Но подлинный триумф Гамильтона пришел двумя годами позже, когда в журнале был напечатан первый рассказ из цикла о Межзвездном Патруле. С ним вчерашний дебютант сразу вошел в ареопаг американской фантастики, хотя книжного издания пришлось дожидаться аж до 1965 года, когда большинство произведений цикла объединились в два тома — «За пределами Вселенной» и «Сталкивающиеся светила».

Именно серия о Межзвездном Патруле принесла Гамильтону славу одного из отцов-основателей современной американской научной фантастики. Точнее, ее существенной и необычайно популярной составляющей — «космической оперы».

Почему «одного из»? Потому, что он был отнюдь не первым и во всяком случае не единственным. До него в этом жанре успел прославиться Эдвард «Док» Смит, автор эпопей о «Космическом жаворонке» и Людях Линзы — Ленсменах (не говоря уж о легендарном «праотце» — Эдгаре Райсе Берроузе). А бок о бок с создателем Межзвездного Патруля в литературу вошел автор не менее известный — ныне здравствующий и не оставивший писательского ремесла Джек Уильямсон. С ним, кстати, Гамильтона связывала тесная дружба, они даже осуществили совместное ритуальное плавание по великой реке Америки — Миссисипи...

Всем названным авторам «космическая опера» обязана своим расцветом. Писали они, в сущности, об одном. О далеком будущем, когда человечество не только освоит близкий и дальний космос, но и установит новый мировой порядок. В союзе с другими разумными расами Галактики — или без их участия. Априори предполагалось, что и на звездных дорогах честных космических торговцев по-прежнему будут грабить пираты, а вблизи какого-нибудь красного, голубого или желтого солнца — как ранее на полях под Грюнвальдом, Аустерлицем или Курском — будут сходиться стенка на стенку грандиозные звездные армады. Ну и, разумеется, полный набор дворцовых интриг, тайных миссий и похищений, дуэлей на бластерах и восстаний на периферии тиранической звездной империи!

Это был и вестерн, и исторический роман, и батальные полотна, — но на шкале уже неизмеримо расширившейся, галактической. Масштабы! Вот чем брали своих читателей все без исключения мастера «космической оперы», старательные ученики Дюма и Вальтера Скотта.

Другой вопрос, что у Гамильтона в ряде случаев получилось лучше, чем у современников!

Показательный пример его раннего творчества — опубликованный в журнале в 1929 году роман «За пределами Вселенной». Сюжет я подробно пересказывать не буду, достаточно отметить, что в очередной раз Межзвездный Патруль своевременно реагирует на угрозу вторжения в Галактику агрессоров-чужаков из далекого «умирающего» звездного скопления. Все, разумеется, заканчивается на редкость удачно, к вящей славе Патруля. Что касается масштабов, то и это — на уровне. После того, как герой с тайной миссией добирается до Туманности Андромеды (где находит союзников — преобладающую там газообразную форму жизни), наступает кульминация. В финале титанической битвы звездных эскадр, уничтожающих пространство, тысячи солнц сближаются, образуя шаровое скопление, своего рода кишащий «муравейник светил» — гигантское супер-солнце...

Однако, выполнив все правила игры, Гамильтон обязательно привносит что-то свое, оригинальное (впоследствии уже бесстыдно заимствованное у него другими авторами). Вот и в этой космической эпопее натыкаешься на интересную деталь: гигантский «Зал живых мертвецов», музей инопланетных форм жизни — бесконечные ряды прозрачных кубов-клеток, в которых выставлены неописуемые обитатели различных миров. Неподвижные, но... живые, поддерживаемые в состоянии анабиоза... Эка невидаль, скажете? Но обратите внимание на дату выхода романа!

* * *

В довоенном творчестве Гамильтона вообще нередки примеры поразительных сюжетных находок, которые мы, кажется, не раз встречали. В произведениях, выходивших гораздо позже...

Чтобы не быть голословным, перечислю некоторые рассказы (большинство их объединено в сборнике «Ужас на астероиде» (1936), который знаменателен тем, что это была одна из первых книг современной американской фантастики, вышедших в твердом переплете): «Города в воздухе» (1929) — летающие города, предвосхищающие идеи Джеймса Блиша (хотя справедливее отдать приоритет свифтовской Лапуте); во время войны Американской федерации с Евроазиатской летающие города (среди них есть и Москва!) поднимаются в воздух и осыпают друг друга бомбами и тепловыми снарядами. «Похитители звезд» (1927) и «В недрах туманности» (1929) — первые произведения, в которых выдвинута концепция Галактической Федерации (у Гамильтона — Совет Солнц). «Запертый мир» (1929) — параллельная вселенная, где электроны двигаются «в обратном направлении»; иначе говоря, предвосхищение идей современной физики — нарушения четности и тому подобного. «Человек, видевший будущее» (1930) — аптекарь XV века, перенесенный в будущее и вернувшийся назад... только затем, чтобы попасть на костер (путешественник начал болтать о чудесах, виденных им в XX веке). «Эволюционировавший» (1931) — безумный ученый пытается совершить новый эволюционный скачок, однако вместо ожидаемого сверхчеловека в результате получается комок протоплазмы: эволюция оказалась цикличной... Для полноты картины добавлю к этому каталогу тем фантастики ранний роман Гамильтона — «Всадники времени» (1927), герой которого с помощью машины времени периодически совершает вылазки в прошлое, где рекрутирует воинов-наемников из различных эпох.

Встречаются среди довоенных произведений писателя прозрения совершенно неожиданные.

Герой новеллы «Кто имеет крылья» (1938) рожден с крыльями и мучается выбором: остаться ли жить в мире «нормальных» людей — или взлететь в небо? В рассказе «Металлические гиганты» (1926) электронный мозг занят тем, что строит подручных роботов для выполнения необходимых технических операций. Что это, как не один из самых ранних примеров функциональных роботов! А в «Кометной угрозе» (1928) инопланетная раса преуспела в создании искусственных существ; внутри металлической квадратной «головы» каждого был помещен живой мозг, подпитываемый электричеством и, таким образом, живущий практически вечно... Между прочим, Гамильтон оспаривал (в частности, у Клиффорда Саймака) титул крестного отца научно-фантастических андроидов: он ввел этот термин в середине 1940-х годов, в одной из историй о Капитане Будущее (о чем речь пойдет ниже).

...Выше я позволил себе чуть поиронизировать над «скрежетом швартовочных механизмов» в открытом космосе. Однако то была бесшабашная «космическая опера» — в научно-фантастических рассказах Гамильтон не в пример серьезен, когда дело касается науки. В «Проклятой Галактике» (1935) он впервые — по крайней мере, в художественной литературе — формулирует гипотезу расширяющейся Вселенной! Правда, объясняет разбегание галактик с точки зрения не физики, а скорее «психологии»: те, оказывается, одержимы страхом перед смертельным вирусом, которым заражена наша Галактика — жизнью...

Между прочим, автор лихих вселенских гонок на сверхсветовых скоростях в одном из произведений предложил-таки вполне корректный «досветовой» способ космических путешествий. В литературе он позже получил название «разгонного» (ram jet), а суть его состоит в том, что разгоняющийся космический корабль добывает себе топливо по пути: с помощью гигантских электромагнитов собирая в дороге космический газ и перерабатывая его в энергию.

А вот рассказ «Как там — извне?», написанный еще в 1933 году, опубликовать Гамильтон смог только в 1952-м. Виною послужило также пророческое предположение, но на сей раз показавшееся тогдашним редакторам недостаточно смелым: автор писал, что исследование Солнечной системы окажется малорезультативным ввиду его крайней дороговизны!

Впрочем, сам Гамильтон себя никогда к космическим пессимистам не причислял: «Как бы я оценил свой собственный вклад в научную фантастику? Это трудный вопрос. Хотя я никогда не ограничивал себя космической тематикой, все же я написал множество произведений такого рода, выразив в них свою веру в то, что грядущее освоение космоса станет одним из величайших приключений человечества. И если наши астронавты уже не совершили его, то... чем же они занимались?»

Все перечисленное, повторяю, он успел написать за первые полтора десятилетия.

А затем надолго погрузился в жанр совсем уже необычный — я бы назвал его «сериалом одного героя». О супермене Курте Ньютоне по прозвищу «Капитан Будущее» и его верных спутниках — роботе Грэге, андроиде Ото и «живом мозге» Саймоне Райте — Гамильтон в 1940-50-е годы практически в одиночку написал сотни рассказов. Они публиковались, в основном, в специально созданном для этой цели одноменном журнале, а позже были изданы в виде 13 «романов». Идею серии, кстати, подсказал писателю редактор Морт Вайзингер, который и сам прославился на ниве фантастических комиксов, создав — вместе со «звездным королем», Генри Каттнером и другими известными авторами — не кого-нибудь, а легендарного Супермена, сегодня известного, в основном, по многочисленным киноверсиям...

Теперь читателю, надеюсь, ясно, что еще до выхода «Звездных королей» Гамильтон носил свою корону по праву и имел все основания именоваться Эдмондом I-ым. И единственным.

Между прочим, слова Московица о «самом недооцененном авторе» относятся и к Гамильтону-новеллисту, в значительной мере потерявшемуся на фоне грандиозных галактических эпопей.

О его ранних рассказах я уже говорил, но в них потрясало, конечно же, не литературное мастерство, а дерзкая, оригинальная фантастическая идея. Зато в рассказах послевоенных, представленных в сборнике «Как там — извне?» (1974), звучат неожиданные для «звездного короля» лирические ноты, а образы героев поражают психологизмом. Достаточно назвать две новеллы — «Отверженный» (1968), в которой Эдгар По, как и в известном рассказе Геннадия Гора «Великий актер Джонс», совершает путешествие во времени; и грустный, элегичный рассказ «Реквием» (1962), повествующий о последних днях Земли, покинутой человечеством.

Этот последний, щемяще-грустный рассказ прозвучал, как пророчество. Пророчество о скором уходе из жизни и самого «звездного короля»...

* * *

Сказать по правде, все послевоенные десятилетия он уже писал в отраженных лучах прежней славы.

Продолжение «Звездных королей» — роман (а по сути дела, объединенные под одной обложкой ранние рассказы) «Возвращение к звездам» (1970) — было написано литературно чище и даже увлекательнее. Но... того потрясения, пусть и наивного, которое постигло читателя «раннего» Гамильтона, уже не было. Как и в большинстве поздних книг писателя. «Искра тлела, — писал его друг и коллега Чэд Оливер, — но огонь все никак не занимался».

Лишь в мастерски закрученной трилогии о галактических флибустьерах, называвших себя Звездными Волками, — «Оружие извне» (1967), «Закрытые миры» (1968) и «Мир Звездных Волков» (1968), — да в «Звезде смерти» (1966) Гамильтон словно решил тряхнуть стариной. Вспомнить молодость, когда он, бывало, не задумываясь, сталкивал в титанических битвах не только вооруженные до зубов космические армады, но сами светила! Так, в «Звезде смерти» описано оружие, с помощью которого можно взрывать на расстоянии целые звезды: ракеты с кобальтовыми боеголовками направляются прямо в звездные короны, где взаимодействуют с «местными» элементами, вызывая неуправляемую цепную реакцию. Чудовищный взрыв уничтожает любую жизнь на расстоянии многих миллионов миль...

Но это был последний выход короля.

...В 1946 году Гамильтон женился на писательнице Ли Дугласс Брэккетт, с которой познакомился чуть раньше в Лос-Анджелесе. Жена сама писала фантастику, свидетелями на свадьбе были также супруги-фантасты — Кэтрин Мур и Генри Каттнер, а близким другом новоиспеченной четы стал молодой местный фэн и автор — Рэй Брэдбери... А спустя три года Гамильтон и Брэккетт переселились на восток Штатов, на ферму в Кинсмене, штат Огайо, принадлежавшую дальним родственникам Гамильтона. Ферме было более ста лет, и она занимала площадь в полтора десятка гектаров; тогда еще супруги не знали, что это будет их постоянный дом до конца жизни.

Перед самой смертью, формулируя свое отношение к фантастике (для одного из крупнейших биографических сборников, составлявшихся в то время), Гамильтон написал:

«Каково мое мнение о современном состоянии научной фантастики? Во-первых, я должен подчеркнуть, что всегда был против каких бы то ни было попыток наложить на эту литературу догматические цепи. Фантастика может многое, и удача порой ждет на самом невероятном направлении. Но, заявив вышесказанное, я теперь свободен для более субъективных оценок. Я все еще уверен в том, что научная фантастика далеко отошла от своего раннего статуса — литературы предсказаний, вплотную приблизившись к психологической прозе и фэнтези. Сегодня в фантастике, как мне кажется, куда больше элитарности, богемной замкнутости... А меня больше всего тревожит, сколь малое число современных писателей-фантастов проявляет интерес к перспективе космической экспансии. После десятилетий научной фантастики на эту тему освоение космоса стало повседневной реальностью — и это произошло на наших глазах. Однако сегодня, кажется, это мало кого волнует. Если так, то, значит, научная фантастика сильно изменилась: из «широкоформатной» и часто зловещей литературы, грезящей о будущем, она превратилась в узкоколейный жанр, в котором желание сверкнуть в качестве «литературного» автора полностью затемняет старый добрый интерес с различным образам грядущего, сжигавший нас — стариков.

Что бы я мог посоветовать начинающему автору? Не думаю, что мне удастся сказать лучше, чем когда-то посоветовал мне — начинающему — Абрахам Меррит. Он написал мне в письме: «Поменьше читайте фантастику, написанную другими. Читайте книги документальные, научные, а затем дайте вашему воображению самому поиграть с этими известными фактами.»

Умер Эдмонд Гамильтон 1 февраля 1977 года, не дождавшись выхода в свет своего последнего сборника, составленного женой, — «Лучшее Эдмонда Гамильтона» (1977).