- Это менее совершенный образец, - шепнул Брасслок, - но все же и он достаточно могуч.

Переборки и потолки внутри корпуса были усеяны пергаментами с молитвами и благословениями и исписаны религиозными текстами. Банник спустился по трапу в коридор нижней палубы. Сервочереп провел его в корму танка, где стоял молодой техноадепт с инструментами в руках, рядом с пока еще пустой стеной памяти. Склонив свою бритую голову, техноадепт приступил к работе.

Банник смотрел, как медную пластину с его именем прикрепляют наверху стены памяти – самый первый командир «Гибельного Клинка» 3411/214/А/Эпсилон/Фраксис.

Над пластиной с его именем было начертано название нового танка, обрамленное горгульями и ангелами, грозящее гибелью всем, кто посмеет отрицать право Человека править звездами ныне и присно и во веки веков.

«Гибельный Клинок» «Честь Кортейна».