Дюффи проснулся внезапно. Солнце просачивалось сквозь щели штор и яркими светлыми полосками ложилось на стены.

Зазвонил телефон.

Дюффи недовольно заворочался в кровати, натянул одеяло на голову, стараясь отделаться от назойливого звонка, но в конце концов не выдержал и, сбросив одеяло, снял трубку.

— В чем дело? — не слишком вежливо спросил он.

Ему ответил взволнованный голос Сэма. Дюффи даже не сразу понял, чего он хочет.

— Что ты говоришь? Я ничего не понимаю.

Сэм чуть не задохнулся, но попытался взять себя в руки.

— Послушай, ради всего святого! Эглиш тебя предал. Он обвиняет тебя во всех возможных и невозможных смертных грехах!

Дюффи разом выскочил из кровати.

— Продолжай!

— Флики арестовали Моргана за фальшивые деньги, а вслед за этим Эглиш явился к начальнику полиции и разделал тебя, как Бог черепаху. Я слышал все вот этими самыми ушами. Сейчас тебя должны арестовать за убийство Ольги, Глизона и Аннабель.

Дюффи рухнул на стул.

— Бессовестная тварь!

— Ты должен вести себя чрезвычайно осмотрительно, — сказал Сэм. — Они не могут взвалить все это только на тебя.

Рот Дюффи задергался.

— Меня арестуют сейчас?

— Да. Эглиш настоял. Они ждут, когда ты появишься на улице, и сразу же начнется охота.

— Да… А Эглиш будет потирать свои старческие ручонки. Если меня посадят, это — конец.

— Что ты собираешься делать?

— Попробую уехать.

— Учти, на всех дорогах выставлены пикеты. Ты вряд ли сможешь выбраться из города.

— Они знают о нашей дружбе?

— Нет, даже не предполагают, что мы знакомы.

— Если у меня не будет другого выхода, я смогу прийти к тебе?

— Конечно! — не колеблясь, ответил Сэм. — Лучше бы тебе приехать прямо сейчас и жить у нас, пока дело не прояснится.

— Нет. Сначала я попытаюсь выехать из города. Поцелуй Алису, но не говори ей лишнего.

Дюффи быстро повесил трубку и бросил быстрый взгляд на часы, которые показывали ровно десять. Он не спеша оделся, проверил наличие в карманах денег, взял шляпу, вышел за дверь, задвинул засов и пошел по коридору. Проходя через бар, он услышал усиливающийся звук полицейской сирены. Грустная улыбка показалась на губах Дюффи, он вышел на улицу и медленно отправился в гараж. Подойдя к «бьюику», он заметил, что сирена смолкла, а из соседней улицы выехала и остановилась длинная машина.

— Обожди! — раздался резкий голос Шульца.

Дюффи всмотрелся в темноту гаража и заметил метиса, который прятался за большим «паккардом».

— Флики снова здесь, — сказал он Шульцу. — Я уезжаю, а ты?

Шульц потряс головой и не сдвинулся с места. Заинтересованный, Дюффи подошел ближе и вдруг заметил в руках метиса карабин, нацеленный в его сторону.

— Чего ты хочешь? — сквозь зубы спросил Дюффи.

— Положи деньги на землю, а потом можешь уезжать.

— На улице полно фликов, не советую тебе затевать историю.

Шульц был бледен, как полотно, однако дуло его карабина продолжало смотреть в грудь Дюффи.

— Не учи ученого. Положи деньги на землю и поскорее!

Дюффи сунул руку в задний карман и нащупал холодную рукоятку кольта. Теперь он знал, что будет защищать свое добро. Пальцы обхватили рукоятку, ноги напряглись, он вскинул кольт и выстрелил, но в то же время услышал сухой щелчок карабина, и что-то горячее ткнулось ему в бок. Голова Дюффи закружилась, он не мог думать ни о чем, кроме боли, которая пронизывала бок.

Дюффи медленно опустился на пол, услышал брань и увидел Шульца, выбегающего из гаража с карабином в руках.

Дюффи с трудом поднялся. Где-то невдалеке дважды раздался выстрел из карабина, ему ответил лай револьверных выстрелов. Дюффи, покачиваясь, подошел к «бьюику», заполз в него, включил мотор и почувствовал во рту привкус крови. Сухой мучительный кашель сотряс тело. Струйка крови непрерывно текла из раны в боку, пропитала брюки, кровь уже хлюпала в ботинке. Собрав всю волю, Дюффи вцепился в руль и выехал из гаража.

Шульц, сидя на корточках за углом, стрелял в полицейского. Дюффи промчался между ними, как метеор, и оба выстрелили по «бьюику». Пули глухо шлепнулись о броню машины, не причинив вреда. В зеркальце Дюффи заметил, как Шульц вдруг повалился набок.

Больше ему деньги не понадобятся!

Вцепившись в руль и подавшись вперед, Дюффи мчался с бешеной скоростью. Кровь стучала в ушах молотом, боль разрывала тело. Он закусил губу, стараясь, чтобы нога не сползала с педали. Все мысли куда-то исчезли, все, кроме одной: надо добраться до Сэма! Там можно лечь и забыться. Надо продержаться еще немного. Дюффи посмотрел в зеркальце: погони не было, вряд ли флик запомнил номер его машины, по крайней мере, хотелось в это верить.

Он остановился за домом Гуиров в аллее, которая примыкала к черному ходу. Ему было жарко, и он не знал, сумеет ли добраться до квартиры. Ступеньки крыльца словно ожили под ногами, стараясь сбросить гостя на землю. Мучительный кашель раздирал грудь.

Дюффи с трудом открыл входную дверь. Он так ослаб, что вынужден был опуститься на колени и на четвереньках пополз по лестнице. Приходилось останавливаться и отдыхать через каждый метр. Из груди вырывался свист, на губах пузырилась пена. Дюффи вполз в лифт, подъем показался ему бесконечным.

К счастью, квартира Гуиров находилась сразу напротив выхода из лифта.

Алиса сразу же открыла. Сначала ее лицо просияло, но через секунду в глазах отразился испуг.

— Что с вами, Вилли?

Дюффи хотел ответить, но снова закашлялся и, опершись о дверь, согнулся чуть ли не пополам.

— Боже мой! — простонала Алиса.

Она поднырнула Дюффи под мышку, так, чтобы он смог перенести на нее вес тела, и втащила в переднюю. После этого она закрыла дверь и помогла раненому дойти до спальни.

— Вилли, что с вами? — продолжала она спрашивать, укладывая его поверх одеяла.

— Дай мне выпить, девочка, — прошептал Дюффи. — Что-то во рту пересохло.

Алиса кинулась в гостиную и вскоре вернулась со стаканом и бутылкой. Ей пришлось поддерживать голову Дюффи, пока он пил.

Алкоголь слегка приободрил Дюффи, и он слабо улыбнулся.

— Помоги мне раздеться, малышка, в меня всадили несколько пуль…

Раздевание заняло много времени, Дюффи вынужден был отдыхать после каждого движения.

— Только не бойтесь, — уговаривал он женщину, — это не опасно, просто очень больно.

Добравшись до раны, Алиса вскрикнула от ужаса:

— Там шесть пуль!

— Надо их вынуть, дорогая, — попросил Дюффи.

— Я никогда не смогу это сделать!

— Это необходимо. Кроме того, рана неглубокая, пули хорошо видны. Но это нужно сделать срочно, иначе начнется заражение. Ведь вы же не хотите, чтобы я погиб из-за вашей нерешительности?

Наконец Алиса решилась, сбегала на кухню и принесла тоненький ножик для фруктов.

Дюффи отхлебнул виски.

— Прокалите лезвие на огне свечи.

В конце концов Алиса принялась за дело. Страшная боль пронзила все тело Дюффи, но он не посмел даже застонать, потому что боялся напугать женщину.

— Вот все шесть. Я вынула их, — голос Алисы звучал едва слышно, она покачивалась от слабости.

— Выпейте скорей! — приказал Дюффи.

Ее зубы стучали о край стакана, но после первого же глотка слабость отступила.

— Теперь перевяжите рану и дайте мне заснуть.

— А если завтра позвать врача? Это не будет слишком рискованно?

— Ни в коем случае, радость моя, меня же ищут.

Алиса закусила губу, чтобы не заплакать, но принялась за перевязку. Слегка оглушенный виски, Дюффи лежал, глядя в потолок.

Алиса плотно затянула рану, и тогда Дюффи спросил:

— Не дадите ли вы мне старый костюм Сэма?

— Для чего?

— Я уеду…

— Но об этом не может быть и речи! Вы останетесь здесь.

Дюффи покачал головой.

— Я не должен вмешивать вас в это дело. Если меня найдут, у вас будут большие неприятности.

— Не сердите меня, Вилли! — тоном, не терпящим возражений, прикрикнула Алиса. — Вы останетесь здесь.

Дюффи обессиленно закрыл глаза.

— Ну ладно. Только очень ненадолго.

Алиса наклонилась к нему и поцеловала в холодный влажный лоб.

— Я так за вас переживаю.

Дюффи с трудом разлепил тяжелые веки.

— Мне страшно жаль, что я увяз в этой истории. Но верьте мне: я никого не убивал, я только хотел найти настоящих преступников и нашел их…

После минутного молчания Дюффи добавил:

— Посмотрите у меня в пиджаке. Там должны быть деньги.

Алиса тщательно осмотрела карманы.

— Там ничего нет!

— Значит, их спер Шульц, — губы Дюффи дрогнули, сил на то, чтобы рассердиться, не было. — Тогда посмотрите в правом ботинке под стелькой. Там три тысячи. Возьмите их себе. А Сэму — мой «бьюик». Это славная машина, я оставил ее у черного хода.

— Не думайте об этом.

— Вы были правы, дорогая, — едва слышно произнес он. — Деньги ничего не дают.

— Вы должны отдохнуть, — Алиса старалась говорить твердым голосом. — Постарайтесь поспать. Я буду рядом, и если понадобится, вы позовете.

— Спасибо… Не звоните Сэму. Я скоро встану. Мне уже лучше, но я страшно устал…

Пока Алиса накрывала Дюффи тонким одеялом, он взял ее за руку.

— Я вел себя, как дурак и мерзавец, — прошептал он.

Алиса сжала губы, чтобы не разрыдаться. Она изо всех сил старалась улыбнуться, но слезы стояли в ее глазах.

— Вы… лучший человек в мире, — проговорила она. — Но чересчур доверчивый. Подождите, все будет хорошо.

В комнате было прохладно, рана под повязкой почти не болела, и Дюффи вскоре уснул.

Неизвестно, сколько длился этот сон, но очнулся он, почувствовав на себе чей-то взгляд.

Стоя на пожарной лестнице, в квартиру заглядывали Жоэ и «малыш». В то мгновение, когда Дюффи встретился с ними глазами, Жоэ поднял стекло и протиснулся в комнату.

— А мы заметили на улице твою колымагу и зашли справиться о здоровье, — злорадно проговорил он, а «малыш» добавил:

— И не воображай, пожалуйста, что мы тебя искали.

Дюффи посмотрел на дверь.

— Только не трогайте ее.

— Если она будет молчать, останется цела, — оскалился Жоэ.

— Закройте дверь, — попросил Дюффи.

Жоэ подошел к кровати, сорвал с Дюффи одеяло, и лицо его расплылось в неподдельной улыбке.

— Ты ранен?

Дюффи молча ждал продолжения. Он надеялся, что, если не будет шуметь, Алиса ничего не услышит, и бандиты ее не тронут.

Жоэ рванул повязку, из раны хлынула кровь.

«Малыш» возбужденно захихикал.

— Получай по заслугам! Ты должен был ответить за Клива, а теперь и за Моргана тоже.

Дюффи неподвижно лежал на спине.

— Послушай…

Жоэ замер на секунду. За стенкой раздавались шаги, был слышен звон посуды.

— Она готовит обед для этой скотины, — сказал «малыш».

— Эй ты, скотина, хочешь кушать? — поинтересовался Жоэ и, гнусно ухмыляясь, сдавил шею. Постепенно его лицо приняло зверское выражение. Прошло несколько минут, прежде чем он разжал пальцы.

«Малыш» отвернулся и подошел к окну. Он уже собирался перелезть через подоконник, как вдруг что-то остановило его.

— Жоэ, — шепотом позвал он.

В то же мгновение в окне возник черный силуэт, за ним еще два. Трое полицейских, не дав бандитам опомниться, быстро влезли в комнату.

Жоэ замер на месте с полураскрытым ртом.

— Не стреляйте, — попросил он.

Сержант прошелся по комнате, с недоумением глядя по сторонам.

— Тут что, семейный праздник? — улыбнулся он наконец.

«Малыш» угодливо засмеялся, стоя у стены с поднятыми руками.

— У вас ничего нет против нас, — дрожащими губами проговорил он.

Сержант склонился над Дюффи, в то время как двое других полицейских надевали наручники на «малыша» и Жоэ.

— Ну-с, ваша работа?

Он повернулся к «малышу» и сильно ударил его в лицо рукояткой револьвера, тот повалился на колени.

— Мы все расскажем! — взвизгнул он. — Мы видели, как Аннабель убивала своего мужа. В этого тоже стреляли не мы. У нас свои счеты из-за Клива.

— Ладно, ладно, — прервал его сержант. — Расскажешь все это в другом месте. Я уже давно охочусь за вами и вот наконец взял с поличным. На этот раз не отвертитесь! Выводите отсюда этих гадов, — приказал он.

Вдруг дверь открылась, на пороге стояла Алиса. Сержант попытался оттеснить ее к кухне.

— Не увозите его, — попросила Алиса. — Он тяжело ранен. Я вас умоляю!

— Этот тип на кровати — Дюффи? — спросил полицейский.

Алиса утвердительно кивнула.

— Он ранен, — настаивала она, — и очень серьезно. Оставьте его здесь. Я сварила ему бульончика… Он голоден… ему надо покушать…

Лепет Алисы заставлял полицейских отводить глаза. Сержант не знал, как ему поступить.

— Не суетитесь с бульоном, мисс, — он никак не мог решить, как поступить с револьвером и, в конце концов, сунул в задний карман. — Не беспокойтесь о вашем приятеле. Ему больше ничего не нужно!