Роман видел, как смотрят на него пожилые жительницы деревни. Он знал: они ждут не дождутся, когда он представит всем свою невесту. Они по-прежнему считают его наследником Дона, который навсегда останется для них лидером. Роман не был законнорожденным сыном, а бизнес, который унаследовал его кузен, был абсолютно законным, но старшее поколение деревни все еще ждало, когда он подарит им наследника. Роман постоянно заботился о них, намеревался их защищать и в дальнейшем. Однако сельчан ждет разочарование: то, что он появился с привлекательной незнакомкой, ничего не означает.

Была определенная ирония в том, что раньше Роман отказывался от связи с этими людьми, веря, что он никогда не станет частью их общества, а сейчас он чувствовал себя их центром. Но нельзя забывать, что в четырнадцать лет он пережил потрясение, не зная, кто он и к какому миру принадлежит.

–  Роман…

–  Извини, Ева, – виновато произнес он. – Я отвлекся на минуту.

– О, пожалуйста, я не буду тебе мешать, – саркастично проговорила Ева. – Я тоже вполне довольна тем, что хмурюсь и смотрю в пространство перед собой.

–  Почему бы мне не познакомить тебя с кем-нибудь? – предложил он.

–  Хочешь сбыть меня с рук? – ехидно поинтересовалась она.

–  О нет. Я буду поблизости и собираюсь наблюдать за тобой.

–  Замечательно, – нахмурилась Ева.

Для Романа это было внове. Он привык к женщинам, которые твердо знали, чего хотят, и которые преследовали свои цели. Они были безразличны к его эмоциям, и до настоящего момента Романа это устраивало. Ему было довольно того, что они выказывали интерес к его телу и к его банковскому счету, однако Ева, вынужден был признать он, не вписывалась в эти рамки. В нем даже взыграл собственнический инстинкт и инстинкт защитника, когда некоторые из его пьяных друзей подошли к Еве ближе, чем, по его мнению, допустимо.

Язык тела Евы говорил ему одно, в то время как ее тревожные глаза – другое. Она выглядела потрясающе, но молодую женщину словно не волновали восхищенные взгляды, которыми ее одаривали гости. Не один мужчина, как заметил Роман, был готов переспать с ней, но все они смирились с тем, что ее мужчиной на свадьбе был он.

Он не чувствовал ничего подобного тому, что испытывал сейчас, – начиная с юности, когда Роман поклялся, что чувства не будут играть в его жизни никакой роли. Забота о ком-то – это напрасная трата энергии. Так решил он в четырнадцать лет. К тому же чувства ранят. Забыв любовь и заботу, которую ему дарили приемные родители, он предал их самым неприглядным образом. И за что?

–  Ты опять это делаешь, – объявила Ева, возвращая его в реальность. – Только в этот раз я, наверное, должна радоваться, что у тебя под рукой нет оружия.

–  Что ты хочешь этим сказать? – спросил Роман, уже зная ответ.

Он повел плечами, избавляясь от плохого настроения.

–  Нам надо получать удовольствие от вечеринки, пока мы здесь, – сказала она.

–  Ты читаешь мои мысли.

Они чуть не улыбнулись друг другу, но этот момент быстро прошел. Роман мог контролировать себя, он расслабился. Ева доставляла ему хлопоты в Скаванге, но сейчас под маской женщины, от которой можно ждать только проблем, он разглядел скромную, робкую натуру, которая старалась, как могла, для других. И в этом они были похожи. Мнение Романа о Еве начало меняться. Им следует забыть на этот вечер о своих разногласиях и посмотреть, куда их это приведет. Чтобы смягчить ситуацию, Роман предложил вроде бы нейтральную тему для разговора.

–  Расскажи мне что-нибудь о твоей семье, – попросил он.

–  Зачем тебе это? – Ева с подозрением посмотрела на него.

Роман не винил ее за то, что она проявляет осторожность. Совсем недавно он ясно дал понять, что не приветствует ее появление на острове, а сейчас просит рассказать о людях, которые ей дороги.

Ева уклончиво ответила на его вопрос, а затем, как Роман и ожидал, перевела разговор на другое.

* * *

Перепады настроения Романа сбивали Еву с толку. На мгновение, когда глаза мужчины потемнели, сила его невысказанных эмоций напугала ее. Однако каким-то шестым чувством она поняла, что это связано с прошлым.

Ева обрадовалась, когда рядом с ними остановились люди, чтобы поболтать с Романом, и фокус беседы сместился. Она не хотела делиться с ним историей своей семьи. Она не собиралась говорить с человеком, которого практически не знала, о своих близких. Ева не желала добровольно отдавать ему в руки козырную карту, посвящая его в то, кто она и чем дышит. Вместо этого она с удовольствием стала наблюдать за тем, как Роман общается с островитянами и гостями. Он, казалось, был искренне заинтересован тем, что они ему рассказывали. Ева даже пожалела, что она не открылась Роману хотя бы чуть-чуть. Судя по всему, здесь каждый был рад тому, что может назвать Романа своим другом. Она позавидовала ему. Он легко общается с людьми. Сама Ева такого дара лишена.

– Ева, познакомься с…

Роман представлял ее всем как почетную гостью, а не как кость в горле, не как незваную визитершу, которую он был бы рад выкинуть с острова. Все присутствующие на свадьбе старались, чтобы Ева чувствовала себя комфортно.

У Романа был настоящий талант заставлять людей чувствовать себя желанным. Ева поняла это, когда одна из женщин сказала, обращаясь к ней:

–  Приезжай к нам снова.

– Да, Ева, приезжай к нам еще, – с иронией подхватил Роман.

– Лучше не дразни меня, – предупредила его Ева. – Иначе я действительно приеду еще раз. Я обещаю тебе это.

Роман удивил ее тем, что рассмеялся, хотя они оба знали, что скорее ад замерзнет, чем она снова появится на острове.

– Итак, возвращаясь к твоей семье…

Этот мужчина когда-нибудь сдается?

– У тебя две сестры, Бритт и Лейла, и брат Тур. Твои родители умерли, как и мои.

Ева решила поменять тему, но, увидев, как на лице Романа промелькнула тень, спокойно сказала:

–  Мне жаль, что твоих родителей нет в живых.

–  Мне тоже жаль, что твоих родителей нет в живых. Должно быть, несладко вам пришлось, когда они умерли.

–  Но у меня были мои сестры – они восполнили потерю. Да и Тур вначале не отставал от них. Но родителей терять тяжело.

Почему ее сердце неожиданно устремилось к Роману? «Может, оттого, – подумала Ева, – что он пережил то же, что и я?» Она старательно скрывала от мира боль пережитого, однако подозревала, что это можно увидеть в ее глазах, впрочем, как и в глазах Романа. Кстати, в первый раз с момента их встречи он не сделал даже попытки усмехнуться. На мгновение их связала тонкая нить понимания.

–  А где сейчас Тур? – поинтересовался Роман, первым нарушая затянувшееся молчание.

–  Кто его знает… – пожала она плечами и ощутила болезненный укол в сердце оттого, что давно не видела своего брата. – Тур уехал из дома после похорон матери, и мы больше его не видели.

– Ты улыбаешься, – заметил Роман.

–  Просто вспомнила, как мы отдыхали, когда были моложе. Тур любил кататься на коньках на замерзшем озере и посмеиваться над тем, кто упадет раньше всех.

–  Счастливые тогда были времена, – задумчиво протянул он.

–  Да уж. – Ева вздохнула, вспомнив, что это было до того, как рудник стал приносить убытки и отец начал пить.

–  Ты в порядке, Ева? – Роман нахмурился.

Ева улыбнулась ему, показывая, что все в порядке. На самом деле она не знала, как чувствует себя. Ощущение утраты вернулось и, словно камень, ударило ее. Возможно, это произошло потому, что присутствовавшие на свадьбе дружные семьи заставили ее осознать: нельзя жить исключительно прошлым, и, если она продолжит двигаться в выбранном направлении, у нее не будет будущего.

К ним вновь подошли люди и избавили ее от ответов на вопросы, которые неизбежно стал бы задавать Роман. Девушки флиртовали с ним, а привлекательные мужчины хлопали его по спине. У Романа для каждого находилось доброе слово, пока один из молодых островитян не пригласил Еву потанцевать. На мгновение лицо Романа потемнело, а затем он пожал плечами, словно говоря: «Воля ваша».

Ева согласилась, но, выйдя на танцевальную площадку, ощутила на себе взгляд Романа. Он приводил ее в трепет. Ева напряглась, но молодой парень был вежлив и не прижимал ее к себе. Из уважения к Роману, предположила она. Партнер Евы посмотрел на Романа, будто хотел сказать, что он заботится о женщине, с которой танцует. Роман вместе с друзьями переместился к бару, но Ева то и дело чувствовала на себе его взгляд. Ее партнер горделиво поглядывал на своих приятелей, словно говоря: «Видите, с кем я танцую? Да. Так и есть. С девушкой, которая пришла на вечеринку с графом». Замечательно! То от нее хотят избавиться, то демонстрируют как трофей, причем делает это юноша, который, скорее всего, еще не бреется.

С другой стороны, только час назад она думала, что ей придется подпирать стену, пока Роман с друзьями будет развлекаться. Горькая ирония заключалась в том, что она действительно хорошо проводила время с прекрасными людьми, но человеку, с которым Ева мечтала провести время, это было безразлично.

Кровь пульсировала в его жилах, отзываясь стуком в висках. Неожиданно охватившая Романа ревность грозила спровоцировать сцену, которой он страшился. Вначале он был рад, что один из деревенских юношей – вежливый парень из хорошей семьи, которую Роман отлично знал, – пригласил Еву на танцевальную площадку. Он старался убедить себя, что заслужил перерыв в общении с этой рыжеволоской и что он выполнил свой долг по отношению к ней. И раз уж они пришли на свадебную вечеринку, почему бы им не провести приятно время. Чего Роман не ожидал, так это тех чувств, которые он будет при этом испытывать. Почему-то он не мог позволить себе выпустить Еву из-под наблюдения даже на одну секунду, постоянно проверяя, где находятся руки юноши. Извинившись перед друзьями, Роман отошел от бара.

* * *

«Я прекрасно провожу время», – убеждала себя Ева. Да и как может быть иначе, если она танцует на берегу моря с привлекательным юношей, который к тому же очень вежлив и предупредителен? Ева не видела в нем никаких недостатков. Однако эти уговоры, как и тот факт, что он танцует с ней только потому, что хочет произвести впечатление на своих приятелей, не помогали. Ничто не помогало.

Ева попробовала убедить себя еще раз. Она замечательно проводит время. Что может быть лучше танца при свете луны на экзотическом пляже?

Только танец с Романом.

Ева посмотрела в сторону бара, недоумевая, куда он мог запропаститься, и напоминая себе, что вообще-то они не являются парой. Роман ей ничего не должен. Она ничего не должна ему. Еве не хотелось показаться грубой, поскольку на вечеринке все были к ней очень добры, даже пылающий энтузиазмом юноша. Она должна была закончить танец. Да, но почему у нее появилось ощущение, будто все краски этого вечера потускнели? Место было красивое. Небо было подобно черному бархату, на котором сверкали, как бриллианты, звезды. Легкий ветерок пригнал несколько тучек, добавивших драматической окраски. Музыка была прекрасная, а от аромата еды у нее рот заполнился слюной.

–  Угощение пахнет замечательно. – Ева вежливо высвободилась из объятий своего юного партнера. – Я голодна. А вы?

–  Хотите, я принесу вам что-нибудь поесть, синьорина?

– О нет, не надо. Я не собираюсь надолго разлучать вас с друзьями.

Юноша тут же исчез. Ева печально улыбнулась, зная, что танец с ней был для него лишь игрой. И для Романа она тоже была как игра. Молодая женщина оглянулась, пытаясь найти его, но Романа нигде не было видно. Ну да ладно, она пока перекусит. Шеф-повара в высоких белых колпаках без устали работали, готовя барбекю. Ева выбрала гигантский сэндвич и, только откусив немного, поняла, как сильно проголодалась. Когда она в последний раз ела?

–  Смотрю, ты закончила танцевать.

–  Роман? Извини. – Ева обернулась и чуть не подавилась. – Ты меня напугал, – призналась она.

–  Я вижу, – кивнул он и предложил ей бутылку воды. – Возьми, запей.

Терпкий вкус домашнего лимонада заставил ее закашляться, изо рта вылетели кусочки багета. Это совсем не походило на ту роль, которую она определила для себя еще в Скаванге, – роль уверенной героини, которая точно знает, в чем состоит ее миссия и как добиться успеха. И в ее сценарии уж точно не было картины, в которой она давится сэндвичем.

Ева постаралась не обращать внимания на то, что Роман ходит босиком. Брюки его были закатаны, приоткрывая мощные лодыжки. Ее взгляд скользнул вверх. Граф заметил, что она уделяет ему слишком много внимания, поняла Ева, встретившись с насмешливым взглядом Романа.

– Надеюсь, ты не скучаешь? – спросил он.

Разве может быть иначе? Только деревянная кукла может не замечать привлекательности Романа. Это пугало. Это захватывало. При свете луны все становилось загадочным, и Роман Квисвада стал загадкой для Евы.

–  Должно быть, нелегко тебе, поскольку ты никого здесь не знаешь, – сказал он.

–  Но все, с кем я познакомилась, были весьма дружелюбны, – возразила Ева.

–  Я это заметил. – Роман оглянулся, словно проверяя, что юноши поблизости нет. – Носовой платок? – предложил он.

Ева пыталась слизнуть крошки языком.

–  Спасибо.

–  Приношу свои извинения за то, что оставил тебя одну.

–  Не стоит извиняться. Мне был обеспечен прекрасный уход.

Роману ее колкость не очень понравилась. Он замолчал. Но Ева не хотела затевать ссору. Не время и не место.

–  Прекрасная вечеринка, – вежливо добавила она. – Спасибо, что пригласил меня.

–  У меня не было выбора.

–  Как и у меня, – не сдержалась Ева, вздернув подбородок.

Лицо Романа оставалось непроницаемым. «Интересно, о чем он думает?» – спросила себя Ева, глядя на него. Роман же смотрел на нее так, словно знал что-то, чего не знала она. Пора уходить, решила Ева, но тут Роман негромко рассмеялся, а ночной бриз выбрал именно этот момент, чтобы растрепать его густые темные волосы. Ева, словно завороженная, наблюдала за тем, как он поднимает руку и приглаживает их.

– Вечеринка еще не закончилась, Ева. Я ошибаюсь или ты так и не нашла пристанище на ночь?

Ева молча поблагодарила темноту, скрывающую ее горящие щеки. Она даже не подумала поинтересоваться у кого-нибудь.

– Все в порядке, – сказал Роман, как будто знал, что она забудет о желании найти комнату в деревне. – Ты останешься со мной. Я не передумал.

Зато она передумала. Это полное безумие – остаться в его доме. В ее голове то и дело рождались эротические фантазии. А если он прикоснется к ней… а если она…

– Не пугайся так, Ева. Все, что я тебе предлагаю, – это кровать на ночь.

Ее глаза сузились.

– А что еще ты мог бы предложить?

Голос молодой женщины, возможно, и звучал вызывающе, однако она была разочарована. Ева даже чувствовала себя немного униженной оттого, что Роман не делает попытки уложить ее в свою постель.

Может, потому, что он знает?..

Нет. Это исключено. Никто не мог рассказать ему, что вызывающе смелая Ева Скаванга неопытна в любви. Если бы Роман узнал, это было бы совсем уж унизительно. Он, наверное, посмеялся бы от души.

– Какая-то проблема, Ева?

– Почему ты спрашиваешь? – заносчиво поинтересовалась она, пряча сомнения.

– Ты хмуришься.

– Нет никакой проблемы. – И давно пора вспомнить о хороших манерах. – И я благодарна тебе за то, что ты позволил мне остаться на ночь.

Проблемы действительно никакой не было. Особняк больше любого отеля. А фантазии Евы так и останутся фантазиями.

Они снова оказались на танцевальной площадке. Ева не успела оглянуться, как одна из девушек, с которой она познакомилась на вечеринке, игриво толкнула ее в объятия Романа. Ева не смогла высвободиться, поскольку Роман обхватил ее и притянул к себе. Она немедленно напряглась.

– Надеюсь, ты не собираешься устраивать сцену? – улыбнулся он.

Ева молчала, не доверяя своему голосу, – только не сейчас, когда ее тело оказалось прижатым к мускулистому телу графа.

–  Ведь мне не обязательно танцевать с тобой? – наконец сдавленно пробормотала она.

–  А что в этом ужасного?

Роман говорил тихо. Его шепот был весьма сексуален. Их окружили люди. Им было интересно, как она поступит.

– Думаю, у тебя нет ни единого шанса, – усмехнулся он.

Как будто она этого не знает! Ева повернулась и улыбнулась девушке, танцующей со своим партнером.

–  Один танец, – неохотно процедила она сквозь зубы.

–  Одного танца будет более чем достаточно, – весело согласился Роман.