Алекс смотрел на Рози, лежащую на диване в его пентхаусе. Она постепенно приходила в себя. Она была похожа на куклу, одетую, как подросток, в джинсы, полосатый свитер и куртку, из кармана которой торчала шерстяная шапка с помпоном. Туфли были сильно изношены, джинсы кое-где просвечивали. О чем он, черт возьми, думал, когда затащил ее в постель? Скорее всего, не думал вообще.

Ресницы Рози задрожали. Слабый румянец появился на щеках, сменяя холодную бледность.

Она слегка надула мягкие розовые губки, и тело Алекс мгновенно отреагировало. «Как предсказуемо», – подумал он, ненавидя себя. Он так и не смог забыть ее жаркие объятия.

В самом деле, в течение трех бесконечных недель Алекс вновь и вновь переживал ту ночь, мечтая о Рози и пытаясь уснуть, что удавалось ему с большим трудом. Просыпался он неудовлетворенный и злой на самого себя.

Он увлекся Рози. Такого с ним еще никогда не было. И ее неожиданный визит, судя по всему, сулил неминуемую расплату за содеянное.

Рози открыла глаза, попыталась сесть, но голова снова закружилась, и молодая женщина поморщилась.

– Не пытайся встать, пока головокружение не пройдет, – вежливо посоветовал Алекс.

«Не Алекс, Алекс», – напомнила она себе, поворачиваясь, чтобы посмотреть на него. Он стоял рядом, высокий и стройный, с высокомерно поднятой черноволосой головой. В этот момент Алекс был тем, кем являлся на самом деле: очень хорошо одетым и влиятельным бизнесменом, с обжигающими, как лазерный луч, серебряными глазами. Он был так красив, что Рози было больно смотреть на него. Она опустила взгляд, коря себя за эту слабость. Тонкие, мрачно-красивые черты его лица были невероятно привлекательными. Рози больше не удивляла легкость, с которой Алекс уложил ее в постель. Он был воплощенным искушением, далеко выходящим за пределы того, перед чем женщина может устоять.

– Где я? – спросила она.

– Квартира находится над моим офисом. Я хотел поговорить с тобой в приватной обстановке.

Алекс был немногословен. Его тон был прохладным и сдержанным. Непоколебимое спокойствие мужчины вызывало у нее сильное желание его ударить.

– Ты солгал мне, не сказав, кто ты на самом деле.

«Началось», – обреченно подумал Алекс.

– Я не лгал, я просто не говорил всю правду.

Рози спустила ноги на гладкий деревянный пол.

Взгляд ее скользнул по стеклянным столикам, роскошной мебели и нескольким впечатляющим картинам. Она была потрясена. В столь роскошной обстановке молодая женщина чувствовала себя рыбой, вытащенной из воды.

– Это пустые слова. Держу пари, ты мастер на такие вещи. Но в какую игру ты играешь со мной?

– Сядь, пожалуйста, Рози, – предложил Алекс. – Это не было игрой. Твой дед…

– У меня нет деда.

– Отец твоего отца, Сократес Сеферис, жив, – возразил он.

– Моя мать говорила, что у отца нет здравствующих родственников, – ответила Рози, с вызовом вздернув подбородок.

Даже со стянутыми в хвост волосами она была удивительно красива. Алекс помрачнел. Он знал, какой тип женщин его привлекает: высокие, соблазнительные, с темными волосами, истинные леди. И вот перед ним стоит Рози: маленькая, с мальчишеской фигуркой, вспыльчивая и дерзкая, но неотразимо привлекательная. Почему? Этого он понять не мог.

– Твоя мать хорошо знала, что твой дед жив. Ведь она обращалась к нему за финансовой помощью после того, как твой отец бросил ее, беременную тобой, – сказал Алекс. – Сократес дал ей денег.

Рози побледнела и медленно опустилась на диван.

– Но я не получала никаких денег.

– Может быть, и так. Ведь ты выросла в приемной семье. Но факт остается фактом: твой дед позаботился о тебе и сделал все возможное для того, чтобы ты выросла в комфорте и безопасности.

Рози уставилась на свои ноги. Она никогда не чувствовала себя в безопасности, даже в доме Бэрил. Ведь в любое время ее могли передать другим опекунам.

Она припомнила редкие встречи с матерью. Дженни показывала дочери много фотографий, где она была снята на разных заграничных пляжах и в дорогих отелях. Мать носила красивую яркую одежду и туфли на высоких каблуках. Позже, оглядываясь назад, Рози предполагала, что у мамы в то время был богатый бойфренд, который окружал ее роскошью. Но что, если деньги, на которые покупалась дизайнерская одежда Дженни, которыми оплачивались путешествия за границу, были деньгами ее деда? «Если она и приняла деньги, то потратила их не так, как следовало. Это мошенничество, которое могло повлечь за собой серьезные неприятности», – рассуждала Рози с грустью. Кроме того, даже в детстве она часто замечала, что ее мать просто-напросто врет.

Судя по всему, Дженни хотела скрыть от нее существование Сократеса и свое нечистоплотное поведение.

– Какое тебе дело до всего этого? – поинтересовалась она. – Что связывает тебя с моим дедом? Откуда ты знаешь о моем прошлом?

– Сократес Сеферис – мой крестный отец и очень старый друг, – объяснил Алекс. Его радовало, что Рози сохраняет рассудительность. – Он попросил меня познакомиться с тобой и рассказать ему, какая ты.

– Познакомиться со мной? – повторила Рози, глядя на него с нескрываемым изумлением. – Почему он так поступил?

– Он хотел узнать, что ты за человек, перед тем как пригласить тебя в Грецию. Сократес полностью доверяет моему мнению. Кстати, я уже сообщил ему, что ты оправдываешь все надежды, которые он возлагал на свою внучку, – снисходительно добавил Алекс.

– И именно поэтому ты заговорил со мной, защитил меня от Джейсона, пригласил на обед? – догадалась расстроенная Рози.

Ее сердце ушло в пятки. В гостиной воцарилась напряженная тишина. Значит, все было ложью, начиная с первого разговора и заканчивая невероятным удовольствием, которое он доставил ей в постели.

– Естественно, секс не был частью плана, – заметил Алекс, пожав плечами.

Белая, как молоко, сбитая с толку, Рози посмотрела на него. Ее большие сине-зеленые глаза были полны боли и осуждения. Маленькие руки сжались в кулачки.

– Я воспользовался тобой, когда ты была уязвима. Это неправильно, – пробормотал Алекс, не привыкший извиняться.

Собственно говоря, у него не было никакого желания извиняться за лучший секс в жизни. Но он хорошо понимал, что в данных обстоятельствах нужно хотя бы формально попросить прощения.

Рози посмотрела на него из-под полуопущенных ресниц. Сердце ее бешено колотилось. Со стыдом она ощутила реакцию своего пробуждающегося тела на Алекса – соски начало покалывать. Но он оказался не тем, за кого она его принимала. Алекс Ставролакис – незнакомец. Рози отказывалась думать, что он воспользовался ею, потому что это заставило бы ее почувствовать себя маленькой и беззащитной. Ей не нужна была сейчас столь унизительная оценка их близости.

– Деньги, которые попали в пылесос, были своего рода тестом? – спросила она.

– Да. Элементарным, но очень эффективным. Я должен был проверить – ради моего крестного, – можно ли тебе доверять, – спокойно сказал Алекс. – Пожалуйста, пойми, я не хотел тебя обидеть. Я пытался выполнить просьбу старого друга. Ты ничего не хочешь спросить о дедушке?

– А что я могу спросить о человеке, о существовании которого не знала еще пять минут назад? О человеке, которому было известно обо мне, но который никогда не пытался встретиться со мной? О человеке, который попросил тебя провести проверку, но сам не решился приехать в Лондон.

Это было жестоко. Алекс не ожидал ничего подобного от женщины, которая говорила, что мечтает иметь семью. Он нахмурился, разочарованный ответом Рози.

– Его поведению есть оправдание, – заметил он. – Сократес перенес сложную операцию на сердце несколько недель назад и сейчас восстанавливается после нее. Он не в той форме, чтобы прилететь сюда и встретиться с тобой лично.

– Мне грустно это слышать. Но он чересчур увлекся проверкой у меня за спиной, выясняя, тот ли я человек, который ему нужен. Поэтому мне нечего добавить, – парировала Рози. – По моему мнению, это не самый лучший повод для знакомства. Да и ты солгал мне.

– Я не лгал, – холодно возразил он. – Мое полное имя – Алексиус Коловос Ставролакис.

– Ты солгал, – повторила она ледяным тоном. – Ты ввел меня в заблуждение, и это сработало. Я была так глупа, что поверила тебе.

Алекс напрягся. Несмотря ни на что, ему хотелось приблизиться к Рози. Страдание, которое он увидел в ее потемневших глазах, подействовало на него, как пощечина.

– Мне очень жаль. Но я надеюсь, ты простишь меня, когда встретишься с дедушкой.

– Я не собираюсь с ним встречаться, – решительно ответила Рози. – У меня в жизни и так хватает сложностей. Поэтому я не желаю знакомиться со старым человеком, который пытался заочно судить, достойна я его или не достойна.

– Сократес попросил привезти тебя в Грецию. Не позволяй обиде на меня повлиять на твое решение, – посоветовал помрачневший Алекс. – Мне кажется, отвергнув деда, ты всю жизнь будешь жалеть об этом. У тебя очень доброе сердце.

– Доброе сердце? – Рози одарила его разъяренным взглядом. – Если бы ты сейчас стоял у открытого окна, я бы выбросила тебя из него. Я тебя ненавижу.

– Но ты даже не знаешь меня… Как ты можешь ненавидеть? – сухо ответил он.

– Ты сердишься на меня? – поинтересовалась она.

Алекс, гордившийся своей скрытностью и способностью прятать эмоции, стиснул ровные белые зубы:

– Я злюсь, потому что повел себя неправильно при знакомстве с тобой. А ты приняла это на счет дедушки.

– Я не обижаюсь на людей, которые не сделали мне ничего плохого. Я уверена, что он очень милый старичок. И я желаю ему всего хорошего. Это правда, – пробормотала она неловко. – Но я не решила, стоит ли мне встречаться с ним. И тем более я не хочу никуда ехать с тобой – после того, что узнала.

– То, что ты узнала обо мне, настолько страшно? – спросил Алекс, стараясь не замечать изгибы ее фигуры и тонкую талию. Ему безумно нравилось тело Рози, утонченное и стройное, чье совершенство очаровало его в постели. Пульс где-то в паху зачастил, и он ощутил прилив возбуждения.

– Ты для меня словно пришелец с другой планеты, – свирепо произнесла Рози. Она эмоционально всплеснула руками, указывая на роскошную комнату. – Ты богат и образован. Я бедна и изо всех сил пытаюсь завершить образование. Но хуже всего то, что я не могу доверять тебе, потому что ты врал мне.

Красивый чувственный рот Алекса изогнулся в насмешливой ухмылке, что привело ее в бешенство.

– Если это поможет, я готов пообещать тебе, что больше не буду говорить полуправду или умалчивать что-либо вне зависимости от того, касается это тебя или нет.

– Это было бы хорошим началом… А насколько ты богат? – неожиданно спросила она дрожащим голосом. – У тебя есть свой самолет?

У Алекса был целый флот. Но он, забыв о своем обещании, решил умолчать об этом и просто кивнул. Лицо Рози вытянулось от разочарования. Она втайне надеялась, что он не настолько богат.

– И у тебя много домов?

Он начал понимать, что она не в восторге от этого. Алекс процедил сквозь зубы:

– Да. Я унаследовал много денег от родителей. Мои отец и мать, поженившись, объединили свои немалые состояния.

Какой глупой она должна была быть, чтобы поверить, что Алекс – обычный человек? Боль пронзила сердце Рози. Она была настолько слепа, что не заметила неимоверно дорогие золотые наручные часы, инкрустированные бриллиантами запонки, мерцающие на белоснежных манжетах, потрясающе сшитый серый деловой костюм.

– Почему ты разыскивала меня, Рози? – спросил Алекс.

Рози подняла на него потухший взгляд и пожала плечами:

– Потому что я беременна…

Смелое заявление повисло в воздухе. Воцарилась тишина, напряжение нарастало и нарастало, пока не стало казаться, что оно заполнило всю комнату и угрожает задушить ее. Это заставило Рози продолжить.

– Прости, что я перекладываю на тебя эту ответственность. Но хотя я действительно принимала противозачаточные таблетки, у меня было расстройство желудка на той неделе. И мой врач считает, что, возможно, именно болезнь стала причиной того, что контрацептивы не сработали, – поспешила закончить она.

Алекс побледнел. Глаза его ничего не выражали, а линия плотно сжатых губ была четко очерчена.

– Ты беременна? Ты в этом уверена?

– Конечно, я в этом уверена. Сейчас тесты могут показать беременность на очень маленьком сроке, – беспокойно пробормотала Рози.

– А ты уверена, что это мой ребенок?

– Поверь, у меня до тебя никого не было и после тебя тоже, – заявила Рози. Ее обидел вопрос Алекса, хотя логика подсказывала, что он имеет право задать его. – Это твой ребенок.

Ребенок… Само это понятие взорвало мозг Алекса. Адреналин переполнял его изнутри, подпитываясь злостью из-за того, что никакой надежды на спасение нет. Потому что ее слова реализовали самый худший кошмар мужчины. Рози поймала его в ловушку, в которую он никогда не собирался попадать. У него были друзья, оказавшиеся в таком же положении. И эта ситуация ни для одного из них не разрешилась счастливо. Всю сознательную жизнь Алекс был предельно осторожен, он не желал рисковать. И все же с Рози он занимался сексом, не приняв собственных мер предосторожности. Как более опытный партнер, Алекс должен был винить только себя в том, что допустил оплошность, не думая о последствиях.

– У тебя шок, – разочарованно вздохнула Рози. – Я тоже была в шоке. Но, боюсь, я не хочу делать аборт…

– Я не попросил бы тебя сделать это, – прервал ее Алекс. – Мы взрослые люди. Мы сможем с этим справиться.

– С детьми не так-то легко справиться, – растерянно заметила Рози.

Она знала, что малыш потребует круглосуточного внимания и заботы. «Ребенок – это работа, – думала она со страхом, – его нельзя оставить одного ни на минуту. Он нуждается в постоянном уходе и может не спать всю ночь». Рождение ребенка оттеснит личную жизнь в сторону и разрушит все ее планы на будущее.

– Я бы с радостью обошлась сейчас без этого, – с сожалением добавила Рози. – У меня через две недели состоятся экзамены. Я только на середине подготовки, но не могу сосредоточиться.

– Ты готовишься к экзаменам? – спросил Алекс, оживляясь.

– Да, я хочу осенью поступить в университет.

Алекс подумал о гигантских дырах в расследовании Сократеса. Так же как фотография не передавала ее красоту, основные факты, вплоть до адреса, были возмутительно неточными. Рози не собиралась убирать офисы до конца своей жизни. У нее был четкий план и амбиции, и, если бы он задал ей еще несколько личных вопросов, выяснилось бы много интересного. Но в конце концов это теперь не имеет никакого значения. Она зачала от него ребенка. Сократес этого не заслужил. Алекс судорожно вздохнул, готовясь лишить себя свободы.

– Я женюсь на тебе…

Рози рассмеялась и нахмурилась одновременно, как будто он непристойно пошутил.

– Не будь идиотом, – раздраженно бросила она.

Алекс стиснул зубы. Брак – единственно правильное решение ненавистной проблемы.

– Я говорю серьезно. Я женюсь на тебе. Брак даст ребенку мое имя, и я буду поддерживать вас так, что вы не будете в чем-либо нуждаться.

С опозданием поняв, что он говорит серьезно, Рози уставилась на него широко раскрытыми глазами.

– Ты сделал бы это? Ты на самом деле женился бы на мне? – растерянно пробормотала она.

Даже сейчас молодая женщина была очаровательна.

– Это то, что я должен сделать для тебя… и для ребенка. – Холодные серебристо-серые глаза, окаймленные угольно-черными ресницами, встретились с ее глазами. – Я не могу позволить тебе растить нашего ребенка в одиночестве.

– Ты беспокоишься о том, что может подумать мой дед? – предположила Рози. – Но люди не женятся только потому, что у них есть ребенок.

– Это будет правильный поступок, – категорично заявил Алекс. – Наиболее практичный подход.

– Я не согласна. Ты не хочешь жениться на мне, Алекс. И я не выйду за тебя замуж только из-за беременности. Это будет несправедливо по отношению к нам обоим, – спокойно возразила Рози. – Но, полагаю, следует поблагодарить тебя за такой ответ. Это была хорошая мысль.

Алекс смотрел на нее в оцепенении, не в силах поверить, что она отказала ему, абсолютно не раздумывая.

– Хорошая мысль?!

– Это очень старомодный подход, – печально пояснила свою мысль Рози. – Но ты можешь не беспокоиться на этот счет. Я тоже не хочу выходить за тебя замуж. Пожалуйста, будь честным со мной.

Алекс плотно сжал красивые губы:

– Я честен с тобой, Рози.

– Алекс, ты не хочешь взять меня в жены и не хочешь быть отцом. Я чувствую твое нежелание, – взволнованно произнесла Рози. – Тебе не нужно притворяться со мной. Я потрясена твоим решением, но не считаю правильным брак, заключенный только из чувства долга.

– Твой дедушка будет совершенно не согласен с тобой.

– Если мы когда-нибудь встретимся с ним, нам придется соглашаться друг с другом. Мне не нужен идущий к алтарю под гнетом обстоятельств муж или не расположенный к ребенку отец. Это неразумно, – убежденно проговорила она. – Прежде всего, я не смогу войти в твой мир. Твои друзья будут смеяться надо мной. Я буду смущать тебя. Боже мой, я уборщица!

– Никто не будет смеяться над тобой, когда я буду рядом, – выдавил Алекс, растягивая гласные так, что у нее по спине побежали мурашки. – Я постараюсь сделать все возможное, чтобы стать хорошим мужем и отцом.

– Но ты не любишь меня… А заставлять тебя изображать любовь мне не по силам, – запротестовала Рози.

Алекс бросил на нее насмешливый жалящий взгляд:

– Любовь – это похоть, не более того. Кстати, могу заверить, что в сексе я вряд ли разочарую тебя.

Столкнувшись с таким цинизмом, Рози убедилась, что приняла мудрое решение.

– Я не согласна, что любовь между мужчиной и женщиной – только похоть. И если я когда-нибудь выйду замуж, то по любви.

– Я не смогу дать тебе это, – процедил он сквозь зубы.

– И прекрасно. Потому что я не собираюсь выходить за тебя замуж, – ответила Рози.

Ее душила злость. Почему Алекс уверен, что ей не дано пробудить в нем любовь? А потом Рози рассердилась на себя за то, что вообще подумала об этом.

– Может быть, тебе лучше сконцентрироваться на попытках полюбить нашего ребенка, когда он родится?

Алекс побагровел. Глаза его сверкали, как бриллианты на темном ночном небе.

– Ты ведешь себя глупо, Рози.

Она скрестила руки на груди:

– Я поступаю правильно.

– Отказаться от моего предложения, не обдумав все как следует, – очень глупо, – строго сказал он.

– У нас был роман на одну ночь. Это не отношения, – бросила в ответ она. Ее истинный темперамент вырывался наружу, как лава пробивается на поверхность. – Ты не знаешь меня. Или не хочешь знать. Ты ушел после той ночи и не пожелал встретиться со мной хотя бы еще один раз.

Легкий румянец появился на скулах Алекса.

– Но я знал, что увижу тебя снова, когда повезу в Грецию, чтобы ты встретилась с дедушкой, – напомнил он.

– Я не знаю, приму ли я когда-нибудь твое объяснение. Сегодня мне хватило твоей реакции на сообщение о ребенке, – сказала Рози.

Алекс посмотрел на нее. Сочные розовые губки упрямо сжались в тонкую линию.

Разочарование переполняло его. Он не привык к неповиновению или сопротивлению. Он был готов связать ее и отнести в самолет, вне зависимости от того, что она почувствует по этому поводу. Потому что он всегда знал, что лучше.

– Планируешь ли ты продолжать убираться каждую ночь во время беременности? – поинтересовался Алекс с нескрываемым презрением.

Рози вспыхнула:

– А ты как думаешь?

– Если тебе нужна моя поддержка прямо сейчас, можешь бросить работу и сосредоточиться на экзаменах, – добавил он задумчиво. Ему больше нравилось представлять Рози с книгами, нежели с огромным пылесосом, слишком тяжелым для нее. – Вряд ли нужно объяснять, что работа, которой ты занимаешься, недопустима для женщины в твоем положении.

Рози побледнела:

– Это верх глупости. Я отлично справляюсь.

– Ты упала в обморок, – напомнил Алекс. – Ты считаешь, это нормально?

Рози сжала кулаки:

– Хочешь знать, почему я упала в обморок? С утра меня мучило недомогание. И я не поела. Нервная поездка в офис и попытки найти тебя довели меня до срыва. У меня закружилась голова, вот и все.

– А если у тебя закружится голова на ступеньках лестницы, то ты можешь упасть и получить травму. Могу ли я допустить это? – взорвался Алекс. – Какой мужчина способен разрешить беременной женщине заниматься тяжелым трудом?

– Тот самый мужчина, который занимался со мной сексом и ушел посреди ночи без всяких объяснений, – мгновенно парировала Рози. – Давай не будем делать вид, что ты мистер Чувствительность и мистер Заботливость. Потому что ты таковым не являешься.

Ее слова еще звенели у него в ушах, когда Алекс взял телефон, связался с экономкой и приказал подать завтрак для буйной гостьи. Он был в ярости, он не испытывал ничего подобного с тех пор, как был подростком. Он не заполучил Рози. Она его не слушает. Не уважает. Она даже не согласилась встретиться с Сократесом.

– Почему ты так смотришь на меня? – потребовала ответа Рози. – Я сама могу о себе позаботиться. Ты не должен беспокоиться.

– Ты заботишься о себе так хорошо, что позволила мне лечь с тобой в постель в первую же ночь, – прорычал он.

Не в состоянии оспорить истину, Рози тем не менее не шевельнулась и не моргнула. Она знала, что раздражает Алекса, но подозревала, что любой, кто возражает ему, вызывает у него раздражение. Она отказала ему, и он был вынужден выслушать это и принять.

– Каждый совершает ошибки… – задумчиво проговорила она. – Ты был моей ошибкой.

Алекс шагнул вперед, удивляясь тому, что она бесстрашно стоит перед ним, а ведь его повышенный тон всегда заставлял сотрудников искать укрытие. Как посмела эта женщина назвать его ошибкой? Как посмела она отвергнуть предложение руки и сердца, как будто оно ничего не стоит? Как посмела она не послушать его, Алекса Ставролакиса?

– Та ночь не была ошибкой, – проворчал он.

Его прожигающий взгляд не отрывался от треугольного личика, задерживаясь на аквамариновых глазах и сочных розовых губах. Это смущало Рози. Она не могла справиться с реакцией своего тела. Рози почувствовала, что ее грудь наливается и растягивает свитер. Отвердевшие нежные соски терлись о колючую шерсть. Боль внизу живота была уже не нова для нее, потому что она мечтала о повторении почти каждую ночь.

– Конечно, это была ошибка, – возразила она.

– Нет, это не так.

Алекс обхватил ее запястья и притянул Рози к своему мускулистому телу. Громкий пронзительный крик потрясения вырвался из ее груди, прежде чем его рот обрушился на ее губы. Это было подобно прикосновению огня к незащищенной коже. Он прижал Рози к себе с грубым стоном удовлетворения и поцеловал ее со страстью, которая немедленно вызвала отклик. Его язык проскользнул в глубь влажного рта. Через минуту Рози запустила пальцы в черные густые волосы мужчины. Она хотела оттолкнуть его, однако быстро сдалась и начала гладить шелковистые кудри.

Он уложил Рози на диван и засунул руку ей под свитер, лаская набухшие маковки грудей. Ее стройная спина выгнулась. Она издавала стоны удовольствия, пока Алекс играл с чувствительными сосками. Подняв свитер, он нагнулся, чтобы ласкать ее груди губами и языком.

В дверь постучали, и Алекс тут же оторвался от нее.

Вернувшись к реальности, Рози в ужасе посмотрела на свою обнаженную грудь. Она поправила свитер и села.

– Не смей прикасаться ко мне!

Взгляд Алекса скользнул по ней.

– Потому что тебе это очень нравится и ты не можешь сказать «нет»? – усмехнулся он, подходя к двери.

Рози возмутилась. Алекс – типичный потребитель, пользователь. Он украл ее поцелуй так же хладнокровно, как и ее девственность. А ей требуется больше самоконтроля рядом с ним. Не стоило обращать внимание на то, как он прошелся по комнате с грацией тигра. Мускулы его танцевали, а сам он излучал агрессивную самоуверенность. Основной проблемой было то, что Алекс ей нравился. Находиться в одной комнате с ним было опасно. И в этом было что-то устрашающе-соблазнительное. Неужели дело в похоти? Скорее всего, да.

Алекс поставил на кофейный столик тяжелый поднос.

– Поешь, – предложил он.

В корзинке для хлеба лежали шоколадные круассаны и разнообразная выпечка. Слюнки потекли, как только Рози притронулась к еде. Она налила себе чаю и вежливо спросила Алекса, хочет ли он. Ведь на подносе стояла и вторая чашка.

– Я пью только кофе, – ответил он.

– Почему ты рассердился, когда я сказала, что наша ночь была ошибкой? – с любопытством спросила Рози.

– Это было слишком хорошо, чтобы быть ошибкой. Мне очень понравилось, – признался он.

Рози чуть не подавилась вкусным шоколадным круассаном и в нервной спешке проглотила его.

– Я подумала, что смогу встретиться с дедом, когда экзамены закончатся, – сказала она.

Алекс бросил на нее оценивающий взгляд, отметив, что с ее лица исчезло воинственное выражение, и теперь она выглядит скорее испуганной.

– И ты так же подумаешь о том, чтобы выйти за меня?

Рози напряглась и посмотрела на его подбородок, покрытый легкой щетиной. Это был очень твердый и упрямый подбородок.

– Нет, это решение окончательное и бесповоротное. И я не намерена рассматривать твое предложение снова.

Алекс раздраженно поинтересовался:

– Почему нет?

– Как ты можешь спрашивать меня об этом, если на самом деле свадьба тебе не нужна? – удивилась молодая женщина. – Ты когда-нибудь хотел жениться?

– Нет, – ответил он.

– Ты когда-нибудь хотел ребенка?

Алекс нахмурился и заколебался.

– Ты обещал говорить мне только правду, – напомнила Рози.

– Нет, – коротко признался он. – Я никогда не хотел заводить детей.

– Тогда с какой стати я должна выходить за тебя замуж?

– А как же безопасность? Поддержка? Отец для ребенка?

– Мне кажется, ты не принадлежишь к тому типу мужчин, которые легко привыкают к дому и к семье. Сейчас ты выбрал этот путь не по собственной воле.

Алекс, не привыкший мириться с неудачами, стиснул зубы:

– Это вызов?

– Нет, – поспешила ответить она, не желая продолжать ссору. – Разве мы не можем стать друзьями, Алекс?

– Я не хочу быть твоим другом, – отрезал он, в то время как она смахивала крошки с ноутбука.

Алекс встал:

– Ты хорошо поела?

– Более чем, – заверила его Рози и посмотрела на часы. – Мне нужно идти на занятия.

Он достал телефон:

– Я вызову машину.

– Это не обязательно.

– Машина и водитель будут в твоем распоряжении постоянно, – сказал Алекс, когда она направилась к двери.

Удивленная Рози повернулась:

– Не будь смешным. Что я буду делать с машиной и водителем?

– Использовать их, – ответил он совершенно серьезно. – Дай мне свой номер телефона.

– Не забавно ли, что ты спрашиваешь меня об этом только потому, что я беременна? – вырвалось у Рози.

Она посмотрела на Алекса и увидела, как напряглось его привлекательное лицо.

– Нам все еще многое предстоит обсудить, moraki тоu, моя малышка.

Она вздрогнула:

– Думаю, я уже все сказала.

Поддразнивающая улыбка смягчила его окаменевшее лицо.

– А я только начал.

Рози написала номер телефона на бумажке и попросила:

– Не говори моему дедушке, что мне потребовалось время, чтобы решиться на встречу с ним. Просто скажи, что я сдаю экзамены. Я не хочу ранить его чувства.

– А как же мои? – съязвил Алекс.

– Я не думаю, что тебя это всерьез волнует, – искренне сказала Рози. – Ты слишком агрессивен и самоуверен, чтобы быть чувствительным. И слишком эгоистичен, чтобы заботиться о ком-то.

– Я всего лишь содержал бы тебя, – огрызнулся он, обескураженный ее откровенностью. Неужели она действительно так считает?

– Вероятно, ты хочешь оплачивать мои расходы из-за того, что я ношу наследника Ставролакиса. – Она боялась этого больше всего.

Рози взглянула на Алекса, запоздало заметив, что его лицо измождено. Ее это поразило. Что скрывается в душе этого изысканного красавца? Или его довело до такого состояния предложение руки и сердца, которое он нехотя сделал? Как Алекс мог пойти на это? Как посмел он предложить ей выйти за него замуж, если не хотел жениться и не хотел ребенка? Может, он боялся реакции дедушки на беременность внучки?

Наследник Ставролакиса… Это не шутка. Алекс велел Титосу приставить к Рози опытного телохранителя.

Ребенок… мальчик или девочка – не важно, кто именно. У него не было каких-либо предпочтений. Но если ребенок родится, он приложит все силы, чтобы малыш наслаждался совсем другим детством, отличающимся от его собственного. Это станет его основной обязанностью, и ничего больше.

Когда на следующий день Рози, вернувшись после занятий, вставляла ключ в замок, она чувствовала себя разбитой. Голова гудела от беспокойных мыслей. Со вчерашнего дня ее возят туда и обратно на БМВ, и водитель сидит и терпеливо ждет окончания ее занятий. Подобная роскошь была чужда ей. Она привыкла к другой жизни. Это было почти так же странно, как просьба Алекса Ставролакиса выйти за него замуж, пренебрегая гигантской социальной пропастью. Она ему не нужна, да и ребенка он не хочет. Согласиться на такое предложение было бы ужасной ошибкой. Рози хотела подарить своему ребенку самое лучшее – жизнь. Но она была убеждена, что такой неравный брак долго не продлится.

Даже хуже: неприятный бракоразводный процесс может стать причиной плохих взаимоотношений между ней и Алексом, который, в свою очередь, способен перенести свое недовольство на их ребенка.

Марта постучалась к ней и сказала, бережно убаюкивая Баса:

– К тебе посетитель.

Рози зашла в гостиную и застыла в смятении, увидев Джейсона, поднимающегося с дивана.

«О, черт», – раздраженно подумала она. Только его не хватало после всех несчастий, обрушившихся на нее за последние сорок восемь часов.