О, крепость моя, врагов устрашавшая,

Скала моя, под небом стоявшая.

О ком в низине гармоники пели,

О ком на вершине играли свирели,

Крепость была — разверзлась стена.

Была скала — обвалилась она.

Звезда, звезда моя с неба упала,

Трава моя на земле увяла.

Теперь ты там, где духи витают,

Не нужно там ни воды, ни пищи.

Там девушки о женихах не мечтают,

Там парни подружек себе не ищут,

Там дети малые не взрослеют,

Там люди старые не стареют.

Там все недышащие и онемелые,

Там зубы крошатся белые-белые.

Там руки истлеют твои без следа,

На грудь осыплется борода.

Ты раненый был, ты жаждой томился,

Ты воду просил — ты кровью напился.

Усами, чуть тронутыми сединой,

Открыл ты двери тверди земной.

Ушел ты, оставил на милость бога

Жену, за которую отдал много.

Теперь она в черный наряд облачится.

Затоскуют дети твои — сиротливые птицы.

Остались твои бедные деточки,

Как без ствола дубовые веточки.

Ты хотел им богатство дать — не сумел.

Ты хотел пожалеть, приласкать — не успел.

Среди тех, кого бьют, они первыми будут.

А там, где дают, последними будут.

Из солнца рубахи им будут шить,

Из земли чувяки им будут кроить,

При жизни ты бедным был человеком,

Досыта не наедался чуреком.

Смерть пусть сама умрет

И дети ее проклятые.

Пусть бедных смерть не берет —

Пусть умирают богатые.

Но смерть к богачу не пришла.

Она у ворот твоих.

Тебя она забрала,

Не жалея сирот твоих.