Когда коньяк был опробован, Станислав Андреевич с важно-загадочным видом приступил к рассказу:

– Меня очень заинтересовало ваше мнение о том, что здесь, в клинике, находится человек, которого вы обвинили в двойном убийстве – жены и любовницы.

– Я предположила, – поправила его Анжелика, – а обвинять должен суд.

– Конечно, конечно. Я оговорился, – улыбнулся Станислав Андреевич и закурил.

– Здесь нельзя курить, – подскочил было главврач, но потом передумал и махнул рукой: – А! Делайте что хотите.

– Мы никому не скажем! – подмигнул ему Станислав Андреевич, выпуская дым кольцами.

Анжелика чихнула.

– Будьте здоровы! Вот, точно говорю! – И он продолжил: – И я очень быстренько поднял дело этого Егора. Располагаю, так сказать, возможностями профессионального плана, – еще раз подтвердил свою значимость Молотов.

Георгий Игоревич тут же на радостях разлил еще коньяка по фужерам, больше подходящим под вино.

– И что? – спросила быстро захмелевшая Анжелика.

– Интересное дело вырисовывается. Любовник жены Егора, некий Михаил, который чудом вырвался от Егора, пока тот вымещал злость на своей жене, оказался интересной личностью.

– Еще бы! Развлекаться с женщиной, пока все хорошо, и бросить, когда ее убивают, спасая свою шкуру, – хмыкнул Георгий Игоревич. – Я бы его вообще привлек к уголовной ответственности! Как это у вас называется? За оставление человека в опасности или неоказании помощи.

– Я не про это… Михаил является сотрудником фирмы, которая занимается сплавом льда. Да, есть такие люди. Чтобы реки не выходили из берегов и не затопляли поселки и поля, приготовленные для посевов, специальные службы режут и колют лед по определенной схеме и в определенной последовательности. Почему-то никто не обратил внимания на специальность Михаила. Да и кому какая разница, кем работает любовник убитой в порыве гнева жены?! Ведь на суде не всплыл случай с утонувшей студенткой Томой, простите за тавтологию.

Георгий Игоревич смотрел на приятеля просто-таки огромными глазами.

– Так ты хочешь сказать, то этот Михаил – маньяк?!

– Почему? – удивился Станислав Андреевич.

– Ну как же! Он явно следил за Егором! Сначала утопил его любовницу, затем принялся за его жену. Не известно, что он хотел с ней сделать, да Егор его опередил! – ответил Георгий Игоревич.

– Интересная версия, – ухмыльнулся Молотов.

– Но могло быть и по-другому… – пискнула Анжелика.

– Ну и вы, мисс Марпл, предложите свою версию, – улыбался одними глазами майор.

Анжелика не понимала, то ли он сам по себе такой, то ли упорно над ней подсмеивается. С другой стороны, именно она вообще заподозрила этого Егора, и, как могло оказаться, не напрасно.

– Если этот Михаил видел на реке, как Егор убил девушку, он мог потом начать его шантажировать, требовать деньги за молчание.

– Правильно мыслите. А жена Егора была весьма состоятельной женщиной в отличие от него. Сам он ничего из себя не представлял. Но по рассказам очевидцев…

– Вы и с очевидцами успели пообщаться? – удивилась Анжелика.

– А как же! Я оперативно работаю! Умею расположить к себе словоохотливых женщин… Не знаю, почему я так не понравился вам с первого взгляда?

– При чем тут я? Впрочем, похоже, я тоже не произвела на вас должного впечатления, – ответила Анжелика.

– Да, показались весьма скандальной бабенкой, – вздохнул Станислав Андреевич.

– А вы псих-женоненавистник! – парировала Анжелика. – Больше чем уверена, что вы не женаты. Потому что никто с вами не уживется! Да и вид у вас такой… неухоженный! Волосы дыбом, рубашка плохо поглажена…

– Эй, вы чего завелись-то?! Не забывайте, вы тоже одна! Мало того, ваш муж вообще хотел вас убить!

– Ребята, вы что?! Мы же встретились для культурной беседы! – икнул Георгий Игоревич, освежив всем коньяк. – Что вы сцепились? Не забывайте: мы на хорошей стороне, а другие – на плохой. О них сейчас речь! – напомнил им психотерапевт.

– Вы правы, конечно! – успокоилась Анжелика.

– Так вот, появилась версия, что этот Михаил вполне мог посодействовать в убийстве жены Егора, чтобы потом получить свой куш. Уже выяснили, что в тот день, когда утонула студентка Егора, бригада Михаила работала на той речке. Не может быть таких совпадений! Здесь что-то нечисто…

Анжелика так заслушалась следователя, что даже открыла рот.

– И что теперь делать? – наконец спросила она.

– Этот вопрос меня пугает. Даже боюсь вам сказать, что нужно делать. Вы ведь рванете сломя голову и дров наломаете.

– Хватит говорить загадками! – не выдержала Анжелика. – Может, все-таки расскажете, что вы придумали.

– Дело в том, что нет никаких доказательств о причастности в той или иной степени этих мужчин к убийствам Ольги и Тамары. Только предположения, догадки. И один и второй будут все отрицать. Ну и что, что они в одно и то же время были в одном месте? Совпадение – скажут они. Где доказательства? Ведь смерть студентки вообще не рассматривалась как убийство. Дело заведено не было! Несчастный случай на воде и все. А чтобы поднять дело и пересмотреть, что надо? Правильно! Снова – доказательства! Причем железные! Иначе убийца или убийцы, могут остаться на свободе и никогда не понести наказания, – вздохнул Станислав Андреевич.

– И что вы предлагаете? – спросила Анжелика. – Это ваша работа – искать доказательства.

– Егор весьма замкнутый тип, – подал голос Георгий Игоревич, – даже удивительно, что он разговорился с Анжеликой.

– А по-моему, ничего удивительного! Я тоже видел фотографию его покойной жены. Они очень похожи с Анжеликой. Абсолютно один типаж, – ответил следователь.

– Вы это к чему? Что следующей могу быть я?

– Есть такое маниакальное отклонение, – глотнул коньяка Георгий Игоревич, – когда ты влюбляешься в определенного человека, начинаешь его боготворить, восхищаться им ровно до того… – запнулся психотерапевт.

– До чего?

– До того, как объект любви чем-то разочаровывает тебя. Измена, грубый отказ… Или когда появляется новый объект возжелания, но обязательно похожий на твою мечту. Тогда от предыдущей, неблагодарной, можно избавиться, потому что она должна понимать, что на ней свет клином не сошелся…

– Так, значит, у Егора уже кто-то есть, раз он избавился от жены? – спросила Анжелика.

– Не факт. Мы же не знаем до конца, что у них произошло? Может, жена что-то узнала и ее пришлось убрать, – почесал затылок Станислав Андреевич.

– Егор поступил в несколько подавленном состоянии, возможно, из-за того, что как раз и не было у него замены. Нет и Олечки, нет и Томочки. А тут вы. У вас есть все шансы зажечь в его сердце огонь, – обратился Георгий Игоревич к Анжелике.

– Для чего?

– Для того, чтобы спровоцировать его на новый приступ ярости и попытку убийства, – пояснил Станислав Андреевич.

Да, похоже, они с Георгием Игоревичем были на одной волне, а вот Анжелика еще сопротивлялась.

– Вы не забыли, из-за чего я здесь оказалась? Из-за того, что на меня покушались, причем дважды. И вы хотите, чтобы еще кто-то захотел меня убить? – Ее глаза распахнулись от ужаса.

– Ну, во-первых, вы будете не одна, я вас подстрахую. А во-вторых, есть маленький шанс, что мы ошибаемся.

– То есть он меня не убьет? – уточнила Анжелика.

– Не убьет он вас в любом случае! Может, и покушения никакого не будет, – ответил Молотов. – Потом, так уж получилось, что вы попали под его типаж и только вы его сможете спровоцировать. А уж вывести человека из себя у вас получится, можете не сомневаться.

– Спасибо на добром слове, – криво улыбнулась Анжелика, – только вы ставите передо мной почти невыполнимую задачу. Если он преступник, который прячется в психиатрической больнице от наказания за умышленное убийство, то перед ним стоит совершенно другая задача. Вряд ли он будет интересоваться мной.

– Так вы сами начните им интересоваться. Егор далеко не красавец, вряд ли за ним женщины бегали. Наверняка он первый начинал проявлять знаки внимания. А тут женщина первая выкажет симпатию, да еще женщина в его вкусе! Это не может его не зацепить! – сказал Станислав Андреевич с горящими глазами.

– А может, мне и замуж за него выйти? И прожить несколько лет? Ну, чтобы он захотел от меня избавиться, а вы наконец-таки доказали, что Егор – Синяя Борода. И вы все эти годы будете рядом? Может, я вас сразу введу в нашу семью как моего родственника? – спросила Анжелика у следователя.

– Я надеюсь, что на годы наше дело не растянется, – усмехнулся Станислав Андреевич. – Все должно произойти здесь! Так что все по местам. Завтра начинаете обряд… тьфу! То есть соблазнение нашего объекта, назовем его баклажан!

– Очень оригинально!

– А вы – сочная клубничка, – продолжил свои кулинарные изыски Станислав Андреевич.

– Я себя больше чувствую вишенкой в коньяке, – сконцентрировалась Анжелика на почти опустевшей бутылке.

– А меня ты завтра положишь сюда тоже пациентом, – обратился к главврачу Молотов.

– Тебя?! – ахнул Георгий Игоревич.

– А как еще я буду присматривать за Анжеликой и Егором? Кому смогу доверить эту важную миссию? Кроме того, я всеми силами будут соблазнять вас, – повернулся майор к Анжелике. – То есть отобью вас у Егора, чем вызову приступ ненависти, – пояснил он.

– Не кажется ли вам, что эта миссия невыполнима? – хохотнула Анжелика. – Смотрите не надорвитесь.

– Это моя работа, – вздохнул Станислав Андреевич.

– А если я против того, чтобы класть тебя в клинику под видом пациента? – робко пискнул Георгий Игоревич.

– Я на ответственном задании! А твоя задача – не мешать, а содействовать! – ответил ему Молотов, разливая остатки коньяка.