Жалюзи с громким треском открылись, Ричард сощурил от света глаза.

– Ну и замечательный же ты провел вечер, – изрек Дирк Джентли. – Впрочем, самые захватывающие моменты, похоже, полностью ускользнули от твоего внимания.

Он вернулся на свое место, откинулся на спинку стула и сложил руки на животе.

– Только не разочаровывай меня вопросом «Где я?», – заявил он. – Посмотри вокруг и все поймешь.

Ричард в замешательстве оглянулся. Он будто прибыл сюда после долгого путешествия на далекую планету, где царили умиротворение, свет и музыка, и чувствовал себя таким расслабленным, что не хотелось даже дышать.

Деревянная головка на шнуре жалюзи несколько раз стукнулась об окно, и повисла полная тишина. Метроном замер. Ричард посмотрел на часы – начало второго.

– Под гипнозом ты провел чуть меньше часа, – пояснил Дирк. – За это время я узнал множество интересных вещей, а кое-что меня озадачило. Об этом я и хочу сейчас поговорить. Свежий воздух поможет тебе взбодриться, поэтому давай пройдемся вдоль канала. Там тебя никто не будет искать. Джанис!

Тишина.

Ричард хмурился: он все не мог прийти в себя. Мгновение спустя воспоминания протиснулись в голову, как слон в дверной проем, и он в ужасе подскочил на стуле.

– Джанис! – вновь крикнул Дирк. – Мисс Пирс! Черт бы побрал эту девчонку…

Он раздраженно извлек из корзины телефонную трубку и водрузил ее на место. Затем схватил потертый кожаный портфель, поднял с пола шляпу, нахлобучил ее на голову и встал.

– Идем, – сказал он и быстро вышел в приемную, где мисс Джанис Пирс свирепым взглядом буравила карандаш. – Пошли отсюда. Из этой поганой дыры. Будем думать о немыслимом и совершать невыполнимое. Подготовимся к схватке с невероятным и посмотрим, удастся ли нам его победить. А теперь, Джанис…

– Замолчите.

Дирк передернул плечами и взял со стола книгу, испорченную ею при попытке закрыть ящик, с недовольным лицом пролистал и, вздохнув, положил на место. Джанис вернулась к тому, чем она, по всей видимости, занималась чуть раньше, – стала строчить карандашом длинную записку.

Ричард молча, будто со стороны, понаблюдал за ними и тряхнул головой.

– Сейчас произошедшее может показаться тебе запутанным клубком событий, – обратился к нему Дирк. – И все-таки у нас есть за что зацепиться. Из всего, о чем ты мне поведал, только два явления физически невозможны.

– Невозможны? – переспросил Ричард и нахмурился.

– Да, – сказал Дирк, – невозможны целиком и полностью.

И улыбнулся.

– К счастью, – продолжил он, – со своей любопытной проблемой ты пришел по адресу. Потому что я не приемлю слова «невозможно». В моем словаре его нет, – добавил он, потрясая испорченной книгой. – Более того, в нем, похоже, отсутствуют все слова от «мармелада» до «селедки». Благодарю вас, мисс Пирс, вы оказали мне еще одну неоценимую услугу. При успешном исходе дела я даже попытаюсь вам заплатить. А сейчас нам нужно многое обдумать, поэтому я ухожу и оставляю контору в ваших надежных руках.

Раздался телефонный звонок, Джанис ответила:

– Добрый день. Плодоовощная база Вэйнрайта. Мистер Вэйнрайт не может подойти к телефону, он рехнулся и считает себя огурцом. Спасибо, что позвонили.

Она со всего маху опустила трубку на рычаг. Дверь за ее работодателем и его озадаченным клиентом беззвучно закрылась.

– Невозможно? – вновь удивленно повторил Ричард.

– Абсолютно невозможно, – настаивал Дирк. – Ну хорошо, пусть будет «необъяснимо». Зачем называть «невозможным» событие, совершенно очевидно имевшее место? Однако объяснить мы его ничем не можем.

Свежий ветерок у канала Гранд-Юнион привел Ричарда в чувства. К нему вернулась способность рассуждать, но мысль о смерти Гордона не давала покоя. А вот Дирка это, похоже, волновало меньше всего. Как на перекрестном допросе выпытывал он у Ричарда самые незначительные подробности невероятных событий сегодняшней ночи.

Бегун и велосипедист никак не могли поделить узкую дорожку и едва не столкнули друг друга в мутные, неспешно текущие воды канала. За сценой настороженно наблюдала пожилая леди, тянущая за собой на поводке неповоротливого старого пса.

Вдоль противоположного берега выстроились огромные пустые склады с остатками разбитых стекол в окнах. На волнах покачивалась сгоревшая баржа, рядом в грязной воде плавали бутылки из-под машинного масла. По близлежащему мосту, сотрясая фундаменты соседних строений и извергая в воздух черные клубы выхлопных газов, пронеслись грузовики. Мамаша с коляской в страхе отпрянула от края дороги.

Дирк и Ричард отошли на милю от детективного агентства и направлялись от окраины Южного Хэкни к центру Ислингтона, где, насколько было известно Дирку, у ограждения канала висели спасательные круги.

– Но черт возьми, это был лишь фокус, – сказал Ричард. – Профессор их постоянно показывает. Ловкость рук, только и всего. Да, кажется, что это невозможно, но на самом деле ничего сложного, если попросить фокусника раскрыть секрет. Однажды в Нью-Йорке я видел, как человек…

– Я знаю, как это делается, – перебил Дирк.

Он вытащил из носа две зажженные сигареты и большую глазированную инжирину, которую тут же подбросил вверх. Инжирина почему-то не вернулась на землю, исчезнув в воздухе.

– Ловкость рук, обман, внушение. Этому можно научиться, затратив совсем немного времени. Прошу прощения, мэм, – обратился Дирк к хозяйке собаки и вытянул у пса из-под брюха длинную гирлянду цветных флажков. – Думаю, теперь гулять ему будет гораздо удобнее.

Он вежливо приподнял шляпу и двинулся дальше.

– В фокусах все достаточно просто, – сказал он сбитому с толку Ричарду. – Распилить женщину легко. Распилить, а потом снова соединить – немного сложнее, но тоже можно, если потренироваться. Описанный тобой трюк со старинной вазой и солонкой, – Дирк сделал паузу, чтобы подчеркнуть значимость своих слов, – абсолютно необъясним.

– Наверное, я упустил из виду какие-нибудь детали…

– Это бесспорно. Однако опрос под гипнозом позволяет гипнотизеру разглядеть событие гораздо подробнее, чем видел его сам опрашиваемый. Возьмем, к примеру, девочку Сару. Помнишь, во что она была одета?

– Нет, – неуверенно ответил Ричард. – Наверное, в какое-то платье…

– Цвет? Ткань?

– Не помню. Кажется, темное… Она сидела далеко, я на нее почти не смотрел.

– Платье темно-синее из хлопчатобумажного бархата со сборками у заниженной талии, рукава «реглан» с манжетами, белый воротник в стиле Питера Пэна и шесть перламутровых пуговиц спереди. С третьей пуговицы свисает ниточка. Длинные темные волосы перехвачены на затылке красной заколкой-бабочкой.

– Если ты скажешь, что узнал все это, как Шерлок Холмс, взглянув на мои ботинки, боюсь, я тебе не поверю.

– Нет-нет, – улыбнулся Дирк, – все гораздо проще. Ты мне сам рассказал это под гипнозом.

Ричард замотал головой:

– Неправда, я понятия не имею, что значит «воротник в стиле Питера Пэна».

– Зато ты очень точно его описал. Как и фокус. И этот фокус невозможен в той форме, в которой он был проделан. Поверь, я знаю, о чем говорю. Есть еще кое-что, касающееся профессора, о чем я хотел бы узнать. Например, кто нацарапал найденную тобой на столе записку и сколько вопросов на самом деле задал Георг Третий, но…

– Что?

– Думаю, лучше всего было бы спросить об этом самого профессора. Хотя… – Дирк сосредоточенно нахмурился. – Хотя, будучи в некоторой степени тщеславным, я бы предпочел знать ответы заранее. Но я не знаю. Абсолютно не имею понятия…

Он посмотрел вдаль и прикинул, сколько осталось до ближайшего спасательного круга.

– Вторая невозможная вещь, – продолжил Дирк, не дав Ричарду вставить ни слова, – или как минимум совершенно необъяснимая – это твой диван…

– Дирк, – раздраженно перебил его Ричард, – позволь напомнить, что Гордон Вэй мертв, а меня подозревают в убийстве! Все, о чем ты говоришь, никак с этим не связано, и…

– А я в высшей степени склонен верить, что связано.

– Какой вздор!

– Я верю в фундаментальную взаимо…

– Ах, ну да! – воскликнул Ричард. – Фундаментальная взаимосвязь всех явлений! Дирк, я не доверчивая старушка и не собираюсь оплачивать твои поездки на Бермуды. Если ты действительно хочешь мне помочь, тогда ближе к делу!

Дирк возмущенно вскинул голову.

– Как любой последователь принципов квантовой механики, я верю, что все события между собой непременно взаимосвязаны. Но я также верю, что некоторые вещи взаимосвязаны между собой гораздо больше остальных. И если два невероятных события и ряд в крайней степени необычных событий происходят с одним и тем же человеком, которого к тому же внезапно начинают подозревать в совершении весьма неординарного убийства, то, на мой взгляд, решение следует искать во взаимосвязи этих событий. А связываешь их ты, и, между прочим, ты в последнее время тоже ведешь себя очень странно и эксцентрично.

– Ничего подобного, – запротестовал Ричард. – Да, со мной произошло кое-что странное, однако я…

– Прошлой ночью я видел, как ты вскарабкался по стене и влез в квартиру своей девушки, Сьюзан Вэй.

– Этот поступок мог показаться необычным, – признал Ричард, – возможно, даже глупым. Тем не менее он абсолютно логичен и рационален. Просто я хотел кое-что исправить, пока это не привело к печальным последствиям.

Дирк на мгновение задумался, затем ускорил шаг.

– Ты думаешь, это совершенно нормальное и разумное решение проблемы с оставленным на автоответчике сообщением – да-да, ты рассказал мне об этом под гипнозом, – и любой на твоем месте сделал бы так же?

Ричард нахмурился, словно не понимал, из-за чего сыр-бор.

– Может, и не любой, – сказал он. – Наверное, я мыслю немного логичнее большинства людей, поэтому и пишу программы для компьютеров. Это было логичное и четко выверенное решение.

– Ты не считаешь, что слегка хватил через край?

– Мне ведь было очень важно не разочаровать Сьюзан.

– Значит, по-твоему, этот поступок вполне обоснован?

– Да, – упорствовал Ричард.

– Знаешь, что говорила моя незамужняя тетка из Виннипега? – спросил Дирк.

– Нет, – ответил Ричард.

Он быстро снял с себя одежду и прыгнул в канал. Дирк схватил спасательный круг, к которому они только что подошли, и бросил барахтающемуся в воде, перепуганному Ричарду.

– Держи, – крикнул Дирк, – сейчас я тебя вытащу!

– Все в порядке, – захлебываясь, ответил Ричард. – Я хорошо плаваю.

– Нет, плавать ты не умеешь! Скорее хватайся!

Ричард попробовал выплыть сам, но быстро сдался и уцепился за брошенный круг. Дирк подтянул его к берегу, наклонился и подал руку. Ричард, отфыркиваясь и отплевываясь, вышел из воды, дрожа от холода, присел на землю и положил руки на колени.

– Фу, там такая грязища! – Ричард еще раз сплюнул. – Отвратительно. Тьфу! Вообще-то я неплохо плаваю. Наверное, ногу судорогой свело. Повезло, что поблизости оказался спасательный круг. Спасибо, – поблагодарил он, когда Дирк протянул ему большое полотенце.

Он быстро и тщательно стер с себя грязную воду, а затем встал и покрутил головой.

– Не знаешь, где мои брюки?

– Молодой человек! – обратилась к нему пожилая леди с собакой на поводке. Она только что их догнала и уже хотела было как следует отчитать, однако Дирк ее опередил.

– Тысяча извинений, мадам, – сказал он, – за оскорбление, которое невольно нанес вам мой друг своим видом. Пожалуйста, примите вот это в знак моего восхищения, – добавил Дирк и вытащил из-за спины Ричарда изящный букет анемон.

Старушка палкой выбила цветы у него рук и в ужасе заспешила прочь, волоча за собой собаку.

– Не очень-то любезно с вашей стороны! – крикнул ей вслед Ричард, натягивая под полотенцем брюки.

– Малосимпатичная дамочка, – сказал Дирк. – Частенько ходит здесь, таскает за собой бедную псину и ругается с людьми. Ну как, понравился заплыв?

– Не особо, – ответил Ричард, приглаживая ладонью волосы. – Даже не представлял, насколько там грязно. И холодно. Вот, держи. – Он протянул Дирку полотенце. – Спасибо. Ты всегда его носишь в портфеле?

– А ты всегда после обеда ныряешь?

– Нет, обычно по утрам и только в бассейне в Хайбери-филдз, чтобы взбодриться и заставить работать мозг. А сегодня-то я туда не ходил.

– И… поэтому ты решил нырнуть в канал?

– Ну да. Просто подумал, что немного физической нагрузки мне не повредит.

– То есть ты не видишь ничего странного в том, чтобы раздеться и прыгнуть в канал?

– Нет. Возможно, учитывая состояние воды, это не слишком разумно, но в остальном – почему бы и нет?

– Ты считаешь, у тебя достаточно причин для такого поступка?

– Да…

– Значит, моя тетка тут ни при чем?

Ричард подозрительно прищурился:

– О чем это ты?

– Сейчас расскажу, – ответил Дирк.

Он прошел чуть дальше, присел на скамейку, вновь открыл портфель, аккуратно уложил в него полотенце и достал миниатюрный магнитофон. Затем жестом попросил Ричарда сесть рядом и нажал клавишу. Из крошечного динамика послышался напевный голос Дирка: «Через минуту я щелкну пальцами, ты проснешься и забудешь весь разговор, кроме указаний, которые я сейчас тебе дам. Мы с тобой пойдем вдоль канала, и, услышав от меня слова “моя незамужняя тетка из Виннипега…”»

Дирк схватил Ричарда за руку и силой заставил сидеть на месте.

«…ты снимешь с себя одежду и нырнешь в воду. Ты поймешь, что не умеешь плавать, но не запаникуешь и не утонешь, а будешь просто барахтаться в воде, пока я не брошу тебе спасательный круг…»

Дирк остановил запись и посмотрел на оторопевшего Ричарда. Второй раз за сегодняшний день его лицо стало бледным как полотно.

– Мне интересно, что на самом деле заставило тебя сегодня ночью забраться в квартиру мисс Вэй, – сказал Дирк, – и для чего это понадобилось.

Ричард продолжал в оцепенении смотреть на магнитофон, а затем неуверенным голосом произнес:

– На автоответчике Сьюзан было сообщение от Гордона. Он звонил из машины. Сейчас кассета у меня дома. Дирк, что-то мне страшно…