— Ну вот и продемонстрируйте. Вам будут созданы все условия. В ваше распоряжение поступит конструкторское бюро на первоклассном авиационном заводе. Послушайте, вы станете богатым человеком, черт побери!
— Я готов помочь землянам овладеть гравитационномагнитной энергией, — торжественно произнес Туо, — энергией элементарных частиц.
Человек в сером продолжал поглаживать свою блестящую ручку и внимательно слушал. Официальное выражение исчезло с его лица, но маленькие глазки поглядывали все еще настороженно, словно из засады. Фраг с несвойственной ему суетливостью подошел к сейфу, повернул ключ и открыл массивную дверцу. Из-за его спины что-то ярко сверкнуло. Увидев это, Туо явно заволновался, пробормотал невнятно какие-то слова и умолк.
Достав из сейфа папку, Фраг прикрыл дверцу, но не запер.
— Если к вашему личному делу будет присовокуплена договоренность о сотрудничестве, — сказал Фраг, положив папку на стол, — причем о сотрудничестве научно-техническом, — я это подчеркиваю, — мы станем друзьями.
— Продолжайте, продолжайте, — обратился к Ту о человек в сером. — То, что вы говорите, очень интересно. Мне, например, неизвестно, чтобы какая-нибудь лаборатория работала над такими темами.
— Источники энергии, которые мы используем на нашей планете…
— Оставьте в покое эту свою планету! — улыбнулся Фраг.
А человек в сером, тоже улыбаясь, вежливо заметил:
— Ах, да, я и забыл, что вы с другой планеты… Кстати, как она называется?
— Филия.
— Филия? Так-так, что-то вроде дочерней фирмы…
Не замечая иронии, а может быть, просто не обращая на нее внимания, Туо сказал:
— Наше общество — ветвь человечества.
— Конечно, конечно, — пряча усмешку, согласился человек в сером, — но это уже другой вопрос. Сейчас мы ведем разговор о новых источниках энергии, а конкретнее — о летательном аппарате, который вы назвали экспериментальным. Вот и давайте продолжим беседу в этом направлении.
«Я не говорил «экспериментальный», — подумал Туо. — Откуда он взял?»
— Я уже сказал, что готов помогать землянам. — Туо встал и посмотрел лысоватому человеку в глаза. — Но научно-технические достижения ученых Филии должны стать достоянием всего населения Земли. У вас ведь есть уже всепланетная инстанция — Организация Объединенных Наций, и я надеюсь…
— Надейтесь, надейтесь… — На лице Фрага зазмеилась саркастическая ухмылочка. — Таким наивным способом от нас не уйдете.
— Вы не имеете права меня задерживать.
Фраг сжал кулаки.
— Право… А вы знаете, что такое право?
Потряс кулаками.
Туо, не скрывая изумления, смотрел на него.
— Если я вас правильно понял, — сказал человек в сером, словно не заметив выходки Фрага, — вы считаете, что через Организацию Объединенных Наций ваши научно-технические открытия можно передать всем государствам, всем народам Земли?
— Именно так.
— Я вас понимаю. Но если бы вы потрудились проанализировать международное положение на Земле, то очень скоро убедились бы, что подобные упования призрачны. Сядьте, пожалуйста. Если вы на самом деле инженер и ученый, то не можете не знать, что внедрить новейшие достижения науки, использовать их практически имеют возможность только государства с высоким техническим потенциалом, то есть великие державы. Ну а если говорить точнее, то лапу на все это наложит Америка, у нее широкий карман. Вы этого хотите?
— Совсем не этого. Можно ведь организовать международное агентство. Как же так — неужели земляне не способны договориться?
Фраг снова ухмыльнулся:
— Вот ведь даже с вами одним трудно договориться. А о государствах и речи нет. На вашей планете, вероятно, нет морей, и вы не знаете, что такое акулы.
Он подошел к сейфу и запер его на ключ.
— Важной деталью моего летательного аппарата был бриллиант, — неожиданно заявил Туо. — И он у вас.
— Бриллиант — деталь аппарата? — заинтересовался человек в сером, взглянув сперва на Туо, а затем на Фрага. Фраг положил ключ от сейфа в карман, развел руками:
— Бриллиант этот найден был в песке. Как вы докажете, что он ваш?
Туо даже покачнулся, словно кто-то толкнул его в спину, но взял себя в руки и сказал:
— Этот кристалл принадлежит мне, я сделал его, отшлифовал по сложной, очень сложной формуле. В нем — годы моего труда.
— Вы умеете делать бриллианты? — спросил Фраг.
— Это умеют делать и на Земле, может быть, только с большими затратами энергии. Но не об этом речь. Камень мой, и я прошу вернуть его мне.
— Ваше утверждение еще не доказательство. Да и зачем он вам, если вы отказываетесь строить аппарат?
— Я его подарю Аните, медсестре.
— О, не слишком ли она разбогатеет?
— Но, во-первых, вас это не касается, а во-вторых, вы опять-таки не имеете права…
— Опять «право». Похоже, вы юрист, а не инженер. — Фраг вопросительно посмотрел на человека в сером. — Кажется, пора поговорить всерьез.
Тот кивнул в знак согласия и встал. Блестящий черный предмет, похожий на авторучку, поднял на уровень глаз, нацеливая на Туо, нажал кнопочку и заговорил нежно, ласково:
— Успокойтесь, успокойтесь, Туо, все будет хорошо, уверяю вас… Вы устали… Вам хочется спать, спать, спать. Веки тяжелеют, тяжелеют. Глаза закрываются…
Маг, а это был именно он, взялся за дело. Выдающийся психотерапевт и гипнотизер заверил Фрага, что теперь, когда пациент овладел языком, успех гарантирован. Внушение, многократно усиленное ритмометром, сделает пациента сомнамбулой. А в состоянии сомнамбулического гипноза он как миленький ответит на все вопросы и даже начертит схему своего аппарата, одним словом, будет всецело подчинен чужой воле, в данном случае — воле Фрага.
Мозг человека в сомнамбулическом. состоянии можно сравнить с магнитофоном. Нажми кнопку, и он расскажет тебе все, что записано!
— Глаза закрываются, закрываются, закрываются…
Виртуозно работает маг! Но и сам ощущает усталость — он прибыл сюда на самолете, голова гудит, да и в гипнотическом отделении устал, групповой гипноз, хотя и с помощью ритмометра, очень утомляет, вон даже и Фраг позевывает, тоже, наверно, с удовольствием поспал бы, поспал бы, поспал бы…
Эти последние слова завертелись в сознании, как заезженная пластинка, которую заело на одном месте. Маг мягко опустился в кресло, лег грудью на стол и, подперев голову рукою, уснул. Ритмометр выпал из ослабевших пальцев на стол.
Фраг сидел на стуле, уронив руки и запрокинув голову. Ах, какое блаженство — расслабить все мышцы и дремать, дремать, дремать… Кто это его беспокоит? Ах, это Туо, милый, хороший Туо. Просит отдать бриллиант! Пожалуйста, возьмите, если он вам нравится, да если еще он и ваш, ну конечно же ваш, в этом нет никакого сомнения, любуйтесь им на здоровье. Откровенно говоря, этот камешек какой-то странный, он вселяет в меня страх, некоторые его грани показывают пустоту, ну ничего, да-да, совсем ничего, именно так — ничего… Вас интересует подслушивающее устройство? Это чудо нашей техники, глаза и уши, которые совершеннее естественных… сейчас выключено… маг возражает… опасается за свою репутацию… не знает наших возможностей: если надо будет, запишем даже его разговоры с любовницей… Да-да, фирма, которая нас снабжает, убедила меня. Выстрелом из пневматического ружьеца послали в оконную раму моей спальни малюсенькую такую стрелочку — чувствительнейший микрофон направленного действия, а я надел наушники и слушаю. Приглушенные шаги, поцелуй, смех жены: «Мой осел на службе, входи, раздевайся…» Так и говорит: «Мой осел». О, она у меня такая остроумная. Но и я тоже. Следующую их встречу слушала супруга ее любовника. Что? Я должен написать рапорт начальству? Сейчас напишу, веселый рапорт напишу, что-нибудь вроде: «От осла Фрага. Сим сообщаю, что я — осел из ослов, оснащен весьма примитивным умишком и совершенно лишен воображения. Когда мне говорят что-нибудь необыкновенное, страшно хочется зареветь, как делают это мои длинноухие сородичи. И уж как упрусь я копытами, никакой здравый смысл не стронет меня с места. А посему прошу продвинуть меня по службе». Вот так. Остроумно, весело, ха-ха-ха! А вы шутник, Туо, я и не знал. Подпись? Сейчас. И число. Вот так. И конверт. Адрес. Пускай читают. Вы сами опустите в почтовый ящик? Это очень любезно с вашей стороны. Вручаю вам и ваше личное дело, вы видите гриф: «Совершенно секретно»? Вот вы его совершенно секретно и выбросьте. Ха-ха-ха! Комедия. Переоденемся? Айв самом деле, почему бы и нет, вам очень пойдет мой костюм, а я с удовольствием пощеголяю в вашем халате. Эй, маг, дремлешь, нет? А ну-ка, кто быстрее разденется? Эх, ты! Сразу видно, штатский баран! Я уже, я быстрее! Прошу, милый Туо, наденьте его шкуру, от этого вы не подурнеете, о, а мне в халате как хорошо! Раз-два-три! Послушай, маг, где твоя выправка? А еще мой мундир напялил! Потанцуем? Леди и джентльмены, Фраг и маг исполняют танец осла и барана! Ножками-рожками, рожками-ножками! Человек в сером вышел из кабинета и, подозвав сержанта Жаннеля, сказал: — Санитары здесь? Позовите. Сержант заглянул в кабинет — двое на четвереньках танцуют — один — в халате, конечно же робот, а второй… Фраг! Трясутся, тяжело дыша бормочут:
— Ножками-рожками, рожками-ножками! Раз-два-три!
Сержант испуганно захлопнул дверь и стремглав бросился к выходу.
Человека в сером он больше не видел.
Мать читала Аните гороскоп.
— «День, полный неожиданностей…» — она оторвала взгляд от газеты, посмотрела на балконную дверь. — Слава богу, солнце уже низко…
Анита встала и вышла в переднюю.
— Куда же ты? — удивилась мать. — Сейчас дочитаем.
— Мне показалось… Ты не слышала звонка?
— Никакого звонка не было, успокойся. Ты сегодня какая-то нервная. Не случилось ли чего?
— Нет-нет, что это мама выдумывает? — Анита обернулась к ней и даже попыталась улыбнуться.
— Ну ладно, слушай. «День, полный неожиданностей».
— Слышишь? Что-то снова… будто кто-то постучал… Анита опять встала.
— Да нет же, доченька, тебе все кажется!
Но Анита все-таки подошла ко входной двери, и мать услышала щелканье замка и позвякиванье цепочки. Неужели действительно кто-то пришел? Анита захлопнула дверь. Тишина, но показалось матери, что есть в коридоре кто-то посторонний, и вроде бы послышался ей шепот. Она хотела уже встать, но дверь в комнату отворилась, и она увидела рядом с Анитой красивого молодого человека в сером костюме. Стройный, на голову выше ее дочери. Нежно-золотистый цвет лица и такие же волосы. Голубые глаза, прямой нос.
Кто это?
Словно боясь, что мать заговорит, Анита предостерегающе приложила палец к губам, а потом вполголоса, как можно спокойнее сказала:
— Мне показалось. Пусть мама читает гороскоп.
А незнакомец молча, не произнося ни слова, обвел взглядом стены, внимательно посмотрел на люстру, раскинувшую свои рожки над столом, потом подошел к книжному шкафу и начал копаться в книгах.
«Что это — обыск? Или грабитель? — встревожилась мать. Нашел кого грабить».
Анита натужно улыбнулась.
— Так как там сказано: день, полный неожиданностей? А что там еще интересного? Не предсказана ли… какая-нибудь приятная встреча?
Произнеся эти слова, Анита взяла черный карандаш и написала на краешке газеты: «Это Туо, не бойся, помолчим».
Мать пожала плечами, отодвинула газету, и рука ее легонько задрожала. Так вот оно что! Ненормальный Туо! Это и на самом деле неожиданность. Что ему нужно? Как же он рыскает по комнате, заглядывает во все углы! Осмотрел розетки, ощупал снизу стол, переворачивает стулья, вышел на балкон, встал на плетеное кресло и потянулся к фрамуге. Спрыгнул, вернулся в комнату, держа в двух пальцах какой-то небольшой, заостренный с одной стороны серебристый предмет. Остановился около стола и быстрым движением свинтил с этого предмета какой-то колпачок, вытащил из него проволочку, маленький патрончик и все это разложил на газете,
— Видите, Анита? — заговорил он полным голосом, и мать отметила, что у него приятный густой баритон. — Я ведь так и думал: они не оставят вас в покое! — Затем посмотрел на мать и вежливо сказал: — Простите, прошу вас, этот микрофон очень чувствителен, вот и пришлось помолчать.
Мать встала со своего кресла:
— Мне очень приятно…
Лицо Туо осветилось улыбкой, но он ничего не сказал, только слегка пожал хозяйке руку. Анита притронулась к патрончику:
— А сейчас уже ничего?
— Я ведь его разобрал. Вот это аккумуляторчик, это — антенна. Довольно компактная штука.
— А как вы…
— Я просто сбежал, Анита.
— От Фрага не так-то просто сбежать. Да вы садитесь, Туо, садитесь.
— Сейчас я приготовлю кофе, — сказала мать и ушла на кухню.
Анита забарабанила пальцами по газете, и микродетали микрофона-осведомителя зашевелились как живые. Туо положил руку на руку Аниты.
— Не беспокойтесь, Анита, все будет хорошо. Но если бы вы видели Фрага!
За кофе он рассказал, что произошло, и Анита с матерью очень смеялись.
— Очнется Фраг в психушке, представляете? Так ему и надо, очень уж он распоясался. А это светило из института психотерапии… Где его профессиональная честь, где совесть? Когда я понял, с кем имею дело… Не подумайте, Анита, ничего плохого… Просто самооборона.
— Вас будут разыскивать.
— И сюда могут прийти?
— Конечно. Даже в первую очередь. Потому что…
— Потому что вы — близкий мне человек, — сказал Туо. — Ну что ж, за себя я не боюсь, но как бы у вас не было неприятностей…
— Уйдем сейчас же.
— Куда же вы пойдете? — забеспокоилась мать. — Может быть, лучше завтра с утра?
— Нет-нет, мы дрлжны уйти немедленно, по дороге я что-нибудь придумаю.
Когда выходили, мать окинула их взглядом и подумала: «Какая хорошая пара!»
Едва успела убрать со стола, зазвенел звонок.
— Кто там? — спросила мать, вытирая руки о фартук.
— Полиция!
Один остался у двери, двое вошли в комнату. Закончив обыск, младший спросил: