Там, в лесу, где высохла река,

На меня напало наважденье.

Я тебя, мой брат, издалека

Принял за рогатого оленя.

Где речные воды не шумят,

Почему шумит камыш весенний?

Там, где нет оленей, о мой брат,

Почему ты в шкуре полз оленьей?

Молвил умирающий:

                            «Смотри,

Никогда о том, что здесь случилось,

Нашей матери не говори,

Чтоб она умом не помутилась.

Ты, мой брат, ни в чем не виноват,

Но болтать горазды в нашем крае.

Так что брось меня, иди назад!» —

Младший брат промолвил, умирая.

И поплелся старший брат в тоске

В путь обратный по тропе неясной.

Приторочил старший брат к луке

Младшего бешмет, от крови красный.

Поперек седла взвалил он кладь

И пошел вдоль высохшего русла…

«Пусть лишится пальцев наша мать,

Сшивших эту шкуру так искусно!

Мне бы самому лишиться глаз,

Что из-за кустов, из дальней дали,

Как обычно, и на этот раз

Пулю в цель без промаха послали!»