Мы ныне воздадим богам благодаренье.

Ублужен Слабосил! Негодное творенье!

Не ебур, а евнух и сторож только жен,

От Шестираза он сегодня побежден,

От хуя от его имея участь худу,

Оставил навсегда герою Белогруду.

Прославим торжество и рыцаря возврат,

Пусть целый этот день на еблю посвятят,

А ты — чтоб дочь моя была о том известна,

Что будет для нее печаль ее не лестна,

О кладеном ее, Шентява, петухе,

И мысля об одном лишь новом женихе,

О деле думая, забыла б о безделье,

Готовила б пизду на новое веселье;

Исполни ты сие, а мы пойдем во храм,

Как должно праздновать, пример собой подам!

Герой, которого гремят победы новы,

Мой рыцарь низложил соперника в оковы;

Он еб еще его, но в сем его труде

Изменник ухватил героя за муде!

Что делать? И стыда единого довольно!

Но, видно, он схватил героя очень больно;

При всем народе тут сьеб с ног его долой,

Тут в ярости своей поднявшися герой.

— Изменник, — закричал, — клянуся я богами!

Куда ж уйти хотел с моими ты мудами?

За это уж твоих лишу тебя днесь, плут! —

И тотчас Слабосилна жопу сел без муд.

Сражения сего и я был также зритель,

Которого прислал к вам с вестью победитель;

Он скоро должен сам пред Вастою предстать,

Готовым от тебя уставы принимать.

Ужели дочь моя покорствует приказу,

И идет ли сюда девица к Шестиразу?

Вещай! — предстанет ли она моим глазам.

Но что ты слезы льешь?

Простите сим слезам,

Которые текут от горести душевной;

Ах! государыня! — О! рок жестокой, гневной!

Уж боле нет ея!.. Скончалась ебучись!!

Вот так-то умирать и всякая учись.

Как это сделалось? Как это приключилось?

К ее нещастию все вместе съединилось:

Когда она в своем отчаяньи была,

Дорогой идучи, — нашла вдруг на вола —

Чего ждать доброго от носика волова?

Сам черт не вытерпит мучения такова!

Зашлося у нее! Зашлася и душа!!!

Ай, девка! вот была потеха хороша!

Я слышу все сие во всем души покое,

Я слышу обучись нещастие такое;

Тогда еще простыл к сей дочери мой дух,

Когда ей сделался любовником евнух, —

Когда до степени такой она забылась,

Благодарю богов, что так сие случилось! —

Пускай на весь мой род падет ебливый мор,

Коль вытерпит когда бесчестия мой взор. —

Но мы оставим то, что мысль так огорчает,

Не горести теперь от нас Приап желает!

Отправлен Слабосил уж на хуй к сатане!

А мы его муде повесим на стене:

Да навсегда оне уверят море, сушу,

Что гнев мой у него с мудами вырвал душу.

Пусть, Васта, твой оне украсят ныне храм —

Ты ведаешь, что он тому причиной сам:

Он сам схватил меня весьма худым манером,

Так пусть же послужат оне д ля всех примером.

Я жду себе твоих законов и суда!

Он жалости моей не стоил никогда,

И пусть и дочь моя — тебе уже известно —

В злой горести по нем жизнь кончила бесчестно,

Пусть поразит меня нещастием Приап,

Мой дух, еще мой дух не столько будет слаб!

Чтоб я печалилась? — Я этим наебаюсь,

В том прежде я клялась — и снова заклинаюсь.

Но у тебя в глазах мне кажется печаль,

По дочери ль моей?

Кому? — мне стало жаль?

Мой дух во мне как хуй! Благодарю природу.

Так докажи ты мне.

Что надобно к доводу?

Еть! — и мою руку принять с моей пиздой!

Но если утомлен сегодня ты елдой

И в силах чувствуешь ты несколько упадок,

Так я сейчас велю собраться труппе блядок,

Им дело мы дадим — заставим их дрочить.

Как? мне когда-нибудь на хитрость поступить?

Нет, государыня, то было бы забавно!

Пускай трудился я и много и недавно,

Как хочешь, ты меня вели тогда карать,

Когда хоть чуть мой хуй откажется стоять.

Увидишь ты, как я еть буду днем и ночью

И жопу и пизду со всей геройской мочью?

Когда придет сие для Васты по нутру,

Ети могу теперь всю ночь и поутру,

И если этого казаться будет мало —

Без всякой помощи во что бы то ни стало

Не только что жреца с тобою ублажу,

Но даже идола, которому служу!!!

Падите все пред ним — и в удивленья многом

Почтите вы сего героя полубогом!

Готовьтесь для него, готовьтесь на труды —

Мущины, женщины, и жопы, и пизды!!!