Краем глаза Эмми замечала, как ей оборачиваются вслед, пока она шла по зданию аэропорта. Только она мысленно взмолилась, чтобы больше не привлекать внимания, как прямо перед ней появился мужчина с фотоаппаратом.

– Постойте, Сапфира! – воскликнул он.

С высоко поднятой головой и равнодушным выражением лица Эмми обошла его, даже не потрудившись остановиться и переубедить мужчину, который принял ее за сестру. Она отлично знала, что прохожие и папарацци отказываются верить, что она не Сапфира. В конце концов, фотографии Сапфиры стоят дорого, и ни один папарацци не желал признаваться, что допустил ошибку. У одетой в дизайнерскую одежду Эмми было еще меньше шансов убедить кого-то в том, что она не ее сестра-близнец. Новый мини-гардероб был упакован в чемодан на колесиках, который она везла за собой. Никогда в жизни Эмми не носила такой дорогой одежды. По иронии судьбы, зная, что выглядит намного лучше, она стала увереннее. Однако перспектива провести выходные в семейном доме Кристу по-прежнему ее страшно нервировала.

До помолвки Бастиан был неисправимым бабником. Порывшись в Интернете, Эмми узнала массу сведений о его симпатиях и антипатиях. Был там и пошлый рассказик о его непродолжительном романе с двумя сестрами. Упоминалось о его пристрастии заниматься сексом рано утром и делать экстравагантные подарки, о том, как быстро он теряет интерес к женщинам и до чего холодно разрывает с ними отношения. На работе он был помешан на аккуратности и порядке и держал с подчиненными дистанцию. Эмми не удалось узнать о его истинном характере. Бастиан был очень образованным и создал свой бизнес с нуля, стремительно достигнув заоблачных высот.

Бастиан увидел идущую к нему Эмми и замер от шока. Она была воплощением сияющего очарования и изысканной элегантности в укороченных брюках, мягком облегающем топе и туфлях на высоких каблуках. Он напрягся, потом одернул себя. Эмми идеально подходит для уготованной ей роли, никто не усомнится, что у него роман с такой красоткой с умопомрачительно длинными и стройными ногами. Приодевшись, Эмми Маршалл стала просто великолепна. Бастиан принялся убеждать себя, что она не привлекает его как женщина, ибо он предпочитает невысоких пышных брюнеток. Тем не менее он почувствовал сильное возбуждение и стиснул зубы. Наконец он заметил, что Эмми преследуют двое мужчин с фотоаппаратами, и приказал телохранителям избавить ее от них.

– Эмми? – выдохнул он.

– Мистер Кристу? – холодно ответила Эмми, стараясь не замечать, до чего Бастиан Кристу привлекателен в темном дизайнерском костюме, с легкой щетиной на подбородке и темно-золотистыми глазами, которые уставились на нее из-под черных ресниц.

– Обращайся ко мне по имени и перестань говорить мне «вы», – сухо произнес Бастиан и тут же приблизился к ней.

Эмми так удивилась его поведению, что замерла, как испуганный кролик. Она убедила себя, что ей не следует опасаться Бастиана Кристу. В конце концов, они проведут совсем немного времени наедине во время пышной свадьбы в кругу семьи. Более того, она не в его вкусе – он не любит высоких блондинок. Но Бастиан вдруг поцеловал ее, и она тут же забыла обо всех своих убеждениях.

Он ласкал уголок ее рта, а когда Эмми разомкнула губы, бесстыдно воспользовался преимуществом и скользнул языком в ее рот. От неожиданности и неведомых ощущений Эмми содрогнулась всем телом.

– Я не ожидала физического контакта, – неуверенно сказала она, пока один из мужчин с фотоаппаратом спорил с охранником Бастиана.

– Неужели ты так наивна? Предполагается, что мы любовники. В любом случае мы просто поцеловались, – насмешливо произнес Бастиан, поведя плечом.

С точки зрения Эмми, поцелуй оказался некой «интоксикацией», которую она ждала всю жизнь. Но такая реакция характерна скорее для размечтавшегося подростка, чем для взрослой женщины, которая должна оставаться хладнокровной и сдержанной. Бастиан прав – они просто поцеловались. И неудивительно, что он так здорово целуется. У него была куча любовниц. Теперь Эмми испытывает к нему вожделение, ведь она женщина из плоти и крови.

Бастиан по-прежнему трепетал от желания, пока они садились в его личный самолет. Он опустил веки, чтобы скрыть враждебный взгляд, и поджал красивые губы. Черт побери, Эмми совершенно неопытна и явно не проститутка. Хотя вполне возможно, что она просто очень хорошая актриса. Но ей не удастся его одурачить. Бастиан следует принципам и правилам. Скорее рак на горе свистнет, чем он переспит с дамочкой, оказывающей эскорт-услуги.

Слушая, как Бастиан рычит на стюарда, старающегося обеспечить ему комфорт, Эмми закатила глаза и взяла журнал. Бастиан в плохом настроении и не намерен сдерживаться. Его блестящие темно-золотистые глаза мечут молнии, он напряжен и похож на гранитную скалу. Почему он злится? Ведь именно он ее поцеловал. Ох уж эти мужчины! Зачем их только создали? Хотя некоторые женщины не могут прожить без них ни дня. Например, Одетт.

У Эмми сохранилось мало счастливых воспоминаний о детских годах, проведенных с матерью. Одетт развелась с ее отцом, когда он обанкротился. Развод был болезненным. Как только отец девочек-близнецов снова женился, он сразу о них забыл. В последний раз Эмми видела своего отца, когда ей было двенадцать лет. Она знала, где он живет и как выглядит его жена, как зовут ее братьев и сестер по отцу. Она с интересом наблюдала за ними через социальные сети. При поддержке сестры Кэт Эмми написала отцу, будучи подростком, и предложила встретиться. Он ей не ответил.

Работая моделью, Одетт наслаждалась нескончаемым потоком поклонников и всех своих любовников приводила в дом. Единственным, кто довольно сносно относился к дочерям Одетт, был отец их младшей сестры Топси – южноамериканской игрок в поло, который расстался с Одетт, вернувшись на родину.

Эмми поклялась, что в ее жизни не будет мужчин. Она считала их требовательными, несговорчивыми и эгоистичными. Она посмотрела, как Бастиан наливает себе выпивку из встроенного бара, не удосужившись ничего ей предложить, и сдержала вздох.

– Что ты куксишься как девчонка? Потом ты закатишь истерику? – не задумываясь, произнесла Эмми. Ей чертовски надоела царящая на борту самолета атмосфера. Она оделась в точности так, как он просил, пришла вовремя и старалась улыбаться.

Ошеломленный, Бастиан обернулся и сердито уставился на нее в недоумении:

– Что ты сказала?

– Ты очень темпераментен, и я прилагаю все силы, чтобы сдержаться, хотя была довольно резка, – с сожалением ответила Эмми. – Мог бы предложить мне выпить. Я буду апельсиновый сок.

На его острых скулах после напоминания о том, что он не предложил ей выпить, появился легкий румянец. Бастиан откупорил бутылку.

– Все в порядке, можешь расслабиться, – сказала Эмми, забавляясь, когда он протянул ей стакан. – Я уже знаю, что ты не обучен хорошим манерам.

– Кто дал тебе право меня оскорблять? – взревел Бастиан, глядя на нее сверху вниз.

Эмми и бровью не повела:

– Не думаю, что правда оскорбляет. Ты никогда не говоришь «пожалуйста» или «спасибо» и постоянно лезешь в дверь первым. Ты очень богатый и влиятельный человек, большинство людей тебе подчиняются, поэтому ты пользуешься своими преимуществами. Великий и всемогущий богач. Так устроен мир, поэтому я не могу винить тебя за это.

Бастиан поразился тому, до чего взбешен. Но ведь прежде ни одна женщина так с ним не разговаривала. Как правило, женщины утомляли его подобострастной лестью. И вдруг не пойми откуда появляется какое-то офисное ничтожество и начинает его критиковать! И если сейчас она «старается ему угодить», то что она выкинет, когда разозлится? Пристрелит его?

– Я не пользуюсь преимуществом над подчиненными! – рявкнул он и подумал, что слов «пожалуйста» и «спасибо» в его лексиконе действительно нет. Но потом он в ярости напомнил себе, что не привык к пустой болтовне и любит отдавать четкие указания, которые редко бывают неправильно поняты. Кроме того, последние два года его компания считается образцовой по условиям труда для сотрудников.

– Ну, ты угнетаешь Мари, – без колебаний парировала Эмми. – Я составляла ее расписание, поэтому знаю, что говорю. Я уверена, ты платишь ей отличную зарплату…

– Плачу, – проворчал Бастиан, стиснув зубы и задаваясь вопросом, удастся ли ему вытерпеть Эмми весь уик-энд, не прикончив.

– Но я сомневаюсь, что этой зарплаты достаточно. Ты заставлял ее, замужнюю женщину с тремя детьми, работать до восьми вечера в канун Рождества, – произнесла Эмми. – А еще она поехала с тобой в командировку за границу на свой сороковой день рождения, из-за чего ей пришлось перенести вечеринку на другой день.

– Я не просил Мари работать допоздна в канун Рождества. Что касается ее дня рождения, то я понятия не имею, когда у нее день рождения. Но я тебе замечу, что если она ни о чем мне не сказала, то я не виноват!

– Был канун Рождества. Ты сказал ей, что работа срочная, и она за нее взялась, – мягко продолжала Эмми. – Конечно, она согласилась. Она очень прилежная. Внимательный работодатель учел бы ее положение и не заставил бы работать в такой особенный день.

Бастиан заскрипел ровными белыми зубами.

– Замолчи, – строго сказал он. – Я не желаю тебя слышать до конца полета!

Эмми сделала шутливый жест – застегнула рот на молнию и закрыла глаза, чтобы скрыть веселье во взгляде, а потом снова посмотрела на Бастиана. Она знала, что раздражает его, и не чувствовала ни малейшего угрызения совести. Он не должен был ее целовать и нарушать границы приличия. Увидев его горящий взгляд, она покраснела. Стоя поодаль, высокий, худощавый и порочный, как грех, с язвительно-задумчивым выражением лица, он был чрезвычайно великолепен.

– Ты не должен был меня целовать, – резко произнесла она, нарушая гнетущую тишину.

– Как ты справишься с ролью моей подруги, если с трудом перенесла один незначительный поцелуй? – усмехнулся Бастиан.

– Не надо было меня трогать. В аэропорту не было свидетелей, перед которыми следовало разыгрывать спектакль, – заметила Эмми. – Будет лучше, если мы установим основные правила.

– Какие еще основные правила? – мрачно спросил Бастиан.

– Пожалуйста, не прикасайся ко мне без особой надобности. – Эмми разглядывала его ясными голубыми глазами, вздернув подбородок. – Ты купил только мое время и ничего более.

– Ты хочешь сказать, что никогда не спала с клиентом? – В голосе Бастиана было столько неверия, что Эмми захотелось с силой ему врезать.

– Никогда! – в ярости ответила она.

– Расскажи еще, что ты девственница и чиста как свежевыпавший снег! – воскликнул Бастиан, уселся в кресло и открыл ноутбук.

Поджав губы, Эмми уткнулась в журнал. Она сказала то, что должна была сказать. Ему следовало знать заранее, что между ними не будет сексуальных отношений. На мгновение ей захотелось рассказать Бастиану Кристу всю правду, но она не смогла бы признаться, что агентство эскорт-услуг принадлежит ее матери и она практически шантажом заставила ее работать. Слишком унизительно признавать, что ради денег ее мать готова на все. Бастиан не поверит, что Эмми никогда не оказывала эскорт-услуги, а он ее первый и последний клиент. Хотя почему она беспокоится о том, что он о ней думает? Бастиан Кристу властный и очень испорченный богач. Неудивительно, что он обратился в эскорт-агентство, а не попросил помощи у услужливой подруги. Вряд ли у него вообще есть друзья среди женщин.

Пребывая в жутком раздражении, Бастиан наблюдал за спящей Эмми. Она положила длинную тонкую руку с изящными бледно-розовыми ногтями под щеку, разомкнула сочные губы, вытянула великолепные длинные ноги и скрестила их в лодыжках. Золотистые волосы каскадом падали на ее топ. Поджав губы, он мрачно размышлял, что Эмми отвратительная спутница. Если бы она не перестала молоть всякую чушь, он уже придушил бы ее. Однако его обидело ее полное безразличие и равнодушие. Наплевав на его присутствие, она просто уснула. По правде говоря, он ожидал, что она будет с ним флиртовать как сумасшедшая, заведет его и воспользуется возможностью с ним сблизиться. Как молодой, чрезвычайно богатый и презентабельный мужчина, он привык к тому, что женщины стараются произвести на него впечатление, очаровать его и соблазнить. Другие красотки не стали бы погружаться рядом с ним в сон, словно он предмет мебели! Бастиан снова заскрипел зубами, пытаясь подавить разочарование оттого, что Эмми им не увлеклась.

Эмми проспала до приземления в Афинах и сонно брела к вертолету, который должен был доставить их на остров Трейкос.

– Твой собственный остров. Я, наверное, не должна удивляться? – рассеянно пробормотала она. – Греческий миллиардер обязан иметь собственный остров.

– Трейкос принадлежит моему деду, Терону, – решительно ответил Бастиан.

– Насколько я понимаю, твое настроение не улучшилось? – осторожно сказала Эмми.

– У меня нормальное настроение! – выдавил Бастиан, почти теряя терпение.

Так как в вертолете было совершенно невозможно разговаривать с Бастианом из-за шума, Эмми достала ручку из сумки, что-то написала на тыльной стороне ладони и протянула ее Бастиану, предлагая прочесть.

Бастиан сомневался, что когда-нибудь женщина сумеет его удивить. Но когда Эмми написала на тыльной стороне ладони «Извини» и протянула ее ему, он сильно смутился. Моргнув, он посмотрел на надпись еще раз, а потом вдруг ему захотелось рассмеяться. Однако он не желал ранить ее чувства, ведь она искренне сожалела о конфронтации. В ответ Бастиан взял ее за руку и поцеловал кончики пальцев в знак примирения.

Удивленная, Эмми высвободила руку, ее пальцы покалывало от прикосновений его губ. Она испытывала к Бастиану сильное сексуальное влечение, какого не чувствовала ни к одному мужчине.

– Ты была права насчет манер, – объявил Бастиан, криво усмехнувшись и помогая Эмми выйти из вертолета. Телохранитель стоял у него за спиной. – У меня нет оправданий. Я учился в эксклюзивной английской школе, где меня обучили хорошим манерам. Потом, в возрасте четырнадцати лет, я поехал к матери в Италию на лето и… э-э-э… отвык от них.

Ошеломленная, Эмми повернулась к нему:

– Почему? Что случилось?

– Моя мать говорила, что каждый раз, когда я открывал для нее дверь, она чувствовала себя старухой. А твердя «спасибо», я становлюсь похожим на официанта.

– Знаю, некоторые женщины расценивают мужскую вежливость как проявление сексизма, – произнесла Эмми, сопротивляясь сильному желанию покритиковать его мать. – Но я считаю иначе.

– Я догадался. – В глазах Бастиана плясали веселые искорки, когда он посмотрел на нее, а она снова обратила внимание на его густые темные ресницы. – Я так старался произвести впечатление на свою мать, хотел, чтобы она гордилась мной, потому что я редко с ней виделся. Но, очевидно, я перестарался.

Эмми подумала, что, вероятно, его мать была бесчувственной стервой.

– Полагаю, я относилась к тебе с предубеждением, – с сожалением призналась она.

– Могу сказать о тебе то же самое, – прибавил Бастиан.

– Я очень постараюсь не считать тебя избалованным богачом, – тихо произнесла Эмми.

Бастиан чуть не рассмеялся, поскольку впервые в жизни его упрекнули богатством.

– И я постараюсь не строить неверные предположения о твоей… хм… профессии вне офиса.

Эмми поморщилась.

– Не называй эту работу профессией, – посоветовала она. – Ты заблуждаешься, намекая на древнейшую профессию в мире.

– Ты права. Я вел себя нетактично.

Эмми опешила, когда Бастиан нагнулся, взял ее за руку и переплел пальцы с ее пальцами.

– Мы почти у дома. Нас могут видеть свидетели, о которых ты говорила, поэтому я к тебе прикасаюсь.

Эмми напряглась, ибо не привыкла видеть улыбку Бастиана, пусть и притворную. Черт побери, у него невероятно красивая улыбка, совершенно преображающая его лицо. Краснея, Эмми едва перевела дыхание, как перевозбужденный ребенок, увидев огромный белый дом, растянувшийся на краю пляжа.

– Это твой дом?

– Я снес старый отцовский дом и построил новый около шести лет назад. До этого я останавливался у деда, который живет на другой стороне острова.

Какой массивный дом. У Эмми засосало под ложечкой, когда она подумала, что отправится на семейное торжество, притворяясь подружкой Бастиана, и увидит там его бывшую невесту.

– Мы не обсудили основные моменты, – запоздало заметила она. – Где мы с тобой познакомились?

– На работе. Так и говори. Я сомневаюсь, что тебя будут подробно расспрашивать. Обычно родственники боятся меня обидеть, поэтому ведут себя вежливо, – успокоил ее Бастиан.

Понимая, что ей могут не оказать теплого и дружеского приема, Эмми почувствовала, будто вторглась на запретную территорию. Она вздохнула, чтобы успокоиться.

– Перестать волноваться, – призвал Бастиан. – Ты здесь для того, чтобы исключить потенциальные неприятности в торжественный для моей сестры день.

– Твоя бывшая невеста не взбесится, увидев меня? – резко спросила Эмми.

– Ей на тебя наплевать, – невыразительно протянул Бастиан.

– И ты собирался на ней жениться? – В голосе Эмми слышалось недоверие.

– Некоторые из нас не возлагают больших надежд на любовь и романтику, – ответил он.

Они умолкли, поднимаясь по ступенькам к входной двери, где их встречала широко улыбающаяся пожилая экономка. Она обрушила на Бастиана поток приветствий на греческом языке, и он отвечал ей тем же.

– Они все у бассейна, – пояснил он, выпуская руку Эмми и идя впереди нее по обширному коридору, украшенному широкой лестницей.

Эмми глубоко вдохнула, проводя вспотевшими ладонями по брюкам и выпрямляя спину, когда услышала гул голосов, плеск воды и взволнованные детские крики. Бастиан снова зашагал впереди Эмми и вышел на солнечный свет. Молодая блондинка вскочила с места и бросилась к нему, восхищенно улыбаясь:

– Бастиан! Как же долго ты добирался!

Он тут же забыл о присутствии Эмми, которая неуверенно стояла у бассейна, в ярости осознавая, что на нее смотрят все, кроме Бастиана. А потом кто-то толкнул ее, и она с испуганным криком полетела в бассейн. Все произошло так быстро, что она не успела сгруппироваться. Эмми стукнулась головой обо что-то твердое и потеряла сознание.

Очнувшись, Эмми обнаружила, что лежит на гигантской кровати в мокрой одежде. Затылок пульсировал от боли. Простонав, она провела по нему рукой и обнаружила довольно большую шишку.

– Тебя тошнит? – спросил ее знакомый голос, и она попыталась сесть. Но Бастиан положил руку ей на живот и резко произнес: – Лежи. У тебя огромная шишка на голове.

– Да. – Открыв глаза, она постаралась сосредоточиться и увидела стоящего над ней Бастиана в полотенце, повязанном вокруг бедер. Эмми напряглась. – Ты не одет.

– Да. А ты намочила мне кровать, – сообщил ей Бастиан.

Внезапно ощутив холод, Эмми простонала. Она не отрываясь смотрела на совершенное тело Бастиана, напоминавшего греческого бога.

– Эмми, скоро придет врач. – Бастиан нагнулся и без предупреждения подхватил ее на руки.

Она приглушенно пискнула:

– Что ты делаешь?

– Несу тебя в ванную комнату, чтобы ты сняла мокрую одежду, – деловито сказал Бастиан. – Ты сможешь стоять?

– Постараюсь, – пробормотала она, когда он осторожно поставил ее на ноги. – Что случилось?

– Один из подростков налетел на тебя, и ты упала в бассейн. Тебя сбили с ног.

– Боже, я могла утонуть. – Голос Эмми дрожал, у нее подкашивались колени. – Извини, у меня кружится голова.

Бастиан помог ей сохранить равновесие, потом усадил на край ванны.

– Не вздумай помогать мне раздеваться! – предупредила его Эмми.

С напряженным от разочарования лицом Бастиан отпустил обмякшую Эмми.

– Неужели ты думаешь, что я буду приставать к тебе сейчас, когда ты в таком состоянии? – сердито произнес он.

Дрожа от холода, Эмми опустила голову:

– Просто уйди. Со мной все будет в порядке.

– Ты действительно считаешь меня ничтожеством? – Бастиан зарычал, как разъяренный медведь.

– Извини, – прошептала Эмми, едва сдерживая слезы. Она чувствовала ужасную слабость и обвиняла себя в том, что испортила начало выходных с Бастианом.

Он снял с нее топ и отбросил его в сторону. Затем накинул ей на плечи махровой халат, глядя на нее сверху вниз и задаваясь вопросом, почему она кажется такой уязвимой с опущенными пушистыми ресницами и дрожащей полной нижней губой. Бастиан не увлекался беспомощными женщинами и понятия не имел, что делать с Эмми.

Ей удалось засунуть руки в рукава халата и, по крайней мере, закрыть грудь. Она чувствовала себя абсолютно униженной, когда Бастиан снова поднял ее и снял с нее брюки. Оставалось надеяться, что он не заметит хирургических рубцов на ее ноге. Слезы жгли ее глаза.

– Извини!

– Почему ты извиняешься? – нетерпеливо спросил Бастиан, стараясь вести себя достойно и только украдкой поглядывать на превосходную фигуру Эмми. К сожалению, его собственное тело жило по другим законам и уже предательски выдавало его возбуждение. Бастиан выругался себе под нос, не понимая, чем Эмми так его волнует.

– Ты вытащил меня из бассейна. – Эмми догадалась, почему он не одет.

– Да.

Эмми медленно вернулась в спальню и направилась к кровати.

– Я просто немного полежу, а затем оденусь и спущусь вниз, чтобы присоединиться к тебе, – пообещала она.

– Не согласен. Будем делать то, что скажет врач.

Опустившись на подушки, Эмми посмотрела на Бастиана, и ее лицо стало пунцовым. Он ничуть ее не стесняется. Стоя в дверном проеме смежной комнаты, он сбросил полотенце и стал надевать трусы. Возможно, он не понимает, что Эмми видит его удивительно красивое, мускулистое и загорелое тело. Она зажмурилась. Ей хотелось еще раз извиниться, но она знала, что Бастиан разозлится. Надев элегантный темно-серый костюм, он ушел.

Раздался стук в дверь. Эмми села. На пороге появилась молодая блондинка.

– Вы принимаете посетителей? – спросила она с улыбкой. – Я сестра Бастиана, Несса.

– Конечно, входите, – неуверенно произнесла Эмми, отмечая, что брат и сестра совсем не похожи. Несса была невысокой, с пышной фигурой и светловолосой.

– Я даже не подозревала у своего брата такой прыти, когда он нырнул в бассейн.

– Извините за беспокойство. – Эмми вздохнула с сожалением. – Кто сбил меня с ног?

– Один из моих юнцов-кузенов. Его родителям очень неловко. Они хотели прийти и извиниться, потому что вы могли серьезно пострадать. Вам очень повезло: Бастиан вовремя понял, что вы ударились головой при падении в воду.

– Со мной все в порядке. В жизни всякое случается, – беспечно ответила Эмми.

– Как ваша голова? – спросила Несса. – Не возражаете, если я немного у вас побуду?

– На голове вскочила шишка, вот и все. Конечно, вы можете остаться. – Эмми была очарована улыбчивостью и дружелюбием Нессы.

– Вы уверены, что все в порядке? – обеспокоенно спросила сестра Бастиана, касаясь руки Эмми. – Боже мой, у вас ледяные руки! Ложитесь, вы должны согреться. Я принесу вам чего-нибудь выпить!

Эмми залезла под одеяло и опустила голову на подушки, безумно радуясь доброжелательности Нессы, которая ее немного успокаивала.

– Вы должны быть с гостями, – виновато сказала Эмми.

– Фактически это гости Бастиана, потому что это его дом, но все они наша родня. – Несса вышла и вернулась с бокалом, который сунула в руку Эмми. – Выпейте. Я где-то читала, что это помогает при шоке.

Эмми выпила и закашлялась, когда бренди обжег ее горло.

– Расскажите мне о себе и Бастиане. – Несса присела на кровать рядом с Эмми, ее яркие карие глаза светились теплотой и любопытством. – Я была на седьмом небе от счастья, когда узнала, что он встретил другую женщину. Да еще так быстро, словно по волшебству.

– О да, настоящее волшебство. – Эмми заволновалась. Несса была очень молодой и потрясающе искренней.

– Вы такая красавица! – с удовлетворением заметила Несса. – Лайла будет рвать на себе волосы, когда вас увидит.

– Ох, мне не хочется никого расстраивать.

– Она одна из подружек невесты, но она очень дурно поступила с моим братом, – провозгласила Несса, на ее красивом лице читалось осуждение. – Он заслужил лучшего. А ей следовало отказаться от участия в моей свадьбе, потому что в этом больше нет необходимости.

– Возможно, Лайла не захотела вас подвести, – предположила Эмми, потягивая бренди. Ей нравилось, что сестра Бастиана совсем не сочувствует бывшей невесте своего брата.

– Нет, она хочет вернуть Бастиана, – возразила Несса. От ее осуждающих слов Эмми встревожилась. – Но она плохо знает моего брата. Он жесткий человек.

– Я в курсе.

– Ему пришлось таким стать. Когда ему исполнилось восемнадцать лет, он уже пережил четыре развода своего отца и трех мачех. Люди не понимают, через что ему пришлось пройти и как это на него повлияло, – заявила Несса, яростно защищая брата. – Моя мать была единственной, кто хорошо к нему относился.

– Ну, хоть в чем-то ему повезло, – произнесла Эмми успокаивающим тоном. Ей было любопытно, но она хотела остановить поток информации, которую, как ей казалось, она не имеет права получать. Бастиану не понравилось бы ее любопытство.

– У Бастиана никогда не было настоящей семьи. Он не понимает, что такое семейная жизнь.

– Детство бывает трудным, – кивнула Эмми, тронутая невинностью Нессы. Она понимала, почему Бастиан готов пойти на любые меры, чтобы свадьба сестры действительно принесла ей радость.

Несса поморщилась:

– Ну, мне повезло. Меня ужасно избаловала мама. Но Бастиану приходилось нелегко.

– Он очень самоуверенный и закрытый человек, – мягко произнесла Эмми.

– Вот поэтому я с вами откровенничаю. Я хочу, чтобы вы лучше его понимали. Я имею в виду, если вы ждете, что он сам вам что-нибудь расскажет, то вам придется ждать вечно. – Несса скорчила комическую гримасу, описывая скрытность брата. – Как только я узнала, что вы с ним работаете, сразу поняла: вы хорошая женщина, а ему именно это и нужно.

Разговор женщин прервал стук в дверь – пришли Бастиан и врач.

– Тебе не нужно здесь оставаться, – сказала Эмми Бастиану, натянуто улыбаясь.

– Я останусь. Доктор Пападопулос не говорит по-английски.

Подавляя сомнение в том, что ей когда-либо удастся настоять на своем с Бастианом, Эмми кивнула в знак согласия, сохраняя непроницаемое выражение лица. Бастиан переводил вопросы врача, который начал осматривать голову Эмми. В конце концов врач заявил, что не видит никаких угроз жизни Эмми и она просто должна хорошенько выспаться. Затем он дал ей обезболивающее лекарство и ушел.

– Я сейчас встану, – сказала Эмми Бастиану до того, как он вышел вместе с врачом.

– Ты слышала, что сказал доктор? Отдыхай, – процедил Бастиан сквозь зубы, замечая на ее щеках потеки туши от слез. По-видимому, Эмми чувствует себя не так хорошо, как ей хотелось бы. – Мне было бы гораздо спокойнее, если бы он согласился госпитализировать тебя в ближайшую больницу.

– Я в порядке. Не нужно напрягать прислугу накануне свадьбы Нессы. – Эмми решила использовать неопровержимый аргумент.

– Ты можешь отправиться домой и подать на меня в суд, – мрачно прокомментировал Бастиан.

Эмми простонала:

– Я не собираюсь с тобой судиться. Я не такой человек.

Бастиан оставался бесстрастным.

Оставшись одна, Эмми сняла халат и влажное нижнее белье и легла в удобную кровать. Она решила немного вздремнуть. Ее взволновало замечание Бастиана по поводу того, что она может подать на него в суд за несчастный случай. Что же за жизнь у него была, если даже незначительное происшествие в его доме заставляет Бастиана вести себя цинично и недоверчиво? В конце концов, у Эмми нет серьезной травмы. Вероятно, он привык быть мишенью алчных людей, жаждущих воспользоваться его богатством.