Артуру Денту окончательно осточертело просыпаться от звуков стрельбы.

Осторожно, опасаясь нарушить неглубокий сон Фенчерч, Артур выскользнул из ремонтного шлюза, который они приспособили под спальню, спустился по трапу и уныло поплелся по коридору.

В коридорах царил сумрак, от которого немедленно начиналась клаустрофобия. Светильники гнусно жужжали.

Но Артура тревожило совсем не это.

Он остановился и прижался к стене, потому что мимо по темному коридору с противным визгом пролетела электродрель, периодически звонко ударяясь о стены, точно очумевшая пчела.

Но Артура тревожили совсем не летучие дрели.

Он мрачно распахнул дверь отсека и вышел в коридор пошире – правда, такой же сумрачный. Из одного конца коридора валил едкий дым, так что Артур направился в противоположную сторону.

Подошел к монитору, заделанному в стену и прикрытому листом прочного, но все-таки сильно поцарапанного плексигласа.

– Сделай, пожалуйста, потише, – попросил Артур Форда Префекта, сидевшего на корточках посреди отвратительного нагромождения пустых банок из-под пива и видеотехники, которую он изъял из витрины магазина на Тоттнем-Корт-роуд[17], предварительно запустив в эту витрину небольшим камешком.

– Ш-ш-ш! – зашипел Форд, не отрывая от экрана блестящих, безумных глаз. Он смотрел «Великолепную семерку».

– Чуточку потише, – настаивал Артур.

– Нет! – крикнул Форд. – Сейчас будет самое классное место! Послушай, я наконец-то во всем разобрался. Уровни напряжения! Строчная развертка! Наконец-то все ясно, а теперь давай смотри, а то прозеваешь!

Со вздохом на устах и звоном в голове Артур сел рядом с Фордом и стал смотреть «классное место». А также внимать гиканью и воплям Форда, всем этим «Давай-давай!», со всей безмятежностью, на какую был способен.

– Форд, – проговорил Артур, когда «Великолепная семерка» закончилась и Форд стал искать в куче кассет «Касабланку»[18], – как так получается, что…

– Это гениальный фильм, – сказал Форд. – За ним я вернулся на Землю. Ты можешь себе представить – я так и не посмотрел его целиком?! Всегда пропускал конец. Вечером, накануне того дня, когда приперлись вогоны, я посмотрел половину. Когда вогоны все взорвали, я подумал, что не судьба мне его увидеть. А что там все-таки случилось с Землей?

– Жизнь взяла свое, – ответил Артур и взял непочатую банку пива.

– А, опять, – сказал Форд, – я вообще-то так и думал. Я предпочитаю кино, – прибавил он, когда на экране замелькали огни бара Рика. – Как так получается, что…

– В смысле?

– Ты начал говорить и сказал: «Как так получается, что…»

– Как так получается, что Землю ты ругаешь на чем свет стоит, а сам… ладно, не важно, давай лучше смотреть кино.

– Вот именно, – согласился Форд.