало знаю о твоем прошлом, – сказала Кэри.

– А зачем тебе знать?

– Мы смертельные враги. Я несколько раз пыталась найти информацию о тебе в Интернете, – сказала Кэри. Ее глаза заблестели. Она сделала еще один глоток вина, которое заказала одновременно с основным блюдом, и улыбнулась ему. – Но в Интернете в основном были просто бизнес-статьи, так что расскажи мне о себе. Позволь мне узнать о твоих слабостях.

– Кто сказал, что у меня есть слабости?

– Они есть у всех.

– Даже у прекрасных блондинок?

– Не знаю насчет всех блондинок, но у меня определенно есть слабости.

– Расскажи, – предложил он.

– Забудь об этом, приятель. Не меняй тему. Мы говорили о тебе, – сказала она.

Информация о прошлом Дека не раскроет его слабости. Если честно, он вообще сомневался, были ли они у него. Он мог быть уязвимым, только если бы искренне заботился о ком-либо. Таким образом, он ничем не рисковал сейчас.

– Ну, мои отец и мать были очень занятыми людьми. Мать занималась благотворительностью, а отца интересовала только борьба, которую дедушка вел с вашей семьей. И отец все время пытался ему угодить, но у него это никогда не получалось.

– Но родители ведь должны были уделять тебе какое-то время, – сказала она.

Дек мог бы преподнести свою историю слишком сентиментально, а такая сердобольная женщина, как Кэри, непременно проглотит ее. И это позволит Деку манипулировать ею в дальнейшем. В течение минуты он раздумывал: стоит ли играть на ее эмоциях или постараться быть честным? И Дек отбросил первую мысль. Ему не нужно было обманывать Кэри, чтобы победить в давней войне.

– Мы были обычной семьей, но каждый жил своей жизнью. Нам так было лучше. Извини, если мои слова о благотворительности прозвучали пренебрежительно.

– Все нормально. Я всего лишь даю деньги нуждающимся. Большую часть своего свободного времени я провожу дома.

– В самом деле? Я думал, ты более общительная, – сказал Дек.

– Раньше я действительно была такой, но в последнее время, поскольку ты и твои братья охотитесь на нашу компанию, мне приходится сосредоточиваться на других вещах.

– Не могу тебе посочувствовать, – пожал он плечами.

– Потому что вы наконец получили шанс отомстить моему деду?

Вроде того, но для Дека это больше победа, чем отмщение.

– Вовсе нет. Я рад нашей победе: теперь мы с тобой можем проводить больше времени.

Кэри закатила глаза:

– Как будто ты уже давно ищешь моего общества, но я отказываю тебе. Откуда вдруг подобный интерес ко мне?

Это был тот самый вопрос, на который Дек не мог ответить даже самому себе. Пробыв долгое время в Австралии, вдалеке от дома, он смог понять: возможно, стоит пересмотреть свои ценности?

– Может быть, это из-за тебя. Ну, сегодня я собирался провести бизнес…

– Ты сказал, никакого бизнеса.

– Я имел в виду – изначально. Но как только тебя увидел, я забыл обо всем, кроме нашей совместной ночи и сожаления…

Кэри заправила прядь волос за ухо, но та снова выбилась и упала ей на щеку. Она закусила нижнюю губу, а затем вздохнула:

– Это слишком сложно.

– Определенно, но я очень хорош в разрешении сложных ситуаций.

– Я думаю, эта ситуация слишком сложна даже для тебя.

– О чем ты?

У Дека было такое чувство, словно они параллельно вели два разных разговора. Конечно, у них совершенно разные стили общения, как у мужчины и женщины, но это не все… Может быть, она что-то скрывает?

– О том, что мы могли бы остаться вместе после той ночи, – сказала она. – Разве ты не об этом говорил?

– Да, но я имел в виду… мои родственники не поняли бы и не приняли бы это.

– Близость с врагом, – задумчиво вздохнула Кэри. – Это всегда звучит так романтично… до тех пор, пока не приходится объясняться с сестрами.

– Да, для нас это было бы очень непросто, – рассмеялся Дек.

– Нет никаких «нас», – мягко напомнила Кэри. – Это просто ужин, а вовсе не романтическое свидание.

– Но тот поцелуй в конференц-зале означает другое…

– Я не так давно целовала другого мужчину. Так что не чувствуй себя особенным, – сказала она.

Слишком поздно, подумал Дек. Было что-то особенное в том, как Кэри ему улыбалась. Эта улыбка заставила его почувствовать себя единственным мужчиной в ее жизни.

– Ты ранишь меня.

– Ну да, – сказала она, сделав еще один глоток вина. – И, думаю, одного комментария недостаточно, чтобы задеть твое эго.

– Почему?

– Ты вошел в мой офис, в мой конференц-зал с таким видом, как будто между нами ничего никогда не было. Потом ты рассказал мне, как собираешься уволить почти весь мой персонал, сказал, что та ночь ничего для тебя не значила, да и я тоже… Но затем ты настоял на ужине. Что это, если не излишнее самомнение?

Дек сделал еще один глоток вина, чтобы она не заметила его улыбку. Его отец всегда говорил – Дек скорее уверен в себе, чем умен.

– Это не из-за моего самомнения. Ты ведь все-таки ужинаешь со мной.

– Весомый аргумент!

– Это и заставило меня почувствовать себя особенным, – сказал Дек.

Он не хотел ничего серьезного от Кэри. Сейчас ему нужна только комфортная и спокойная жизнь, он не собирался зацикливаться на мыслях о прошлом или о будущем.

Когда ужин закончился, Кэри извинилась и пошла в дамскую комнату, чтобы позвонить сестре и узнать, как Ди Джей себя чувствует, заснул ли он. Джесси, скорее всего, давно уже ушла, а Эмма осталась с Сэмми и Ди Джеем одна.

На часах было восемь тридцать, как раз то время, когда Кэри обычно сидела на диване с планшетом и совершала покупки через Интернет, а ребенок тихонько спал у нее на руках. Но Эмма ведь не будет всю ночь держать Ди Джея на руках…

– Как Ди Джей себя чувствует?

– Не может успокоиться. Он не перестает звать тебя, – сказала Эмма. – Я думала, в это время он должен спать.

– Я сижу с ним на руках, пока он не уснет, – сказала Кэри.

– Это то, чего я боялась. Сэм сейчас читает ему.

– Я не знала, что он уже умеет читать, – ответила Кэри. Ее племяннику было всего три года.

– Ну, он обычно просто пролистывает книгу и сам придумывает историю по картинкам. Сейчас он рассказывает историю о Зеленых Яйцах, Ветчине и плохо приготовленном завтраке.

Кэри засмеялась:

– Сэмми так хорошо справляется.

– Он всегда хотел братика, – сказала Эмма. – Он очень тяжело пережил утрату.

– Мне очень жаль, – сказала Кэри.

Никто не ожидал, что Гелио, муж Эммы, умрет так рано. Его смерть стала шоком для всех. Эмма целиком погрузилась в работу.

– У нас все в порядке. Как ужин? Дек позволял себе непристойности?

– Да что ты! Мы хотим пропустить по стаканчику на пристани. Ты сможешь остаться на ночь?

– Да. Хотя я подумываю взять Ди Джея к нам домой. Возможно, спокойная езда на машине заставит его уснуть. Ты можешь приехать к нам, или я отведу его завтра в детскую комнату в компании, а ты уже оттуда его заберешь.

– Хорошо, давай сделаем по-твоему. Я буду скучать по нему сегодня.

– Все будет в порядке. Постарайся выяснить дальнейшие планы Дека.

– Хорошо, – сказала Кэри. – Возможно, я все-таки приеду.

– Как хочешь.

Положив трубку, Кэри освежила макияж, поправила волосы и пошла назад, к столу. Она заметила: Дек говорил по телефону. Как только Кэри подошла ближе, Дек попрощался, и она ничего не смогла подслушать.

– Готова? – спросил он.

Кэри кивнула, и Дек встал. Положив руку ей на талию, он повел ее к выходу. Ей нравилось чувствовать тепло его руки через ткань платья. Нравилось и то, как он касался ее спины. Нравилось…

Она вздрогнула, когда он провел пальцами вверх и вниз по молнии.

– Замерзла?

Кэри покачала головой. И только потом поняла: она должна была сказать: да, замерзла.

– Мне нравится касаться тебя, Кэри, – сказал Дек, близко наклонившись к ней.

Кэри тоже это нравится. Но она остановилась и сделала шаг в сторону.

– Я же извинился! – протянул Дек.

– Я не могу тебя так быстро простить. Мне нужно идти.

– А мне казалось, ты хотела поговорить, – сказал Дек.

– Мы разговариваем. Но ничего не получится, если ты будешь меня трогать.

– Я просто был вежлив.

Кэри понимала: нельзя реагировать слишком эмоционально. Но ее слишком давно не касался мужчина, она изголодалась по нежным прикосновениям…

– Я знаю.

– Ты все еще хочешь поехать выпить?

– Да, – сказала Кэри.

– Вот моя машина.

– «Мазерати»?

– Да, мне нравятся быстрые и сексуальные машины.

– Почему я не удивлена? – спросила Кэри. – Ты думал о том, чем будешь заниматься, когда у тебя появится семья?

– Я пока ничего не планирую, – сказал Дек.

По спокойному взгляду его карих глаз было понятно: он говорит правду. Кэри надеялась узнать побольше о нем как о человеке. Но пока ей удалось лишь выяснить: его мама занималась благотворительностью и не уделяла ему времени. Может, поэтому Дек и не хочет семью?

– О-о-о, – протянула она.

– Я по жизни одиночка.

Кэри села в машину.

Что же дальше?

Ее последние надежды – а вдруг Дек упадет на колени и признается в любви к ней и Ди Джею – испарились. Она осознала: к сожалению, вокруг реальная жизнь, а не какой-то фантастический мир, где все устроено так, как ей хочется.

– Ты в порядке? – спросил он.

– Да, – сказала Кэри.

Пока они ехали, она наслаждалась блюзом, который разливался по салону. Песня о разбитом сердце. Таком, как у Кэри. Насколько же хрупки человеческие мечты, как и человеческие сердца…

Дек почувствовал перемену ее настроения, когда они добрались до пристани. Он жил на пришвартованной здесь яхте. Он не хотел большой дом, полагая: таким образом ему удастся не быть похожим на родителей. А еще Деку нравилось думать: все вещи, которые он себе накупил, не значат для него ничего.

И все-таки он сомневался… Вряд ли Кэри согласится выпить с ним на его яхте с претенциозным названием «Большой транжира». Такое название придумал Аллан, намекая, как Дек любит дорогие игрушки.

Сначала Дек повел Кэри в бар, который был доступен только членам яхт-клуба. Была тихая ночь. Он подозвал официанта. Кэри заказала себе кофе без кофеина, Дек выбрал то же самое.

– Кажется, я сказал что-то, и это расстроило тебя, – сказал он.

– Я должна тебе кое-что сказать…

– Говори, – предложил он.

– М-м-м… Это не так просто…

Дек почувствовал беспокойство. Что такого она должна сказать ему, раз ей так непросто это произнести?

– Ты замужем? – спросил он.

– Нет. Я бы не согласилась на ужин с тобой в этом случае, – ответила Кэри. – Отношения довольно много значат для меня.

– Для меня тоже отношения значимы, – сказал Дек. – Именно поэтому я их избегаю.

– В самом деле? У тебя был неприятный опыт?

– Да.

– Расскажи мне об этом, – попросила она.

Официант принес кофе. Но Дек так и не произнес ни слова. Он не любил думать о своем прошлом. И тем более не любил о нем говорить. Не любил обсуждать свое сиротство, а также фиктивный брак его приемных родителей.

И Дек был всего лишь очередной декорацией в их семейной жизни.

– Меня не волнует прошлое, – сказал он наконец.

– Но без прошлого невозможно отследить свой жизненный путь.

– Я человек, который живет сегодняшним днем.

– Но ты должен строить планы на будущее, – сказала Кэри. – Этого требуют хотя бы твои бизнес-цели.

Дек пожал плечами:

– К работе я отношусь иначе. Но это только из-за того, что я не люблю неудачи.

Кэри покачала головой:

– И все-таки… Та наша ночь…

– Да? Не можешь никак забыть? Я тебя понимаю…

– В каком-то смысле, – сказала она, крутя ожерелье.

Дек взглянул на ювелирное изделие, впервые заметив: это была подвеска в виде маленькой головки с маленькой надписью. Ди Джей.

Ди Джей?…

Дек попытался сложить кусочки информации вместе, но получалась одна бессмыслица. Как бы там ни было, Кэри старалась не говорить с ним… Что же она скрывает от него?

– Что ты хочешь мне сказать?

Кэри сделала еще один глоток кофе, а затем положила руки на стол и наклонилась к Деку. Даже при таком тусклом освещении он видел: она очень напряжена и сильно нервничает. Он успокаивал себя сейчас так же, как в тех случаях, когда требовалось уволить кого-нибудь.

– Это может показаться… То есть после того, как ты меня бросил… Черт, это невозможно сказать красиво. Я оказалась беременна, Дек, у меня появился ребенок девять месяцев назад. Маленький мальчик, – сказала Кэри. Теперь, когда она начала говорить, она уже не могла остановиться. – Я знаю, мне нужно было позвонить тебе, связаться с тобой, но сначала я не могла поверить в то, что беременна, а потом…

– У меня… есть сын?

– Да. Ему девять месяцев, – сказала Кэри. Она нащупала сумочку и вытащила свой сотовый телефон.

Дек проигнорировал ее, поглощенный собственными мыслями. Он никогда не планировал заводить ребенка. Дек не понимал, что значит быть отцом и что значит иметь настоящую семью.

Кэри говорила ему что-то еще, но он уже не слышал ее слова. Планы, которые он себе выстроил, рушились. Ему нужно было понять, что с этим делать. С ребенком. Его ребенком…

Кэри протянула Деку телефон. Он посмотрел на экран и увидел своего сына. Его глаза были такими же темными, как у Дека. Он улыбался своей небольшой и беззубой улыбкой. Было видно: ребенок счастлив. И Дек почувствовал, как сердце замерло, а желудок сжался.

Это все меняло. Все стало еще сложнее, теперь уже слишком сложно даже для Дека.

Дек встал, опрокинув стул, повернулся лицом к стеклу и увидел свое отражение. Он никогда никому не принадлежал, а теперь Кэри сказала: у него есть сын. Первый кровный родственник, которого он знает.

– У меня есть сын?!