Язык современной науки – не единственный способ описания мира, его законов и тайн. Существовал и продолжает существовать иной язык – язык метафор, язык символов.
Язык науки сложен и многословен, поскольку служит для описания множества частей и их взаимосвязей. Язык символов предельно лаконичен, ибо служит для передачи идей, которые всегда находятся «на этаж выше» своих воплощений. Язык науки понятен нашему рассудку, привыкшему познавать через разделение, определение, анализ. Язык символов – это язык души, познающей мир через сопричастность, отождествление, синтез. Ни один из них не лучше и не хуже другого. Но в разные эпохи один из способов познания мира и передающий его язык, как правило, преобладал. В современном мире явно господствует рассудок. Он очень даже нужен и хорош, но его язык не способен выразить и передать наши чувства, интуиции, откровения. Для этого больше подходит другой язык. Согласитесь, что иногда одно слово, один образ способен поведать нашей душе намного больше, чем множество слов и разложенных по полочкам объяснений.
На современном языке написано много определений Жизни, затрагивающих ту или иную ее грань, но не Жизнь во всей ее полноте.
Например:
«Жизнь есть способ существования белковых тел, существенным моментом которого является постоянный обмен веществ с окружающей их внешней природой, причем с прекращением этого обмена веществ прекращается и жизнь, что приводит к разложению белка. И у неорганических тел может происходить подобный обмен веществ, который и происходит с течением времени повсюду, так как повсюду происходят, хотя бы и очень медленно, химические действия. Но разница заключается в том, что в случае неорганических тел обмен веществ разрушает их, в случае же органических тел он является необходимым условием их существования» (Ф. Энгельс).
«Жизнь – это непрерывный процесс внутреннего движения, синтеза и распада, обмена энергией с окружающей средой, направленный на самосохранение и самовоспроизведение в передаче устойчивых признаков в меняющихся условиях внешней среды» (А. И. Опарин).
«Жизнь – форма движения материи, качественно более высокая, чем физическая и химическая формы, но включающая их в «снятом» виде. Реализуется в индивидуальных биологических организмах и их совокупностях (популяциях, видах и т. п.)» (Философский словарь).
Или:
«Природа – это вечная жизнь, становление и движение» (И.-В. Гете).
«Движение – кладовая жизни» (Плутарх).
«Жизнь – движение по эскалатору вверх, идущему вниз» (В. Афонченко).
«Кратчайшее выражение смысла жизни может быть таким: мир движется и совершенствуется. Главная задача – внести вклад в это движение, подчиниться ему и сотрудничать с ним» (Л. Н. Толстой)
«Чтобы жить полной жизнью, надо находиться в постоянном движении, и только тогда один день не будет похож на другой» (П. Коэльо).
Сравним эти две группы определений. Одна описывает нечто абстрактное, умозрительное, что нас непосредственно не касается. Другая больше обращена к нам, особенно если мы нацелены на то, чтобы понять свою жизнь и что-то в ней изменить.
Но есть еще и третий путь. Желая передать идею Жизни, можно сказать всего два слова: «Река Жизни». И в этих словах будут заключены все предыдущие определения и что-то еще, не поддающееся никакому определению, но проживаемое нами. Река всегда имеет причину и цель своего движения. Ее воды постоянно меняются, но река остается рекой. Она следует выбранному руслу или, в случае препятствия на пути, пробивает себе новое с усилием и упорством движения к цели. Символ Реки заключает в себе Тайну движения Жизни. И готов приоткрыть ее тем, кто отважится «вступить в Поток»… «Вступившими в Поток» называли людей, осмелившихся на трудный путь объединения усилий ума и сердца, изменения себя навстречу Тайне Цели и Смысла Движения Человека.
Традиция (от лат. traditio «передача») – то, что сложилось исторически и передается из поколения в поколение путем преданий, устно или письменно (идеи, знания, взгляды, образ действий и т. п.).
Так как же человеку нашего времени научиться читать за символами древних источников скрытое в них знание об устройстве мира? Для этого необходимы ключи, открывающие и объясняющие значения и смысл этих образов, имен и персонажей. В истории были и есть люди, владеющие подобными ключами. В их числе и Елена Петровна Блаватская. Благодаря трудам ее самой и ее учеников западный мир получил возможность прикоснуться к части Древних Знаний и убедиться в их действенности и актуальности. Известно, что ее труды изучали Альберт Эйнштейн, Томас Эдисон и многие другие ученые.
А сейчас, опираясь на то немногое из Традиции, что стало доступно для изучения западному миру, попробуем сравнить взгляды на Жизнь Древней и современной науки.
Представьте себе мироздание в виде перевернутого дерева корнями вверх (один из древнейших символов Жизни). Раскидистая крона – множественные объекты и явления мира проявленного, ствол – универсальные Законы, а корни – это Смысл. Срез, сделанный через «крону», является полем исследования современной науки. На этом срезе мы увидим множество точек, движения которых будут демонстрировать явную согласованность и взаимозависимость. Вопрос «почему это так», занимающий науку, особенно в последнем веке, поднимает ученых на новый уровень исследований – на уровень причинности, то есть «ствола». Но вопрос «зачем», то есть в чем смысл наблюдаемых явлений, уже выходит за рамки компетенции науки.
Как сказал один из ученых после того, как в 2003 году в рамках проекта «Геном человека» была полностью определена линейная структура ДНК человека, «прочитаны все буквы, которыми написана толстая книга, теперь еще понять бы слова и их смысл».
«Единственный твердо установленный научный факт, в котором я абсолютно уверен, это то, что мы ничего не знаем о природе. Я совершенно серьезно считаю это главным открытием в биологии за последние 100 лет» (врач и биолог Л. Томас).
Объектом исследования Традиции, или Древней науки, являлись и являются прежде всего «корни» – Невидимое и Неизмеримое. Именно они рождают и питают единый невидимый ствол, проявляющийся во множестве видимых и измеримых форм. Но чтобы добраться до корней, недостаточно привычного для нас ума вкупе с пятью органами чувств и их технологическим «продолжением» (телескопами, микроскопами и т. д.). Все это отлично работает только в мире «кроны». Единственный способ подняться выше – изменить себя, преодолеть свои ограничения, задействовать потенциальные способности нашей внутренней природы, созвучные этому более высокому плану реальности. Ведь познать мы можем лишь то, что той же природы, что и наши «инструменты» познания.
«Наука, в силу самой природы вещей, не способна раскрыть тайну окружающей нас вселенной. Наука, правда, может собирать, классифицировать и обобщать явления; но оккультист, основываясь на признанных метафизических данных, заявляет, что отважный исследователь, желающий проникнуть в сокровенные тайны Природы, должен выйти за пределы узкого диапазона чувств и перенести свое сознание в область ноуменов и в сферу первопричин. Для этого он должен развить в себе способности, которые – за редчайшими исключениями – у теперешнего человечества пребывают в спящем состоянии» (Е. П. Блаватская).
«В древние времена ученый не нуждался в приборах. Он не изучал эволюции форм. Он изучал жизнь, а не форму. А для этого изучения он должен был развивать себя, развивать ту жизнь, которая заключалась внутри него. Ибо только жизнью можно измерять жизнь, только жизнь может отвечать на живые вибрации. Труд его заключался в раскрытии самого себя, в извлечении из глубин своей собственной природы тех Божественных сил, которые скрыты в ней самой, в Высшем я, а не в чувствах. Он мог исследовать только при помощи этих сил, и только развивая Божественное в себе, был он в состоянии понять и измерить Божественное вне себя» (А. Безант).
Используя образ дерева применительно к познанию Жизни, можно сказать, что ствол – это Жизнь как Единый Принцип, о котором говорит Традиция, а крона – множество форм жизни, которые рассматривает наука.
Наука считает живыми лишь те «формы», которые принадлежат к пяти царствам Природы: бактерии, простейшие, растения, грибы и животные (куда входит и человек). С точки зрения Традиции, Жизнь присутствует во всех существующих формах, в том числе и минеральных. И чем более они совершенны, тем полнее с их помощью может выразить себя Жизнь. Поэтому и наука, и Традиция говорят об одном и том же – об Эволюции, движении, раскрытии Жизни.
«Нет ничего телесного, что не обладало бы душою, сокрытой в нем. Не существует ничего, в чем не было сокрыто начало жизни. Не только то, что движется, как то: люди и животные, черви в земле, птицы в воздухе и рыбы в воде, но все телесные вещи и сущности имеют жизнь» (Парацельс).
«Основное различие древней и современной науки заключается в том, что древняя наука изучает мир с точки зрения эволюционирующей жизни, тогда как современная наука изучает его, наблюдая формы, в которых проявляется эта жизнь. Первая изучает жизнь и видит в формах выражение жизни. Вторая изучает формы и пытается индуктивным путем найти принцип, объясняющий многообразие форм.
Первая идет сверху вниз, вторая – снизу вверх, и самый факт этот уже является залогом их встречи и будущего единения» (А. Безант).
Качество Жизни во всех существующих формах одно и то же, а вот количество – разное. Чем выше ступень эволюционной лестницы, на которой в данный момент находится то или иное существо, тем больше в нем Жизни. Что значит «больше»? Чем измеряется Жизнь? Может быть, способностью к познанию и обучению, которая складывается из восприятия, отклика, извлечения опыта и фиксации его в памяти?
Этот вопрос оказался в центре внимания современной научной теории – теории Сантьяго. Один из ее авторов, Франсиско Варела, проходил обучение традиционным знаниям у тибетских лам и, в свою очередь, обучал их основам современной науки.
Теория Сантьяго перебрасывает мост от современной науки к Традиции, поскольку предлагает в поисках критериев Жизни перейти от описания форм жизни к изучению жизни как процесса. Главная идея авторов этой теории, чилийских нейрофизиологов Умберто Матураны и Франсиско Варелы, заключается в отождествлении жизни с процессом познания. По их словам, «жить – значит познавать». Познание включает в себя и восприятие внешнего воздействия, и внутренние изменения, и поведенческий отклик, и фиксацию полученного опыта. И… не обязательно требует наличие мозга и нервной системы. Получается, что познавать мир и обучаться способны все формы жизни! Единственное условие – взаимодействовать со своим окружением и меняться.
Ф. Капра о теории Сантьяго
Разум более не вещь, но процесс – процесс познания, отождествляемый с процессом жизнедеятельности. Мозг – это специфическая структура, через посредство которой этот процесс протекает.
Взаимодействия живого организма – растения, животного или человека – с окружающей его средой суть когнитивные взаимодействия.
По теории Сантьяго, для существования разума мозг отнюдь не необходим. У бактерии или растения нет мозга, но есть разум. Простейшие организмы способны к восприятию и, следовательно, к обучению. Они не видят, но, тем не менее, воспринимают перемены в окружающей среде – различие между светом и тенью, жарой и холодом, высокой и низкой концентрацией некоторых химических веществ и т. п.
Живой организм откликается на воздействия среды структурными изменениями, а изменения эти, в свою очередь, изменяют его дальнейшее поведение. Иными словами, структурно связанная система является обучающейся.
По мере того как организм движется по индивидуальному пути структурных изменений, каждое такое изменение соответствует акту познания. Это означает, что обучение и развитие – не что иное, как две стороны одной медали.
Постоянно взаимодействуя со своим окружением, живой организм претерпевает цепь структурных изменений и со временем устанавливает свой, уникальный путь структурного связывания. В каждой точке этого пути структура организма представляет собой протокол предыдущих структурных изменений и, соответственно, предыдущих взаимодействий. Иными словами, все живые существа хранят свою историю. Живая структура – это всегда летопись предшествовавшего развития.
По словам авторов теории Сантьяго, происходящие в живом существе изменения бывают двух типов: самообновление и эволюционные изменения. Первые направлены на поддержание и сохранение собственной «индивидуальности» в ответ на воздействия извне. Вторые – на созидание нового: новых структур, новых связей, новых форм поведения. Причем совсем не обязательно из-за внешнего толчка. Новое вполне может рождаться изнутри, вследствие внутренних толчков и движений. Вспоминаются слова Платона в «Федре»: «Ведь каждое тело, движимое извне, – неодушевленно, а движимое изнутри, из самого себя, – одушевлено, потому что такова природа души».
В результате два типа рассмотренных изменений, циклические и поступательные, дают нам спираль – древний символ развития Жизни. Вспомните форму главной «молекулы жизни» и загадочной туманности!
Но если все формы жизни, как с нервной системой, так и без нее, способны к изменению, познанию и обучению, то чем же они отличаются? Авторы теории отвечают: широтой когнитивной сферы (от лат. cognitio «познание»), определяемой диапазоном взаимодействий с окружающей средой.
Ф. Капра о теории Сантьяго
По мере того как возрастает сложность живого организма, расширяется и его когнитивная сфера. В частности, мозг и нервная система значительно расширяют когнитивную сферу организма, поскольку они значительно увеличивают диапазон и развивают дифференциацию структурных сопряжений. На определенном уровне сложности живой организм структурно сопрягается не только с окружающей средой, но и с самим собой, творя тем самым не только внешний, но и внутренний мир. У человеческих существ созидание внутреннего мира тесно связано с языком, мыслью и сознанием.
Получается Лестница Жизни, каждая последующая ступень которой отличается от предыдущей большей широтой познания мира и способностью к изменению. Изменению, которое становится все менее зависимым от внешних воздействий и все более полно выражает потребность в движении пробуждающейся внутренней жизни.
Лестница Жизни – образ, отражающий идею движения, раскрытия Жизни во времени и пространстве. Согласно древним знаниям, на первой ступени находятся минералы. Да, да, минералы. Они тоже живые, но жизнь в них проявляется очень слабо и не соответствует всем существующим в науке критериям. Но минералы откликаются на воздействия извне расширением и сжатием, структурными трансформациями (графит-алмаз), преобразованием энергии (лазерная генерация и пьезоэлектрический эффект). Минералы питаются и растут (вырастить кристаллы можно и в домашних условиях), «стареют» (бирюза и опал) и «болеют» («оловянная чума»), «помнят» оказанное на них воздействие (кристаллы бромистого серебра в фотографии и сплав нитинол).
Пьезоэлектрический эффект – возникновение электрического напряжения между поверхностями кристалла при его деформации (кристаллы кварца и турмалина).
Минерал скородит (от греч. «скородион» чеснок) – (арсенат железа) при ударах издает характерный чесночный запах.
Оловянная чума – превращение так называемого белого олова (пластичный металл) в серое (с меньшей плотностью атомов в кристаллической решетке), при котором металл рассыпается в порошок. Наибольшую скорость распространения имеет при температуре 33 °C.
В результате разрушения «чумой» паянных оловом сосудов с жидким топливом в 1912 г. погибла экспедиция Р. Скотта к Южному полюсу.
Нитинол – сплав титана и никеля. Если при температуре каления проволоке из нитинола придать форму, а потом после остывания смять ее, то достаточно опустить смятый комочек в горячую воду, и форма восстановится.
Ученый из Калькутты Чандра Бозе в начале XX века обнаружил у минералов способности, характерные только для живых существ. В его опытах по регистрации отклика минералов на различные воздействия минералы «уставали» и восстанавливались после «отдыха» (после теплой ванны, например); могли быть «отравлены» и «вылечены» своевременным введением «противоядия». Могли быть и «убиты» («смерть» означала полное отсутствие отклика).
Майкл Фостер, секретарь Королевского Общества, появился однажды утром в лаборатории Бозе и попросил показать ему некоторые из полученных кривых. Увидев результат, Фостер весело воскликнул:
– Бозе, что нового в этой кривой? Мы знаем ее по меньшей мере полстолетия!
– Но как вы думаете, что это такое? – спокойно спросил Бозе.
– Как что? Безусловно, кривая реакции мышцы! – раздраженно ответил Фостер.
Глядя на профессора, Бозе сказал:
– Извините меня, но это – реакция металлического олова!
Фостер был ошеломлен.
На заседании 10 мая 1901 года Бозе произнес:
– Я представил вам в этот вечер собственные записи развития стресса и напряжения в живом и неживом. Сколько подобия в этих кривых! Они действительно столь идентичны, что вы не можете отличить одну от другой. При таких явлениях как можем мы провести разделительную линию и сказать, что вот здесь физические окончания, а здесь – физиологические начала? Таких абсолютных барьеров не существует. Те, кто видит лишь одно во всех повторах этой Вселен ной, тем принадлежит Вечная Правда – никому кроме, никому кроме!
Минералы живые, но жизнь в них пробуждается очень медленно и требует много времени. Ведь для своего выражения она располагает единственным инструментом – физической структурой. Ее-то минералы и стремятся сохранить, сопротивляясь разрушению. И делают это очень хорошо.
Камни живые – под сущностью камней, под формой инертности, природа замаскировала закон сопротивления… Воля камня – это воля к сопротивлению. Он крепко держит свои молекулы, не позволяя им рассыпаться и растеряться. Чем больше сопротивления, тем больше крепости. Чем больше крепости, тем больше воли. Чем больше воли, тем больше жизни.
В камне проявляется только тело, все другие принципы спят. Они погружены в ожидание новых, далеких времен, когда инертность постепенно уступит место движению.
Солнце нагревает камни, и они расширяются от этого. Ночной холод сжимает камни, они съеживаются, чтобы перенести холод. Мир материального спокойствия, где пребывают камни, содержит отзвуки движения, которые рано или поздно долетают до них, и тогда камни расширяются или сжимаются. Расширение и сжатие – это лишь начало того, что впоследствии станет биением сердца.
Вторую ступень Лестницы Жизни занимают растения. В них Жизнь раскрывает себя уже настолько явно, что современная наука однозначно относит их к категории живых существ. Растения, как и минералы, умеют сопротивляться. Но к этому добавляется и новый способ выражения Жизни – рост. Добавляется и новый инструмент – энергетическое тело. Рост растений происходит за счет удивительного, хорошо изученного, но не до конца раскрытого механизма преобразования энергии света в энергию химических связей – фотосинтеза. Фактически растения строят себя из воды, углекислого газа и солнечного света! А мы, стоящие выше на Лестнице Жизни, поедая растения, высвобождаем из них энергию Солнца и благодаря ей способны осуществлять самые разные движения, внутренние и внешние.
Растения не только растут, но и пробуждают чувствительность, пока еще не имея нервной системы. Чандра Бозе с помощью изобретенного им оптического усилителя, увеличивающего амплитуду движений растений в 10 000 раз, обнаружил, что все растения реагируют на электрическое или механическое воздействие. Просто у большинства из них реакция настолько слаба, что невооруженным глазом заметить ее невозможно. Бозе увидел, что чувствительность у растений может быть подавлена с помощью хлороформа (принятого в то время анестезирующего средства). Ученый применил это открытие для спасения огромного чахнущего дерева: «усыпил», выкорчевал и перевез его на лучшее место.
Чувствительность растений подтверждают и современные эксперименты: растения по-разному реагируют на ту или иную музыку, на того или иного человека. Наверное, и в вашем опыте есть тому примеры…
Бозе установил, что растения любого вида обладают чувствительностью: «Толстое дерево обнаруживает свою реакцию в медленной и щедрой манере, в то время как тонкое дерево достигает пика своего возбуждения в невероятно короткий отрезок времени». В 1927 году, когда вышла его работа «Автографы растений и их выявление», Бозе получил в подарок от Ромена Роллана его новый роман «Жан Кристоф» с надписью «Открывателю нового мира».
В растениях начинают уравновешиваться две силы: сопротивления и экспансивного роста. Растения открыты солнцу, но, с другой стороны, они цепляются за мать-землю, что есть акт настоящего сопротивления. Благодаря прочности корней они выдерживают ветры и бури; их листья спят зимой, но летом, когда особенно печет солнце, зеленая шевелюра защищает дерево. Они живут, проявляют себя, обладают своим собственным способом существования.
У растений нет головы… Они еще не думают, но, тем не менее, чувствуют. Растения вибрируют и принимают эмоции, исходящие от нас. Красота домашнего растения в большой степени зависит от нашего обращения с ним и нашей любви к нему. Цветы являют проблески чувств, когда, в зависимости от нашего обращения с ними, расцветают пышно, или, наоборот, скудно» (Д. С. Гусман).
На третьей ступени Лестницы Жизни стоят животные. К умению сопротивляться и расти у них добавляются способности к самым разным движениям, ощущениям и ярким проявлениям инстинктов и чувств. Ведь Жизнь получает в свое распоряжение еще один инструмент – эмоциональное тело.
Но порой некоторые высшие животные (особенно живущие рядом с человеком) проявляют проблески разума, выражающиеся в способности действовать вопреки инстинктам.
Животные обладают двумя видами разума: первый характеризует собственно инстинктивное развитие и заставляет животное безошибочно верно действовать в любой из моментов его жизни. Другой дается им как бы «в долг» и превосходит возможности самого вида; это нечто вроде «коллективного разума», который проявляется в надынстинктивных взаимоотношениях между особями. Есть множество примеров проявления животными высшего разума. Животные достаточно разумны, чтобы ориентироваться в незнакомой обстановке, преодолевать препятствия, залечивать раны, распознавать территорию своих владений, проходить большие расстояния почти неведомыми тропами. Есть у них «радиолокатор», пришедший к ним отнюдь не из области здоровых инстинктов и чистых эмоций. Это прообраз мышления, ясного практического ума, немногим отличающегося от того, которым пользуемся сейчас мы. Назовем его, как мы уже один раз сделали, «коллективным разумом» или «животным сверхразумом».
На четвертой ступени Лестницы Жизни находится человек, который умеет сопротивляться, расти, двигаться и чувствовать. Но при этом – осознанно выбирать: сопротивляться или расти; двигаться или оставаться на месте, а если все-таки двигаться, то куда и зачем; действовать руководствуясь инстинктами или вопреки им; проявлять чувства обиды, ненависти, зависти – или любви, сострадания, радости. Способность сознательного контроля над всеми своими проявлениями человек получает благодаря четвертому инструменту – ментальному телу, или разуму.
Но «человек разумный» – еще не предел, не конечный пункт на Пути Жизни. Традиция говорит о существовании еще, по меньшей мере, трех ступеней Лестницы Жизни, которые и нам когда-нибудь предстоит пройти. А сейчас Жизнь ставит перед нами задачу – стать Человеком, стать Живым. Это единственный Путь, который когда-нибудь приведет нас к Дверям Тайны Жизни.
Мир материального спокойствия, где пребывают камни, содержит отзвуки движения, которые рано или поздно долетают до них, и тогда камни расширяются или сжимаются. Цветы, пожизненно прикрепленные к земле, являют проблески чувств, когда, в зависимости от нашего обращения с ними, расцветают пышно, или, наоборот, скудно. И животные, руководствуясь эмоциями, проявляют признаки интеллекта, что еще даст им возможность когда-нибудь показать себя в другом качестве. Также мы увидим, что человек разумный обладает зачатками сверхразума, поднимающими его на другую ступень, пока еще не доступную для него, но куда он взойдет благодаря непрерывной эволюции»
Этап за этапом по восходящей лестнице жизни Божественная Природа как имманентность открывает себя в камне, растении, в беспозвоночных и позвоночных животных; каждый этап раскрывает всё больше ее жизни в большей сложности организма, со стороны формы проявляя множество частей, встроенных в единое целое, а со стороны жизни давая новое выражение жизни, более высокое, чем отдельно взятые жизни составных частей. То же самое происходит и с людьми, и из людей создаются новые проводники для Божественной Жизни.
Человек достигает мудрости путем контроля над своим телом, своими жизненными силами, эмоциями, он подавляет желания низшей части своего существа, не давая им отразиться на целостности своей личности.