Спрятавшись неподалеку, Батч наблюдал, как Ролло вылез из машины и вошел в домик доктора Мартина.

Батч тоже слышал о дневнике и прекрасно понимал, что если хозяин найдет тетрадку, он может считать себя трупом. Он пришел слишком поздно и вот теперь стоял невдалеке, держа руку на «люгере» и судорожно раздумывая, что же делать? Самым лучшим было бы вырвать дневник у Ролло, как только тот выйдет из дома. Но если в дневнике не окажется ничего опасного, как потом станут развиваться его отношения с хозяином? К тому же еще неизвестно, удастся ли ему овладеть дневником без боя. Возможно, Ролло разожмет пальцы только тогда, когда станет покойником. И Батч решил выждать.

Ведь если убить хозяина, придется отправить на тот свет и Длинного Тома, а тот был вооружен. Скорей всего, прежде чем Батч разделается с Ролло, Длинный Том укокошит его самого.

Пока он раздумывал, Ролло вышел из домика и сел в машину. Батч рванулся с места, но было слишком поздно: машина исчезла в конце улицы.

Ругаясь про себя, Батч бросился к своему автомобилю, стоящему за углом и стал преследовать хозяина. Он увидел, как тот подъехал к дому Гилроя. Зачем?

Батч оставил автомобиль на соседней улочке и успел заметить, что Ролло исчез в подъезде. Пристроившись у соседних ворот, Батч приготовился ждать. Он чувствовал, что не должен терять Ролло из виду. Хозяин сделает все, чтобы наложить лапу на денежки Вайдемана. Три миллиона фунтов! Это умопомрачительная сумма.

Невзрачное лицо профессионального убийцы перекосила судорога, когда он подумал, что мог бы сделать с этими деньгами. Он верил в способности Ролло и понимал, что если есть хоть малейшая возможность завладеть деньгами, такая возможность будет использована. Вот тогда-то и наступит звездный час Батча! Как только Ролло завладеет деньгами, его нужно будет убрать. Но что же все-таки он делает у Гилроя?

Батч прокрался вдоль стены, стараясь не попасться на глаза Длинному Тому, который ходил вокруг машины.

Наконец, Ролло появился, что-то сказал шоферу, и оба уселись в машину. Батч ехал следом, он был уверен, что хозяин начал охоту за трупом Корнелиуса.

Наконец, машина Ролло повернула к Гайд-парку и остановилась. Батч, оставаясь незамеченным, тоже затормозил и, оставив машину неподалеку, вернулся к тому месту, откуда мог наблюдать за хозяином. Пока что тот не выходил из машины.

Прошло довольно много времени, ничего не менялось, и Батч подумал, что зря теряет время. Двое в машине даже не разговаривали. Том, сидя за рулем, кажется, заснул.

Батч подошел чуть ближе. Может быть, они кого-то ждут? Но кого? Он сжал кулаки. Не в его привычках было стоять без всякого дела. Подойдет коп и начнет приставать с дурацкими вопросами. Надо спрятаться в парке. Устроившись на траве, Батч приготовился к долгому ожиданию.

Ночь была теплой. В свете луны все предметы отбрасывали длинные черные тени. Батч вертелся в своем укрытии. Сколько еще ему здесь сидеть? Какого дьявола ждут эти двое?

Ролло, опустив стекло, закурил, и Батчу было видно, как он выпускает дым, который рассеивается в ночном воздухе.

Время ползло медленно, как блоха по мокрому месту. Наконец, Ролло вышел из машины. Стряхнув пепел сигары, он посмотрел на вход в парк, залитый лунным светом.

Было десять минут второго. Ролло не имел понятия, сколько времени придется еще торчать здесь, но верил, что негр не обманет: девушка должна прийти к парку. Это была единственная возможность отыскать труп Корнелиуса.

Внезапно Ролло показалось, что за ним наблюдают, но оглядевшись по сторонам, он никого не заметил и решил, что это просто игра воображения. Чтобы как-то убить время, он принялся ходить взад-вперед.

Докурив сигару, Ролло вернулся в машину. Он чувствовал страшную усталость, но не мог позволить себе расслабиться. Гилрой сказал, что девушка придет, нельзя упустить ее.

Было пятнадцать минут третьего, когда Сьюзен на негнущихся ногах подошла к входу в парк. Батч первым заметил ее и быстро взглянул на Ролло. Тот уже распахнул дверцу и выходил из машины.

С трех сторон за Сьюзен одновременно наблюдали трое мужчин. Девушка шла размеренным шагом, но дойдя до машины Ролло, остановилась, как вкопанная. Свет луны освещал это бледное отрешенное лицо, отсутствующие глаза. Сьюзен смотрела отсутствующим взглядом, и после минутного замешательства Ролло понял, что она в трансе и не отдает себе отчета в происходящем.

— Посмотри на нее, — шепнул он шоферу, — настоящая сомнамбула.

— Но почему? — испуганно спросил Том, высунувшись из окна.

Ролло вздрогнул. Вуду! Значит, в этом действительно что-то есть!

Он понял, что Гилрой, не выходя из дома, своими таинственными действиями заставил девушку прийти сюда, где ее поджидал хозяин. Эта мысль одновременно восхищала и пугала Ролло, его глаза не отрывались от лица Сьюзен.

Постояв некоторое время, девушка повернулась и неверными шагами пошла к выходу из парка.

— Идем! — позвал Тома хозяин. — Мы не должны упускать ее из вида.

Том медленно двинулся за Сьюзен.

События развивались так, как и говорил Гилрой. Девушка вела их к тому месту, где был спрятан труп Корнелиуса Вайдемана, и Ролло пожалел, что не принял заранее мер предосторожности. Но вскоре эта мысль оставила его, он мог думать сейчас только о трех миллионах, спрятанных в поясе мертвеца. Сейчас ему была безразлична даже собственная жизнь.

Но у Батча было другое настроение, и если бы он знал, куда ведет их девушка, он действовал бы по-другому. Однако, он видел лишь, что Сьюзен, которая боялась Ролло, теперь сама явилась к нему на свидание. Он догадывался, что эта прогулка имеет отношение к деньгам Вайдемана, но не догадывался, что цель так близка.

Убедившись, что его никто не видит, Батч выбрался из укрытия, собираясь следовать за Сьюзен и ее преследователями и вдруг замер. В ярком свете луны виднелся тонкий силуэт девушки, за которой двигались Ролло и Длинный Том, а следом кралась еще одна фигура. Где-то он уже видел этого типа…

«Детектив Адамс!» — вспыхнуло в его мозгу.

Рука Батча машинально опустилась на «люгер», но дотронувшись до оружия, он понял, что это бесполезно, а главное — опасно. Бесшумно выйдя из-за деревьев, он пошел за сержантом. Первым его побуждением было предупредить хозяина о флике, но потом он подумал, что будет очень здорово упрятать Ролло за решетку. В таком случае ему, Батчу, больше не будет угрожать опасность и он, разыскав труп и вернув его Вайдеману, сможет заработать денежки и ни с кем не делиться. Но потом он подумал, что это не самый лучший план. Ведь он не знал, где находятся деньги, а если Ролло их обнаружит, то и Адамс будет знать о них. Значит, придется убрать всех троих. Дело становилось опасным.

Ролло тем временем шел за Сьюзен, не подозревая о присутствии Батча и Адамса. Улицы были совершенно безлюдны, и Ролло с Томом не считали нужным прятаться. Они шагали совершенно открыто.

Адамс сразу узнал Ролло. Заметив его тучную фигуру, он почувствовал, как заколотилось сердце. Если здесь замешан хозяин «Золотой Лилии», дело может оказаться серьезным.

Время от времени сержант оборачивался, чтобы убедиться в отсутствии слежки, но Батч был специалистом в такой игре, обнаружить его было почти невозможно. Он скользил, скрытый тенью домов, незаметный в черном костюме и такой же шляпе.

Ролло казалось, что конца этой прогулке не будет. Он устал, пот крупными каплями стекал по его лицу. Он никогда еще не ходил столько пешком. Том, который шел рядом, с удовольствием наблюдал за муками хозяина.

— Эта девушка любит пройтись, правда, патрон? С такой скоростью она через два часа будет в Брингтоне!

Ролло что-то буркнул в ответ. Даже если она идет в Брингтон, он все равно не откажется от своей цели. Пусть даже ему придется ползти за ней! Разве она не ведет его к трем миллионам фунтов?

— Она останавливается! — предупредил Длинный Том, бросаясь в тень дома.

Ролло последовал его примеру.

В десяти шагах от них Адамс быстро шагнул в подворотню, а Батч распластался возле стены.

Сьюзен остановилась и, мгновение поколебавшись, исчезла в узкой улочке.

Ролло не отставал. Убедившись, что улочка заканчивается тупиком, он вернулся к Тому.

— Быстро отправляйся за машиной. Здесь я все сделаю сам, но без машины у нас ничего не выйдет.

— Значит, мне придется идти такую даль? — недовольно спросил Длинный Том. — У вас нет сердца, патрон. Мои ходули устали и болят.

— Ступай да поживей! — гневно прикрикнул Ролло и глаза его потемнели.

— Ладно уж, иду.

Адамс видел, что Том повернул назад, но спрятаться было негде, и он пошел навстречу негру. Длинный Том принял сержанта за позднего прохожего и беспечно прошел мимо.

Спрятавшись в подворотне, Батч видел как Том промчался мимо. Он выругался сквозь зубы и осторожно выглянул из укрытия. На улице было пусто! Батч бросился по улочке. Никого! В одном из отдельно стоящих домов он неожиданно заметил приоткрытую дверь, подошел к ней и прислушался. В доме было тихо. Нажав на ручку двери, он тихо открыл ее, приготовил «люгер» и проскользнул в дом. Прямо над его головой раздались тяжелые шаги. Значит, Ролло наверху. Но где же Адамс? Он прислушался, но больше ничего не услышал и очень тихо проскользнул в коридор.

Вернувшись в контору, Джек Фресби снял пальто и шляпу и рухнул в кресло. Он был совсем измотан усилиями, которые затратил, перевозя и пряча труп.

После того, как сбежала эта истеричная девчонка, он покрыл Корнелиуса воском. Ужасная работа, но уж если делаешь дело, надо доводить его до логического завершения.

Посидев некоторое время в кресле, Фресби отправился на кухню и поставил чайник на огонь. Уже больше пяти лет он жил один, и привык заботиться о себе сам. Единственным компаньоном Джека был рыжий худой кот, который, стоило ему появиться в конторе, принимался тереться об ноги.

— Вот и ты, — улыбнулся Фресби. — А я принес для тебя кусочек рыбы.

Кот хрипло мяукнул.

Бросив коту рыбу, Фресби помыл руки. Все это время он не переставал размышлять о Ролло. Что делать? Может быть следует повидаться с ним и сказать, что располагает важными сведениями. Это был прямой путь. Ролло должен хорошо заплатить, если он выложит, где искать труп. Можно потребовать у него пятьсот фунтов, или даже больше.

Значит, лучше не терять времени. Нужно повидаться с Ролло сегодня же ночью. Подумав об этом, Фресби тяжело вздохнул: еще одна бессонная ночь! Он и так чувствовал себя безумно усталым. А может быть, просто позвонить по телефону? Пожалуй, это выход. Вот только сначала он напьется чаю, а потом спустится на улицу и позвонит из кабины на углу. Это самое разумное: из конторы лучше не звонить.

Приготовив чай, он перенес чашку в кабинет и уселся в кресло. С пятью сотнями в кармане он вполне сможет уехать из этой дурацкой страны! После кошмарной ночи, когда он тащил труп Веры Смел в погреб и зарывал его, Фресби возненавидел этот город и ужасную страну, где творятся такие страшные дела. Но не стоит теперь думать об этом… Жаль, что Сьюзен удалось сбежать. Его большие жилистые пальцы конвульсивно сжались в кулаки. Подумать только! Они были один на один в большом пустом доме. Никто ничего не услышал бы. Он мог сделать с ней все, что угодно, и она не стала бы жаловаться, особенно теперь, после того как всплыло это дело с трупом. Но откуда в нем эта нерешительность? Еще год назад он не колебался бы ни секунды… Это история с Верой Смел повлияла на него таким образом. Но он же не собирался убивать ее! Почему эта маленькая курочка оказалась такой недотрогой?

Он вспомнил, как душил Веру, вспомнил ее глаза в тот момент, как она поджала колени к подбородку, как открылся рот и показался распухший язык…

Фресби резко встал. Не стоит вспоминать об этом! Если ему еще раз представится такой случай, он, не задумываясь повторит то же самое. Да, нужно признаться себе в этом. Он сгорал от желания снова изнасиловать и задушить кого-нибудь.

Внезапно Фресби очнулся. Кто-то тихонько стучал в его дверь. Было около часа ночи. Кто мог прийти в такое время? Нужно подождать, может быть там, за дверью, подумают, что его нет, и уйдут? Но в дверь снова постучали, теперь уже громче. Заворчав, словно пес, Фресби подошел к двери и распахнул ее.

— Вы один? — спросила стоящая на площадке женщина, и Джек с удивлением узнал Селию. В белой курточке и темно-синей юбке мулатка была очень хороша.

— Это вы? — проговорил он и почувствовал, как неожиданно сел голос, а дыхание сделалось прерывистым. — Вы… Вы хотели меня видеть?

Селия подозрительно посмотрела на него.

— Да. Вы знаете, кто я?

Он утвердительно кивнул.

— Вы — мисс Селия.

— Я могу войти?

Фресби посторонился, пропуская гостью.

— Сюда, — произнес он по возможности спокойно.

Что ей понадобилось? И что скажет Ролло, если узнает, что его девка была здесь? А может быть, он сам подослал ее?

Селия прошла в кабинет, встала у камина и с презрением осмотрела убогую обстановку. Фресби указал на старое кресло:

— Прошу садиться, — смущенно предложил он. — Прошу прощения за беспорядок, я живу один…

— Что вы знаете о мисс Хеддер? — резко спросила Селия, не обращая внимания на его лепет.

Фресби опешил. Он не был готов к такому вопросу.

— Батч уже спрашивал меня. — И чтобы оправиться от смущения и выиграть время, предложил: — Может быть, чашечку чаю?

Взгляд Селии сделался угрожающим.

— Я ничего не хочу. Извольте отвечать на вопрос!

Фресби уже полностью овладел собой и отметил, что в кабинете, после того как вошла эта женщина, находиться стало гораздо приятней. Он знал, что она полукровка, но какая фигура! Ему еще не приходилось видеть ничего подобного. Ее эффектная одежда, нейлоновые чулки, руки, затянутые в перчатки, все это возбуждало неукротимое желание.

— А почему я должен отвечать? — усмехнулся он, приближаясь. — Я очень устал, вы не возражаете, если я сяду, — и, не дожидаясь разрешения, плюхнулся в кресло.

— Я тороплюсь, — Селия прекрасно видела, какое впечатление произвела на этого тощего, неопрятного человека. — Будет лучше, если вы ответите мне.

— А разве Батч вам ничего не сказал? — Фресби старался держаться непринужденно. — Я ведь ему рассказал все, что знаю.

— Вы лжете, но будет очень хорошо, если расскажете правду мне. К тому же, у меня есть основания предполагать, что вы не пожалеете о своей откровенности.

Фресби старался собраться с мыслями, но вид прекрасных, обтянутых юбкой бедер, выбивал его из колеи. Нужно было сосредоточиться. Мулатка сказала, что он не пожалеет о своей откровенности… Значит, она собирается платить за сведенья.

— Не понимаю, чего вы хотите, — решил он потянуть время.

— Скажите все, что знаете о мисс Хеддер и получите сто фунтов. Но советую вам поторопиться.

Фресби снова попытался сосредоточиться. Батч тоже обещал сто фунтов, значит, можно поторговаться.

— Думаю, что с полусотней фунтов дело пойдет лучше, — нахально заявил он, чувствуя горячее желание потрогать это удивительное тело.

— Не будьте идиотом! — прикрикнула женщина. — Вы получите сто фунтов или ничего. Не будьте идиотом! Решайте!

— Пятьсот.

Селия сделала нетерпеливый жест.

— Вы знаете, где труп? — спросила она после паузы.

Фресби сжался, и это выдало его лучше всяких слов.

— Знаете! Идиот, вы же теряете драгоценное время! Говорите же, где он, и я дам вам сто фунтов. — Голос Селии сделался резким. Она раскрыла сумочку и вынула четыре банковских билета. — Смотрите, вот они!

— Так мы не сторгуемся, — возразил Фресби. — Ролло даст мне за эти сведенья тысячу. Я жду ваших предложений.

Селия отвернулась, чтобы он не видел ее искаженное злобой и ненавистью лицо. Каждую секунду Ролло мог обнаружить труп, теперь не время торговаться. Если бы здесь оказался Батч! Он заставил бы этого кретина запеть по-другому. Она снова повернулась к Фресби.

— На трупе спрятаны деньги, — заявила она, сжимая кулаки. — Если мы не обнаружим его в ближайшее время, то останемся с носом.

Глаза Фресби вспыхнули. Так вот почему Ролло торопится найти труп! Подумать только, он так долго заливал лицо мертвеца воском, и не догадался обшарить его карманы!

— Деньги? Сколько?

Селия колебалась. В конце концов, он рано или поздно узнает. Лучше сразу сказать правду и не тянуть время.

— Три миллиона фунтов стерлингов!

Фресби, словно катапультой, выбросило из кресла.

— Три миллиона? Вы уверены?

— Абсолютно уверена. И не стойте столбом. Если вы действительно знаете, где труп, надо немедленно действовать, иначе нас опередит Ролло.

Фресби был иного мнения, но не стал разубеждать мулатку.

— Если вы меня проводите на место, мы поделим сумму пополам, — после недолгого молчания пообещала она.

В голове Фресби уже роилось множество проектов. Три миллиона! Три миллиона!!! Просто невероятная, умопомрачительная сумма. Разделить с ней. Но почему? Ведь это он знал, где спрятан труп, он, а не эта цветная обезьяна. Ему просто надо пойти сейчас в погреб, забрать денежки и убраться из Лондона, а через несколько дней оставить страну.

Селия краем глаза наблюдала за Фресби. Она понимала, что лучше бы не посвящать в дело этого отвратительного человека, но другого выхода не было. Неизвестно, сколько он собирался еще ломаться, а время не терпело.

— О чем вы еще раздумываете? — сухо поинтересовалась она.

Фресби посмотрел на мулатку и вспомнил Веру Смел. Пальцы его задрожали.

— Я сегодня много работал и устал, — пробормотал он. — Ваша история меня доконала.

— Нам нужно спешить, — напомнила Селия.

Фресби кивнул, но мысли его были далеко. Он раздевал эту женщину взглядом, понимая, что она доставит ему гораздо больше хлопот, чем Вера. Ее прекрасное тело казалось очень сильным, но одна мысль о предстоящей борьбе доставляла Джеку огромное удовольствие.

— Ладно, — внезапно охрипшим голосом сказал он. — Сейчас пойдем. Это недалеко отсюда.

Он все еще не решил, как лучше поступить: действовать немедленно, или напасть, когда они окажутся в погребе. Пожалуй, более разумно покончить с ней здесь. Там, в тесном подвале, забитом восковыми фигурами, ему придется трудней. Здесь, по крайней мере, больше места.

Фресби осмотрелся. Стол лучше отодвинуть в угол, он может помешать. Но если заняться сейчас столом, женщина почует неладное. Нужно успеть схватить ее за горло.

— Я должен переобуться, — спокойно заявил он. — У меня страшно болят ноги. Я сейчас, одну минуту.

Прежде, чем Селия успела ответить, Фресби устремился к двери, опрокинув по дороге стул. Извинившись за неловкость, он поднял стул, поставил его у стены и вышел, плотно прикрыв дверь.

Селия посмотрела туда, где только что стоял стул, и почувствовала смутное беспокойство. После нескольких минут ожидания она, поколебавшись, достала из сумочки миниатюрный, похожий на игрушку, револьвер. Он свободно умещался на ладони. Услышав шаги Фресби, Селия снова замерла у камина.

Фресби вошел, и Селия заметила, что лицо его покраснело, а глаза блестят. Он избегал смотреть ей в глаза. Было ясно, этот тип что-то затеял, но что? Скорей всего, он собирается улизнуть за трупом Корнелиуса в одиночку.

— Вы готовы? Мы можем идти? — спросил он. Голос его звучал глухо, казалось, он что-то жевал.

Фресби тянул время, он должен был заставить женщину отойти от камина. Из опыта, полученного в истории с Верой Смел, он знал, что жертву надо схватить сзади за шею и упереться коленом ей в спину.

— Да. Но куда мы пойдем? — Селия настороженно следила за его движениями.

Теперь Фресби стоял совсем рядом, и мулатка чувствовала жар, исходящий от его тела. Она двинулась к двери, и в тот же момент поняла, что этот тип собирается сделать. Насильник вцепился ей в шею, коленом уперся в спину так, что жертва не могла вздохнуть.

Селия почти не испугалась. Она чувствовала, что у нее очень мало шансов освободиться от этих страшных тисков, но если потерять голову, тогда уже точно рассчитывать не на что.

Сила Фресби казалась невероятной. В какое-то мгновение Селии померещилось, что ее горло стискивает стальное кольцо. Скоро она лишится чувств. Рот ее открывался, язык становился толстым и занимал весь рот, кровь пульсировала в ушах. Вырываться бесполезно. И тогда мулатка сделала единственно возможное: навалилась на убийцу так, что он потерял равновесие, и оба упали на пол. В падении Фресби ослабил хватку и, введенный в заблуждение тем, что жертва не сопротивляется, распластался на ней. С каким бы удовольствием он любовался сейчас выражением ужаса в глазах этой прекрасной женщины, но он мог видеть лишь затылок и узкие плечи.

На мгновение его ослепила вспышка, раздался грохот и, почувствовав сильную боль, Фресби решил, что Селия ударила его. Он зарычал от ярости. В этот момент Селия выстрелила еще раз и выронила оружие. Фресби, не понимая смотрел, как она шарит по полу, стараясь что-то разыскать. Но вот его взгляд наткнулся на маленький пистолет, и он все понял.

Он схватил пистолет и, зажав в кулак, ударил мулатку по голове. Ее тело дернулось и обмякло лишь после того, как он дважды опустил кулак ей на голову. Перед ее меркнущим взором мелькнула почти забытая картинка: белая кукла поверх черной. Неужели ее убивают? Кулак Фресби еще раз опустился на ее затылок и проломил череп.

В тот же момент он почувствовал, что рубашка намокла от крови. Значит, эта цветная обезьяна все-таки ранила его! Внезапно в комнате раздался крик, чьи-то руки выхватили у него пистолет, кто-то оттащил его в сторону.

Фресби странно было чувствовать неожиданную слабость, разлившуюся по всему телу. Повернувшись на бок, он неподвижно застыл на полу, чувствуя грубые чужие прикосновения.

— Осторожно, — попросил он. — Эта женщина стреляла в меня.

Фресби перевернули на спину, и он, открыв глаза, увидел полицейского, стоящего перед ним на коленях.

— Вы опоздали, — сказал он ртом, полным крови. — Она меня застрелила.

— Она мертва, — отозвался полицейский.

— А я? Я тоже умру?

У полицейского было именно такое впечатление, но он промолчал. Убедившись, что Фресби не шевелится, он поднялся с колен.

— Где телефон?

— Здесь телефон не работает, — почему-то соврал Фресби. — Лучше позвоните с улицы, но не уходите надолго, я должен сделать важное заявление.

Полицейский колебался. Он был еще очень молод и неопытен.

— Вот что, — снова заговорил Фресби, с трудом ворочая языком. — Сначала запишите, что я вам скажу. Труп Корнелиуса Вайдемана находится в подвале ателье Тэда Ритби. На трупе спрятано три миллиона фунтов стерлингов. Его ищет Ролло.

Полицейский знал о владельце «Золотой Лилии» и понимал, что показания Фресби очень важны, но в то же время он подумал, что раненый просто бредит.

— Я приведу врача, — успокаивающе сказал он.

— Пусть полицейские сразу же идут в погреб! — настаивал Фресби. — Иначе будет поздно, Ролло опередит…

Ему была невыносима мысль, что богатство, уплывшее из его руку, попадет к этой жирной свинье.

Полицейский еще раз взглянул на Фресби, одернул юбку Селии: кофейные ляжки мулатки казались ему неприличными, и вышел из комнаты.

— Скорей, — слабым голосом попросил Фресби.

Полицейский ускорил шаги. Когда он добрался до телефонной будки, Джек Фресби был уже мертв.

Сержант Адамс смотрел, как Ролло поднимается по лестнице и не пошевелился до тех пор, пока тот не скрылся за углом. Ему очень не хотелось идти следом за этой внушительной фигурой. Если дело дойдет до драки, ему придется очень туго. Как жаль, что отсюда не позвонить в полицию и не вызвать подмогу. Он вынужден действовать один. Какой же он идиот, что не прихватил даже оружия.

Спустившись по лестнице, Адамс вдруг услышал как где-то невдалеке чихнула женщина и решил, что это Сьюзен, которая находится в коридоре. Он повернулся к лестнице спиной и осторожно двинулся по коридору ко входу в погреб.

Замерев у двери, он услышал тяжелые шаги Ролло прямо над своей головой. Кажется, хозяин «Золотой Лилии» упустил Сьюзен и теперь искал ее. Адамс юркнул в подвал и в тусклом свете его изумленному взору представилась ужасная картина. Ему показалось, что комната наполнена людьми, такими мерзкими, что мороз продирал по коже. Прошло несколько секунд, прежде чем сержант понял, что перед ним восковые фигуры.

Сьюзен неподвижно стояла посреди помещения. Адамс хорошо видел ее безумные глаза, слышал прерывистое дыхание.

Скрип ступенек предупредил его о приближении Ролло. Адамс бесшумно скользнул в темный угол подвала и спрятался за стоящими рядом тремя восковыми фигурами. Он был совершенно уверен, что и его Ролло примет за манекен.

Сьюзен пошевелилась, медленно пересекла помещение и приблизилась к группе восковых персонажей в противоположном от Адамса углу. Пока она шла, Ролло, появившийся в дверях, смотрел прямо перед собой расширившимися от ужаса глазами. Так же как и сержанту, ему понадобилось время, чтобы прийти в себя от гадкого зрелища и понять, что перед ним не сборище уродов, а всего лишь восковые фигуры. Успокоившись, Ролло посмотрел на Сьюзен, которая застыла перед небольшим, сидящем на стуле, манекеном. Его восковое лицо было чуть розовым, и Ролло подумал, что этот тип отвратительней других.

Сьюзен подняла руку, дотронулась до восковой фигуры и с криком ужаса отступила. Резко повернувшись, она увидела Ролло. Взгляд ее сделался осмысленным.

— Нет! — закричала она. — Нет! Дайте мне уйти!

Ролло быстро подошел к девушке.

— Не бойтесь, — почти ласково сказал он. Его толстое лицо лоснилось от пота. — Теперь все будет хорошо.

Сьюзен поднесла руку ко лбу и без чувств рухнула на пол. Адамс едва заставил себя усидеть на месте. Ему хотелось помочь девушке, но обнаруживать свое присутствие было рано. Сначала следовало выяснить намерения Ролло.

Хозяин «Золотой Лилии», тяжело дыша, опустился на колени около Сьюзен. Убедившись, что девушка в обмороке и некоторое время не будет помехой, он поднялся с колен и стал рассматривать маленького воскового человечка, сидящего на стуле.

Воск на его лице казался совсем свежим. Он выглядел живей остальных манекенов, и это-то и казалось особенно отталкивающим. Ролло осветил его фонариком и, несмотря на стальные нервы, затрясся от ужаса. Ему показалось, что человечек следит за ним пристальным взглядом мутных глаз. Оглянувшись, Ролло снова повернулся к человечку и с гримасой отвращения принялся стаскивать с него пиджак.

Батч тем временем подкрался совсем близко и теперь наблюдал за Ролло, укрывшись за группой манекенов, и кидая время от времени взгляд в тот угол, где спрятался Адамс. Он был уверен, что детектив его не заметил. Все складывалось не самым удачным образом. Теперь ему надо было убрать сначала Ролло, а потом Адамса. Плохо то, что детектив сидел в углу как раз рядом с лестницей, отличное место для засады, когда Батч, расправившись с хозяином, попытается улизнуть. Ну что ж, пришив Ролло, он разобьет лампочку и постарается уйти в темноте. Кстати, Адамс может быть вооружен! Батч, правда, знал, что британские флики не носят оружия, но рисковать ему не хотелось.

Он лихорадочно соображал, как ему пробраться к лестнице незамеченным. Если же Адамс выскочит из своей засады, придется застрелить его.

Батч снова посмотрел на Ролло. Тот истекал потом. Ему было тошно прикасаться к трупу, и лишь мысль о деньгах заставляла его действовать.

Наконец, пиджак на трупе был расстегнут, и Ролло увидел пояс с двумя набитыми карманами. Пальцы Ролло вздрогнули, когда он попытался снять пояс, который словно не желал расставаться со своим владельцем.

Чертыхаясь вполголоса, Ролло резко рванул пояс, и труп повалился на пол. Ролло сделал несколько глубоких вдохов и выдохов, освобождая легкие от гнилостного запаха, наклонился над мертвым телом и, наконец, завладел поясом.

Батч, едва сдерживая нетерпение, вытащил «люгер». Ролло заглянул в один из карманов, убедился, что Вайдеман сказал правду, и радостно улыбнулся. Пояс до отказа был набит ценными бумагами. Наступил самый счастливым момент в жизни Ролло!

Батч поднял «люгер», и это движение не укрылось от Адамса. Однако, Ролло тоже заметил это движение, он уронил пояс и обернулся. Встретившись глазами с Батчем, он выхватил пистолет и хотел выстрелить, но не успел. Батч первым нажал на курок и удовлетворенно улыбнулся, увидев, что пуля попала хозяину прямо в лоб.

Как только Ролло упал, Батч выстрелил в лампочку, и помещение погрузилось в темноту.

Адамс понял, что должен действовать, не теряя ни минуты. Единственная возможность Батча — спастись бегством, а для этого он должен в темноте добраться до лестницы.

Детектив рванулся вперед, чтобы оказаться у ступенек раньше преступника. По дороге он сшиб несколько манекенов.

Батч слышал страшный шум, произведенный Адамсом, и понял, что тот отсекает ему путь к отступлению.

— Эй, флик! — заорал он. — Убирайся лучше отсюда, пока не схлопотал пулю. Ты все равно меня не остановишь!

— Еще как остановлю, — раздался из темноты спокойный голос сержанта. — Не думай, что оружие есть только у тебя.

— Хорош врать! Я отлично знаю, что флики здесь не вооружены. Я предупредил! Убирайся лучше, иначе отправишься вслед за этой жирной свиньей!

Адамс, не обращая внимания на угрозы, пробирался к лестнице. Недалеко от ступенек, пальцы его наткнулись на очередную восковую фигуру, и он подумал, что сможет прикрыться этим чучелом от пуль.

— Бросай оружие, Батч! — приказал он. — Тебе все равно не уйти!

Батч выстрелил на голос. Пуля, как и рассчитывал сержант, попала в манекен, и он, грохоча, упал на пол. Адамс тоже растянулся на полу и, услышав, что бандит идет как раз на него, схватил манекен и швырнул в направлении шагов. Тяжелый манекен попал Батчу по коленям, он, отчаянно ругаясь, с трудом удержался на ногах и снова выстрелил. Пуля ушла в потолок, но вспышка выстрела помогла Адамсу определить, где находится преступник. Тот был совсем близко.

Сделав отчаянный рывок, Адамс бросился на Батча. Почувствовав на себе руки детектива, тот словно взбесился. Никто не помешает уйти ему отсюда с деньгами! Он выпустил пояс и ногтями впился в лицо сержанта.

Адамсу не раз приходилось встречаться с истеричными типами, он отлично знал, что нужно делать в таких случаях. Почувствовав, что ногти противника впились в его лицо, он сильно ударил головой в его грудь и схватил рукой за подбородок. Вцепившись друг в друга бульдожьей хваткой, детектив и преступник покатились по полу. Некоторое время они обменивались крепкими ударами, но в темноте ни тот, ни другой не могли полностью использовать свою силу. Адамс понимал, что Батч подбирается к его горлу, и старался помешать ему.

— Не будь идиотом! — задыхаясь, крикнул он, поймав Батча за кисть. — Ты все равно не уйдешь, только сделаешь себе хуже!

Батч огромным усилием вырвался из железных рук детектива, подмял его под себя, схватил за горло и уперся в живот коленом. Прислушавшись к трудному дыханию Адамса, он усилил нажим.

Адамс понял, что погибает. Ему не хватало воздуха, темное помещение наполнилось миллионами искр. Он еще слабо сопротивлялся, пытаясь разжать руки убийцы, но все было напрасно.

— Вот тебе, сраный флик! — торжествуя, кричал Батч и еще сильней сжимал пальцы на горле сержанта.

— Что здесь происходит? — раздался вдруг голос с лестницы, и Батч несколько ослабил хватку, невольно давая Адамсу вздохнуть. — У тебя есть фонарь, Джим?

Батч отпустил Адамса и вскочил как раз в тот момент, когда яркий луч света прорезал темноту. Заметив свой «люгер», лежащий рядом с детективом, он поднял его и отступил к стене. Сноп света обрушился ему в лицо.

— Что здесь происходит?

Батч ясно различил полицейские каски и, не раздумывая, выстрелил. Фонарь погас и по быстрым удаляющимся шагам стало ясно, что полицейский поспешил убраться.

Куда подевался этот проклятый пояс? Опустившись на четвереньки, Батч пополз, ощупывая все вокруг.

— Эй, внизу! — снова закричали с лестницы. — Бросайте оружие и руки вверх! Сопротивление бесполезно!

Не обращая внимания на крик, Батч продолжал поиски, чувствуя как липкий пот, а может быть и кровь, заливает его лицо. Он должен найти пояс! Должен! Любой ценой. Какой же он идиот, что разбил лампочку! Обшаривая пол, он дотронулся до лица Адамса и отдернул руку. Конечно, ползать здесь в темноте бессмысленно. Нужен свет. Через несколько минут здесь появится отряд вооруженных фликов.

— Ладно, ищейка, дай свет! — крикнул он. — Я не могу найти лестницу!

— Бросай оружие! — раздалось сверху. — Через все помещение, чтобы я слышал, как оно упало.

Батч вынул из кармана массивный золотой портсигар и бросил в темноту. Он упал с громким стуком, и в ту же секунду в погреб проник луч фонарика, который несколько рассеял тьму.

Батч нервно огляделся. Адамс и Сьюзен лежали всего в нескольких метрах друг от друга, а рядом с девушкой валялся пояс. Стремительно схватив его, Батч кинулся к лестнице. Свет фонарика был направлен прямо ему под ноги.

— Брось оружие! — крикнул полицейский, заметив в руке преступника пистолет.

Батч, не целясь, выстрелил. Фонарь выпал из рук детектива, и сам он, зашатавшись, повалился на пол.

Выскочив из погреба, Батч ощупью двинулся по коридору, но тут входная дверь распахнулась, и прямо перед ним появились двое полицейских в касках. Когда они фонариками осветили коридор, Батч увидел блеснувшее в их руках оружие.

Прежде, чем Батч успел что-либо сделать, один из полицейских выстрелил, пуля ударилась в стену в нескольких сантиметрах от бандита. Он прыгнул назад и свалился на ведущую вниз лестницу.

— Осторожно, Хэм! — крикнул один из полицейских. — Это крупный зверь: Майк Эган!

— Знаю, — с горечью отозвался Хэм. — Этот гад, кажется, убил Джима.

— Ну, теперь его песенка спета! Прикрой меня, я вынесу Джима.

Батч, с трудом поднявшись на ноги, поднял «люгер» и выстрелил наугад. Ответ последовал немедленно. Две пули вошли в стену над его головой.

Батч снова опустился на ступеньки, продолжая держать пистолет наготове. Он понимал, что попался, как крыса. Ролло всегда говорил, что эти проклятые английские флики страшней динамита. Его руки судорожно сжали пояс. Три миллиона фунтов! А он не получит ни цента! Но нет, он еще покажет этим легавым, они не возьмут его.

Расстегнув плащ, Батч надел на себя пояс. Теперь готово! Конечно, шансов почти не было, но и выбора тоже. Кто мешает ему попробовать расчистить путь удачными выстрелами? Но он тут же подумал, что дом может быть окружен. Во всяком случае здесь отсиживаться бессмысленно. Он покажет сейчас, что такое снайперская стрельба.

Внезапно в коридоре вспыхнул свет, и на лестницу упал большой пакет горящей бумаги. Сверху прозвучал выстрел.

— Не двигайся, Эган! Иначе я отправлю тебя к твоему родственнику — дьяволу!

Что делать? Батч в растерянности оглянулся и увидел стоящую рядом Сьюзен. Девушка была очень бледна и едва держалась на ногах. В руках она держала пистолет Ролло, целясь прямо в живот Батча.

— Не шевелись, или я выстрелю, — прошептала она.

Батч поднял руки.

— Осторожно, дура. Это может выстрелить, — пробормотал он, отступая.

— Эй, в подвале! — крикнули из коридора. — Не шевелитесь! — и минутой позже погреб заполнился полицейскими.

Маленький кабинет сержанта Адамса не отличался комфортом. Голые стены, выкрашенные в синий цвет, придавали ему очень холодный, официальный вид.

Сьюзен Хеддер, которая сидела на краешке стула, казалось, что она попала в тюремную камеру.

— Я огорчен, что заставил вас ждать, мисс Хеддер, — ободряюще улыбнулся ей Адамс. — Этот кабинет, конечно, не годится для встреч с девушкой.

Он сел за стол и предложил Сьюзен сигарету, девушка отрицательно покачала головой.

— Успокойтесь, — ласково сказал сержант. — Вам больше нечего бояться. Конечно, вы напрасно сразу же не обратились в полицию. Но, к счастью, Батч схвачен, и все самое страшное позади. И все-таки, должен вам заметить: вы были не слишком осторожны.

Сьюзен молчала, опустив глаза.

— Объясните же, зачем вы вообще впутались в это дело? — попросил Адамс.

— Я и сама не знаю… Думаю, из-за Джоса Краффорда. Мне было его жаль, он так хотел помочь мистеру Вайдеману. Я… я просто не могла удержаться.

— Знаете, мы давно следили за Ролло, но этот старый бандит слишком хитер. Возможно, он еще долго водил бы нас за нос. Благодаря вам, мы смогли свести с ним счеты.

Сьюзен запротестовала:

— Но ведь я ничего не сделала!

— Как раз наоборот. Я признателен вам за помощь. Если бы я не проследил за вами, бандиты смогли бы получить огромную сумму денег.

— Я до сих пор не могу понять, как и почему оказалась в подвале?

— Мне это тоже не совсем понятно. Похоже, вы действовали под внушением. Батч утверждает, что негр Гилрой знает ритуалы вуду, но он успел уехать из Англии, мы не смогли его допросить.

Щеки Сьюзен покрылись красными пятнами.

— А что с мистером Вайдеманом?

— Именно из-за него я и назначил вам встречу. Мистер Вайдеман хочет вас видеть.

— Где он?

— Он не совсем здоров. Нам пришлось о нем позаботиться. Сейчас он отдыхает недалеко от Лондона. Врачи считают, что он сможет оправиться.

— Это как раз то, чего боялся Джос, — горько вздохнула Сьюзен.

— Не стоит переживать из-за этого. Мистер Вайдеман совершенно счастлив, о нем заботятся. Вы же знаете, что он совершенно одинок, мы не могли бросить его на произвол судьбы.

Адамс встал.

— Итак, мы едем?

— Но мне хотелось бы знать, чего он хочет? — Сьюзен тоже поднялась. — Конечно, отказываться от встречи невежливо, но все же…

Адамс улыбнулся. Ему нравилось это свежее лицо, чудесные волосы, красивые глаза, но главное, он был восхищен мужеством, неожиданным для такой хрупкой девушки.

— Вам не о чем беспокоиться, — заявил он. — Кроме того, я буду находиться поблизости.

Сьюзен слегка пожала плечами.

— После всего, что произошло, конечно, смешно бояться встречи с несчастным больным стариком. Решено, едем!

Пока они ехали в полицейском автомобиле, Адамс изо всех сил старался произвести на Сьюзен хорошее впечатление.

— Теперь, когда все позади, чем вы собираетесь заниматься? — заботливо спросил он.

— Нужно как можно скорей найти работу. Представляю, как теперь скучно мне будет заниматься канцелярскими делами! После таких-то приключений!

Сержант рассмеялся.

— Не думаю, что такие вещи случаются часто и со многими людьми. Я уже больше пяти лет работаю в полиции, а такое дело расследую впервые.

— Может быть, потому что вы не искали приключений. А вот если бы у меня было состояние и я была бы независимой, то все время охотилась бы за сильными ощущениями!

— Но прошу вас больше не попадать в подобные истории. Они не всегда заканчиваются благополучно. Бедный Сендрик до сих пор дрожит от страха и вряд ли переживет еще одно такое испытание.

— У меня осталось еще немного денег из тех, что дал Джос. Когда они кончатся, придется искать работу, а не сильные ощущения.

— У вас нет родных?

— Есть тетка, но она меня не слишком любит, и я стараюсь не обращаться к ней.

Адамс внимательно посмотрел на девушку.

— Тогда вы скоро выйдете замуж. У вас нет друга?

Сьюзен засмеялась мелодичным смехом.

— Нет. Мужчины сейчас действуют мне на нервы.

Машина замедлила ход, свернула в боковую аллею и остановилась перед красивым зданием.

— Вот и приехали. Мне пойти с вами или подождать здесь?

— Я справлюсь сама, спасибо, — поблагодарила Сьюзен, вспомнив о том, что этот детектив считает ее храброй.

— Хорошо, я останусь. Если я понадоблюсь, выбросьте что-нибудь в окно, и я пойму, что нужен вам.

Сьюзен кивнула и, поднявшись по ступенькам, позвонила у двери. Дверь открыл невысокий плешивый человек. Сьюзен назвала себя.

— Пожалуйста, — сказал он. — Меня зовут доктор Эджели, — и он провел девушку по маленькому коридору к лестнице.

— Только постарайтесь не заставлять мистера Вайдемана нервничать, — предупредил доктор, останавливаясь перед дверью. — Сейчас ему нужен полный покой.

Доктор постучал и, не дождавшись ответа, нажал на ручку.

— Мистер Вайдеман, — ласково позвал он тем немного фальшивым голосом, которым обычно разговаривают с детьми и больными. —- Вас пришла навестить мисс Хеддер. Поговорите с ней немного.

Кестер Вайдеман сидел в кресле перед окном. Ноги его были прикрыты пледом, в руках он держал книгу.

Сьюзен боязливо прошла на середину комнаты и остановилась, вопросительно глядя на старика.

— Садитесь, — сказал он, и доктор Эджели предупредительно подвинул ей стул.

— Теперь можно и поговорить, — заметил Вайдеман и жестом попросил врача оставить их наедине.

Эджели многозначительно посмотрел на Сьюзен, как бы напоминая сказанное в коридоре, и вышел.

Вайдеман задумчиво смотрел на девушку.

— Итак, вы — Сьюзен Хеддер, — тихо сказал он. — Простите, что я вас так рассматриваю, но вы мне кажетесь необыкновенной. Я даже не представляю, чтобы у такой молоденькой девушки хватило мужества так достойно вести себя в этой истории. Вы оказали мне неоценимую услугу.

— Моя роль гораздо скромней, — обронила Сьюзен.

— Послушайте, но вы действительно очень молоды! Сколько же вам лет? Простите меня за нескромный вопрос, но я уже старик и нет ничего страшного, что я спрашиваю девушку о ее возрасте.

— В октябре мне исполнилось двадцать два года.

Вайдеман откинулся в кресле. Несколько минут он смотрел в окно, а потом повернулся к Сьюзен.

— Они все стараются меня убедить, будто я не в своем уме. Но это выдумки врачей. Я также нормален, как и этот лекарь, который сам сумасшедший, если хотите знать. Но если им хочется держать меня здесь, пусть держат. Мне это совершенно безразлично. Правда, мое дорогое дитя, заключается в том, что я слишком постарел. Мне трудно вести теперь свои дела как прежде. И знаете почему? Потому что рядом нет моего бедного брата. Вместе мы могли бы своротить горы. Но один я ничего не могу и ничего не хочу, все вокруг мне кажется бесполезным. В конце концов, я получил назад свои деньги. Дом здесь комфортабельный, а я уже говорил вам, что устал заниматься делами.

Сьюзен вдруг почувствовала, что не боится этого несчастного маленького старичка, который совсем не похож на сумасшедшего. Она находила его очаровательным. Пожалуй, он даже напоминал ей отца.

— Расскажите мне о Джосе, — неожиданно попросил он. — Я пригласил вас сюда из-за него.

Сьюзен заколебалась.

— Я не могу здесь задерживаться. Меня ждут внизу, к тому же доктор сказал, что вам нельзя волноваться. Лучше я зайду как-нибудь в другой раз, хорошо?

— Не беспокойтесь о врачах и полицейских, которые вас ожидают. Это их работа, им больше нечего делать.

Тогда Сьюзен набралась духу и рассказала Кестеру Вайдеману всю историю с самого начала и до конца.

Вайдеман сидел в кресле с полузакрытыми глазами. Плечи его опустились, руки бессильно лежали на коленях.

— Какая необыкновенная и жуткая история, — тихо произнес он, когда Сьюзен замолчала. — Сержант Адамс говорил, что если бы не вы, я потерял бы все свое состояние. А ведь я потратил много времени и сил, чтобы заработать эти деньги… Знаете, я хочу поблагодарить вас за все, что вы для меня сделали. — Он печально вздохнул. — А бедного Джоса я никогда не забуду…

— О! Я не сделала ничего особенного, что стоило бы благодарности, — смутилась Сьюзен. — Просто мне стало жаль Джоса да, кроме того, дело показалось таким интересным… Конечно, мне было очень страшно, но я ни о чем не жалею. Ведь теперь у меня есть увлекательное прошлое и совсем нет будущего. А это так скучно, уверяю вас!

Вайдеман пристально посмотрел на девушку.

— Ну, нет! — возразил он. — Только не бросайтесь в объятия первого попавшегося шалопая. Вы с вашей храбростью можете далеко пойти, если будете рассудительны и сможете постоять за себя. Вы старались помочь мне, теперь наступила моя очередь сделать что-нибудь для вас. — Старик вынул из кармана халата большой конверт и положил его на плед. — Мне пришлось долго спорить со своими доверенными, которые думают, что я сумасшедший, но все же я убедил их выделить деньги для вас. Я хочу, чтобы вы взяли эти деньги. Не будьте слишком гордой! — и он бросил конверт на колени сидящей перед ним Сьюзен. — Не открывайте его сейчас, не надо. Здесь, правда, не слишком много, но все же хватит, чтобы некоторое время чувствовать себя независимой.

— О… я, право, не знаю… — Сьюзен залилась краской. — Вы понимаете… Джос платил мне. У меня даже осталось немного денег.

— Ну, не будем спорить из-за такой малости. Возьмите это как гонорар за работу детектива, которым вы и были во всей этой истории.

В этот момент дверь распахнулась, и доктор без стука вошел в комнату.

— Настало время для небольшого отдыха и сна, — несколько глуповато улыбнулся он. — А после этого мы как раз будем готовы для легкого обеда.

— Вы слышали когда-нибудь подобную чепуху? — пожимая плечами, спросил Вайдеман у Сьюзен. — Но мне придется выполнять каприз этого типа.

Сьюзен встала.

— Спасибо, мистер Вайдеман, — начала она, но старик поднял руку.

— Идите же, дитя мое, и приходите снова, если вам понадобится помощь. Если же я вам не понадоблюсь, оставайтесь там, где больше нравится. Этот дом — совсем неподходящее место для молодой и красивой девушки.

Сказав это, Вайдеман помрачнел. Казалось, что перед его глазами опустился видимый лишь ему одному занавес.

— Уведите эту женщину, — хрипло приказал он. — Кстати, кто она такая?! Что она здесь делает? Я хочу видеть Корнелиуса! Разыщите его, скажите, чтобы он пришел!

Доктор Эджели деликатно, но твердо проводил Сьюзен из комнаты и запер дверь на ключ.

— Вы сами видите, мистер Вайдеман нездоров. У него часто бывают такие приступы. Иногда он несколько дней совершенно нормален, а потом снова начинает требовать, чтобы привели его брата.

Сьюзен, совершенно ошеломленная, не знала, что сказать.

— Но… он, по крайней мере, счастлив здесь? — умоляюще посмотрела она на врача.

— О, да. На этот счет не беспокойтесь. Вы сами найдете дорогу, или вас проводить? Я должен вернуться к больному.

— Конечно, доктор. Я знаю, как идти.

В холле Сьюзен остановилась, чтобы заглянуть в конверт, подаренный ей Вайдеманом. На розовом чеке, подписанном управляющим банком, стояла сумма в пять тысяч фунтов стерлингов.

Несколько минут девушка в недоумении разглядывала чек и думала о том, что Вайдеман действительно очень добр.

Нетерпеливый звук клаксона полицейской машины заставил ее вздрогнуть. Она быстро положила чек в сумочку. Вот и независимость! Можно будет открыть даже собственное дело… Что если купить маленький магазин, или открыть контору частного сыска…

Снова раздался сигнал, еще более нетерпеливый, чем первый.

Сьюзен открыла входную дверь и бегом спустилась по ступенькам к машине, где ее ждал сержант Адамс.