Завязывая узел галстука, Рауль не знал, то ли ему испытывать удовлетворение, то ли сожаление. В зеркале он видел Сирену. Она спала.

Прошедшая ночь была невероятной. Уже после того, как Сирена покормила Люси, она снова потянулась к Раулю, словно ночи не было вовсе. Они едва не убили друг друга – так велико было их наслаждение.

Ему нужно было торопиться на деловую встречу. Рауль не хотел будить Сирену, но еще больше ему не хотелось уходить, не попрощавшись.

Он нежно прикоснулся к ее округлому плечу:

– Син…

– Нет! – воскликнула Сирена, и ее рука настолько неожиданно взметнулась вверх, что Рауль не успел среагировать.

– Что с тобой? – спросил он, проводя рукой по губе. Похоже, она была разбита.

Широко раскрытые глаза Сирены остановились на нем, узнавая. Страх сменился облегчением.

– Я ударила тебя? О боже, извини!

– Тебе приснился кошмар. Что тебе снилось, Син?

В глазах Сирены отразилось недоумение, потом она что-то припомнила и опустила ресницы. Подтянув одеяло к шее, она взглянула на часы, не отвечая на его вопрос.

– Который час? Надо же, я не думала, что уже так поздно. Твой будильник звенел?

– Син? – Рауль убрал волосы с ее вспотевшего лба. – Расскажи мне.

– Я не хочу вспоминать. Побудь с Люси, пока я буду принимать душ.

– Тебе надо поспать.

– Не хочу, чтобы кошмар вернулся, – с вымученной улыбкой сказала Сирена, выскальзывая из-под одеяла и направляясь в ванную.

Рауль остался в спальне со смутным ощущением тревоги и беспокойства.

Несмотря на связывавшую супругов страсть, Сирена не могла избавиться от тревожного чувства. Днем ей удавалось убедить себя, что сейчас-то Рауль должен научиться доверять ей, однако ночью страхи возвращались. По крайней мере раз в неделю Рауль будил ее, потому что она кричала от ужаса. Сирена часто видела сон, в котором он вырывал Люси из ее рук и объявлял о разводе. Иногда ей снилось, что она в тюрьме, иногда – что она снова стоит у ворот его особняка. Идет дождь, она, насквозь промокшая, умоляет Рауля выслушать ее, но он неумолим.

Рауль был внимателен к ней, заботлив, он со страстной нежностью занимался с ней любовью, но он был не в силах уничтожить поселившийся в душе Сирены страх.

– Не представляю, что мне сделать, чтобы переубедить тебя. Тебе не о чем волноваться, – сказал Рауль однажды, когда они были в Париже, городе влюбленных.

Экономка убрала посуду, прежде чем уйти, и оставила их за кофе. В залитом дождем окне виднелась Сена. В воде отражался свет фонарей.

– Скажи мне, что браслет нашелся, – попросила Сирена, неожиданно устремив на Рауля внимательный взгляд.

Последовало молчание.

– Так я и знала, – с отчаянием произнесла она. – Ты не веришь мне.

В ее сумке зазвонил телефон. Сирена встала, надеясь таким образом избежать неприятного разговора.

– Ты должна мне верить, Сирена.

– Я-то верю, веришь ли мне ты, Рауль?

– Разве? – воскликнул он. – Стоит зайти разговору на эту тему, как ты закрываешься и стремишься повернуть его в другое русло.

– Потому что я не вижу смысла это обсуждать. Как будто браслет не мог куда-нибудь закатиться. Нет, его обязательно кто-то должен был взять. И этот кто-то, как ты считаешь, я. Я устала, Рауль, – призналась Сирена. Она достала телефон из сумки и с тревогой увидела, что это ее сестра. – Да, Эли. Что-то случилось?

– Папа, – всхлипнула Эли. – У него сердечный приступ. Мы в «скорой». Мы едем в госпиталь.

Сирена не почувствовала, что покачнулась. Сильные руки обхватили ее, опуская на диван. Рауль поймал телефон, выпавший из ее помертвевших пальцев.

– Мы прилетим сразу, как только сможем, – сказал он Эли и закончил разговор.

Рауль попытался взять ее за руки, но Сирена вывернулась, избежав его прикосновения, и вскочила:

– Мне надо собрать вещи.

– Ты в шоке.

– Мне надо что-нибудь делать.

– Хорошо. Я займусь самолетом.

Рауль провел рукой по лицу; выглядел он не лучшим образом. Может, вспомнил о том, как он потерял собственного отца? Но сейчас мысли Сирены занимал ее отец. Успеет ли она добраться до него вовремя?

Ей хотелось, чтобы Рауль был рядом. Он был так мил – распорядился насчет своего личного самолета.

– Пришли мне сообщение, когда вы долетите, – сказал он.

– Ты не летишь с нами? – дрогнувшим голосом спросила Сирена.

– Мне нужно кое-что сделать.

Пока самолет набирал высоту, Сирена не могла избавиться от предчувствия, что это «кое-что» имеет отношение к ним. Что, если Рауль решил развестись, поняв, что не сможет ей доверять?

Спустя сорок восемь часов единственной хорошей новостью было то, что отца Сирены успешно прооперировали, и он идет на поправку.

Люси капризничала, стоило только положить ее в кроватку, поэтому она почти все время была у Сирены на руках. Эли призналась сестре, что встречается (только не говори маме!) с парнем.

– Ты можешь спать на моей кровати, – уговорила она Сирену, и та уступила.

Фей была не в восторге от малышки Люси.

– Возможно, она могла бы сидеть, если бы не была такой толстой, – заметила она, кинув мимолетный взгляд на ребенка.

В это мгновение позвонил Рауль. Понимая, что мачеха прислушивается к каждому ее слову, Сирена старалась говорить ровно и спокойно.

Экран смартфона был плохой заменой планшету, поэтому Сирена едва видела своего мужа, а разговор с ним, вероятно, будет стоить целое состояние. Рауль был в Нью-Йорке. Он произнес приличествующие случаю слова: он надеется, что ее отец быстро поправится.

– Ты пробудешь до тех пор, пока его не выпишут? – предположил Рауль.

– Да, наверное, – натянуто ответила она, физически ощущая неприязнь Фей, как только та осознала, что нежеланная гостья задержится в ее доме на неопределенное время. – Я позвоню тебе, как только все прояснится.

– Хорошо.

Сирена закончила разговор и провела весь вечер, стараясь не показывать свои страдания мачехе, которая была бы им только рада. Она плохо спала, но, когда проснулась, у нее созрел план.

Может, ее брак и не удался, но она – взрослая женщина с чувством собственного достоинства.

Она навестила отца, и он, слабый, но гордый, впервые обнял свою внучку. Потом Сирена позвонила риелтору. Что бы Рауль ни предпринял в отношении их брака, она не будет просто марионеткой. Час спустя ей показали квартиру.

– Я могу въехать сразу? – поинтересовалась молодая женщина.

– Как только ваш кредит будет одобрен, то есть вечером, – сказала агент.

С деньгами могли возникнуть трудности. Сирена сомневалась, что Рауль сохранит ее счет, если они разведутся, но она не стала посвящать в подробности агента. Она воспользуется своей квартирой в Лондоне как обеспечением. Придется первое время тратить свои сбережения, а затем она найдет хорошо оплачиваемую работу. Ведь Рауль сказал, что у нее есть потенциал. Жить с Фей было невозможно, а вернуться к мужу Сирена не могла, понимая, что доверие между ними недостижимо.

Ей требуется собственное жилье. Жалко, что ее брак с Раулем не продлился долго, но стоило ли ожидать чего-то, если он был лишь формальностью и не был построен на чувстве любви и уважения?

Сирена въехала в свою новую квартиру в тот же вечер. На следующее утро она вместе с Люси навестила отца, а по пути домой они заехали за покупками. Сирена даже предложила Фей взглянуть на ее приобретение. Она состряпала историю о том, что Рауль хочет, чтобы у них было в Австралии свое жилище. Сирена не собиралась говорить мачехе, что, возможно, ее ждет развод.

В дверь постучали. Сирена извинилась перед Фей. Она ждала менеджера, который обещал позаботиться о мебели. Когда она открыла дверь, сердце забилось где-то у нее в горле. На пороге стоял Рауль.

– Я не ждала тебя, – запинаясь, пролепетала Сирена.

– Я так и понял, – склонил голову он и спросил: – Могу я войти?

Не дожидаясь приглашения, Рауль вошел в крошечную квартиру.

– Как ты, малышка? – спросил он, кладя руку на животик Люси.

Девочка дрыгнула ножками и разулыбалась беззубым ротиком.

– Я тоже по тебе скучал, – сказал он, оглядывая квартиру.

На его лице застыло выражение неодобрения.

– Вы, должно быть, ее отец? – высокомерно осведомилась Фей, когда взгляд Рауля упал на нее.

– Да, это мой муж, – поспешила вмешаться Сирена. – Рауль, это моя мачеха Фей.

– Рад познакомиться, – сказал он, хотя искренности в его голосе не было. – Вы не присмотрите за Люси, пока я буду говорить с женой?

В животе у Сирены все перевернулось, она напряглась. Молодая женщина не сомневалась, что предстоит битва за Люси, и была готова к ней.

– Мы будем в пентхаусе, – уточнил Рауль.

У Сирены от удивления приоткрылся рот, но она ничего не сказала.

– Как ты узнал? – спросила она, когда они вошли в лифт, и Рауль нажал на кнопку пентхауса.

– Мне позвонила твой агент и предложила подтвердить, что ты можешь оплачивать квартиру, а затем она попыталась продать мне верхний этаж. Конечно, это было дороговато, но ты решила от меня отстраниться, и я счел, что это самый простой способ быть недалеко от тебя и Люси.

Лифт остановился. Колени Сирены подогнулись.

– Конечно, я позволила бы тебе заходить к нам, – слабым голосом произнесла она. – Ведь мы друзья.

– В самом деле? – усмехнулся Рауль.

– Я не могу жить с Фей! – принялась горячо говорить Сирена. – Я пыталась объяснить тебе, что мы не ладим и что…

– Я понимаю. – Лицо Рауля было непроницаемым. – Но ты могла остановиться в отеле.

Сирена отвела глаза в сторону.

– Это было бы слишком дорого, – пробормотала она.

– И ты не собиралась просить меня оплатить эту квартиру, верно? – В его голосе появились опасные нотки. – Более того, ты не собиралась возвращаться ко мне.

Рауль произнес это спокойно, но чувствовалось, что он разъярен. Сирена вздрогнула.

– Конечно, может показаться, что я выбрала место специально настолько далеко от Лондона, насколько это возможно, но моя семья живет здесь, Рауль, – поторопилась объяснить она.

– Я понимаю, – снова сказал он. – Но помни: куда бы ты ни направилась, я последую за тобой. Если хочешь жить в этой квартире, я поселюсь в пентхаусе.

«Он последует не за мной, а за Люси», – с горечью подумала Сирена. Может быть, она поступает слишком эгоистично, отбирая у своего ребенка отца, но, насколько она поняла, Рауль не собирается разлучать ее с дочерью. За это Сирена была ему благодарна.

– Каждая клеточка в мозгу говорит, что у меня нет прав задерживать тебя, но при мысли, что придется отпустить тебя, мне становится плохо.

Слова Рауля прозвучали как гром среди ясного неба. Сердце Сирены пропустило удар, а затем забилось с удвоенной силой.

– Браслет нашелся у Миранды, – вдруг заявил он. – Я ездил в Нью-Йорк и встречался с ней. Она выпросила его у матери, отправляясь на вечеринку, но забыла вернуть. Растеряха, – добавил Рауль.

Сирена ощутила несказанное облегчение. Значит, ее больше не подозревают в краже браслета. Но все равно это не решало проблему, возникшую между ними. К тому же то, что Рауль вернулся в Нью-Йорк, чтобы найти пропажу и встретиться со своей сводной сестрой, причиняло боль. Похоже, он все-таки не верит ей.

– Надеюсь, это избавит тебя от кошмаров, в которых ты сидишь в тюрьме, – грубовато бросил Рауль. – И я обещаю, что больше не буду стремиться тебя туда засадить и не позволю никому сделать это. Угрозы для тебя больше не существует, Сирена. Можешь спать спокойно. – Он вздохнул и с мукой взглянул на нее. – Когда агент со мной связалась, и я понял, что ты хочешь прекратить наши…

– Только потому, что я люблю тебя! – вырвалось у Сирены.

– Ты любишь меня? – медленно переспросил Рауль. В глазах его вспыхнул непонятный огонь. – Но я тоже люблю тебя. Я осознал это, как только понял, что могу тебя потерять.

Глаза Сирены наполнились слезами. Она поспешила объяснить:

– Для меня было невыносимо, что ты не можешь мне доверять, а значит, и любить. Поэтому единственным выходом было расставание с тобой.

– Я верю тебе, Сирена, – твердо сказал Рауль. – О, моя родная Син, неужели ты меня любишь? – Он прижал ее к себе, с жадностью глядя ей в лицо.

– Я полюбила тебя с первой минуты, как только мы встретились, – призналась Сирена, опуская глаза. Сердце в ее груди билось очень сильно, и ей казалось, что Рауль должен слышать его удары.

– Я не заметил, как ты вошла в мое сердце, – говорил Рауль, – но я люблю тебя сильнее, чем могу выразить словами.

Так, обнявшись, они вернулись в квартиру. Фей бросила на них любопытствующий взгляд, но ничего не сказала.

На следующий день Сирена повезла Рауля познакомиться с отцом.

– Не порань его гордость, – напоследок попросила она.

– Я только скажу ему, что, пока он в больнице, я позабочусь о его семье, – кивнул он.

К концу следующей недели ее отец достаточно оправился, и супруги начали подумывать об отъезде. За день до отлета Сирена проснулась поздно. Рауль, как обычно, украл монитор и ребенка. Но после занятий любовью, когда он, казалось, не мог насытиться женой, Сирене не помешало бы выспаться. Она заставила себя подняться и нашла Рауля в гостиной.

– Ты вовремя. – Он подошел к жене и обнял ее. – Нас уже ждут.

– Ждут? – переспросила Сирена, не понимая, что происходит. – Где Люси?

– Эли унесла ее наверх.

– Ты имеешь в виду пентхаус? Но зачем?

Рауль вытащил из кармана коробочку и опустился перед женой на одно колено:

– Сирена, ты выйдешь за меня замуж?

– Но я и так замужем за тобой, – засмеялась она, однако Рауль смотрел на нее серьезно.

Он открыл коробочку, и Сирена ахнула, увидев потрясающей красоты бриллиантовое кольцо.

– Я попросил благословения у твоего отца, – продолжал он.

– Что ты сделал? – не поверила она.

– Попросил у него твоей руки. Я хочу, чтобы на этот раз наша свадьба была настоящей. Ты выйдешь за меня, Син? – спросил Рауль, поднимаясь.

У Сирены пересохли губы.

– Да, – дрогнувшим голосом ответила она. – Я выйду за тебя замуж, Рауль.

– Тогда поспешим, – заявил он. – Нас все ждут в пентхаусе. Кстати, я говорил тебе, что люблю тебя?

– Сегодня я впервые это слышу, – улыбнулась молодая женщина.

– Я люблю тебя, Сирена.

– А я тебя. – Сирена встала на цыпочки и коснулась губами его губ.

Рауль с жадностью ответил на поцелуй и простонал:

– Мне кажется, я никогда не смогу насытиться тобой.

– Впереди у нас вся жизнь, – ответила она, глядя на него с сияющей улыбкой.