Директор вздохнул: - Нет. Я решил бы, что коды шифра стали ненадежными.

Джейс поднял свой стакан в молчаливом приветствии, честного ответа, и осушил его одним глотком.

- Возьми стакан и себе, - сказал он, кивая в сторону бара в углу, наполняя, вновь, собственный.

Директор так и сделал, перед тем как сесть в одно из кресел напротив стола Верховного Главнокомандующего. Джейс поднес бутылку, и Маркус протянул стакан.

- Вы думаете, что Терон сможет довести до конца миссию? - спросил Джейс, наполняя его.

Маркус выпил половину стакана, прежде чем ответить.

- Он мой лучший агент.

- Ты говорил, что он был ” одним из лучших”, - заметил Джейс.

- Я изменил о нем мнение после того, как ему удалось достать Черный шифр.

- А как насчет Гност-Дюрала? Он джедай. - Джейс допил свой стакан. - Они не очень любят делать то, что не соответствуют их мировоззрению.

- Я думаю, что он достаточно умен, чтобы понять, почему мы должны были так поступить. И, отмена миссии, не поможет Дуро.

- Так ты думаешь, они пойдут до конца?

- Я считаю, они оба слишком дорожат Республикой, чтобы повернуть обратно.

- После того, как все это закончится и “Копье”, наконец, будет уничтожен, что должно приблизить конец этой войны, то не думаешь ли ты, что Терон, когда-нибудь, сможет простить меня?

Директор не ответил, вместо этого он просто допил свой стакан до конца.

- Одобряешь ли ты мое решение? - поинтересовался Джейс.

- Я, - заговорил Маркус, - считаю его правильным. Не знаю, смог бы я поступить так же. Однозначно, я не представляю, как любой из нас будет жить с этим.

Джейс схватил бутылку и снова наполнил стаканы.

- Принимать такое решение, очень тяжело, - согласился Верховный Главнокомандующий. - Но жить с этим еще тяжелей.

ГЛАВА 26

Склонившись над одним из нескольких релейных щитов, находящихся в машинном отделении “Копья Власти”, Терон, в очередной раз, вытер пот со лба, который уже был готов попасть ему в глаза, а затем с помощью слайсера подключился к очередному реле. Он начал проводить диагностическое сканирование подключенной к нему линии. Нужно было понять - к каким системам она была присоединена.

Терон прятался в машинном отделении с тех пор, как “Копье” оставило станцию “Корсар”. Он не сможет покинуть корабль до тех пор, пока тот вновь не пристыкуется, а попытка похитить спасательную капсулу могла привести к включению аварийной сигнализации, после чего капсулу просто бы уничтожили. К счастью, время, потраченное на пребывание в тесном и душном, пропахшем механизмами, машинном отделении, было потрачено не зря. Понимая, что ему в ближайшее время некуда спешить, Терон проводил время, пытаясь, как можно лучше, изучить устройство и особенности работы корабля.

Понять принцип действия каждой из основных систем было не сложно, но разобраться в десятках дублирующих их подсистем оказалось довольно сложно. Но эта изнурительная работа помогала составить полную картину работы всех систем, управляющих “Копьем”. Здесь не было, как таковой, единой Центральной сети управления, которая объединяла бы все системы в единое целое: каждая система имела свои каналы связи и управлялась по отдельным линиям, которые, так же, были связанны между собой и другими системами, что позволяло перенаправлять команды через другие линии, если что-то пойдет не так.

Его деятельность в машинном отделении оказалась изнурительной, но полезной, позволившей получить много полезной информации, и, одновременно, вызывающей тревогу и отчаяние. Сложность корабля была невероятна. Он являлся венцом экспериментальной программы вооружения Дарт Мекхис. В ССИ уже давно подозревали, что существует какая-то связь между кораблем и тем, кто им командует. Мекхис специализировалась на совместном использовании биологии и кибернетики. В результате этого, симбиотические возможности корабля превзошли все мыслимые и немыслимые ожидания.

Всякий раз, когда Терон подключался к основному компьютерному терминалу корабля, то его кибернетические имплантаты позволяли ему напрямую взаимодействовать с сетью. Но, по-прежнему, существовала преграда, четко разделяющая возможности пользователя при попытке управлять кораблем. Мекхис нашла способ разрушить эту стену, поэтому, когда Каррид командовала “Копьем”, то корабль становился ее частью … или, может быть, она становилась частью корабля. Они становились одним целым. Объединение давало ей возможность воспринимать и реагировать, почти мгновенно, во время боя, на показания систем и датчиков “Копья”, передающих информацию непосредственно в ее сознание, позволяя тут же мысленно реагировать на них.

Она, также, имела возможность получать полную информацию о состоянии всех судовых систем, когда вступала в командование кораблем. Терон старался быть очень осторожным, проникая внутрь корабельной сети, чтобы Каррид не смогла обнаружить его присутствие.

Даже, если Каррид не заметит вторжения, то у “Копья” было несколько защитных уровней, чтобы быстро изолировать и отключить внедренный вирус. Система блокировки вредоносных программ тут же перенаправляла потоки информации и команды в обход, по другим дополнительным линиям.

Единственное, что мог сделать Терон, чтобы повлиять на работу корабля - это активное проникновение в систему корабля, когда “Копье” вступит в бой, начав внедрять вирусы в систему управления. Это поможет оставаться на шаг впереди корабельной системы безопасности. Проблема была в том - как он сможет потом покинуть корабль, если придется внедрять вирусы во время боя, но в данный момент он старался не зацикливаться на этом.

Одной из положительных сторон было то, что уникальная компьютерная сеть “Копья” позволяла Терону подключиться к ней через его кибернетические имплантаты. Это позволяло действовать с максимальной эффективностью, давая возможность внедриться во все основные системы корабля, что не сможет сделать ни одна вирусная программа. Так же, он начал прослушивать переговоры Службы безопасности корабля, которые раздавались в его ухе.

- Говорит Красный патруль, - раздался голос. - На палубе Е все чисто. Переходим на палубу F.

Терон вздохнул и отключил слайсер от разъема реле, затем выпрямился и потянулся, разминая затекшие мышцы спины.

Прослушивание этих переговоров позволило ему отслеживать маршруты передвижения патрулей, которые Каррид послала, как только поняла, что атака Республиканского флота оказалась ложной. Терон понял, что патрули скоро начнут осматривать ту часть корабля, где он скрывался. Ему очень не хотелось прерывать работу, но настало время уходить, чтобы не быть обнаруженным.

Он подошел к люку из дюрастали и стал, не спеша, поворачивать штурвал, чтобы открыть его. Раздался резкий щелчок запора, и люк стал открываться с мягким скрипом шарнирных петель. Терон осторожно высунул голову в коридор, уверенный, что там никого нет, но рисковать не считал нужным. Единственным оружием оставался бластер, находящийся в кобуре униформы, но он не имел никакого желания стрелять из него после того, как его ствол был погнут при открывании люка.

К счастью, снаружи было пусто, поэтому он вылез и закрыл за собой люк, стараясь не шуметь. Внимательно прислушиваясь, двинулся вперед по коридору. Было маловероятно, что придется неожиданно с кем-нибудь столкнуться. На палубе G находилось машинное отделение, а на ее противоположном конце был расположен Командный пункт “Копья”. Помимо патрулей, сейчас тут никого не должно быть. Даже Каррид, предпочитала появляться здесь только тогда, когда собиралась вступить в бой.

На этой палубе находилось два турболифта: один рядом с машинным отделением, в сторону кормы, а другой рядом с Командным пунктом в носу. Только по ним можно было попасть сюда - на самый нижний уровень корабля. Терон знал, что патрули двигались от кормы к носу, поэтому, осторожно двинулся в противоположную от кормы сторону, подальше от турболифта, по которому попал сюда, когда впервые оказался на борту корабля.

Из-за больших размеров и неправильной формы гиперпривода и ионных двигателей, коридор от носа до кормы на палубе G не был прямым. На каждом повороте, Терон останавливался и осторожно выглядывал из-за угла, зная, что если его обнаружат, то ему будет трудно объяснить свое нахождение здесь. Двигаясь так некоторое время, он, наконец, добрался до турболифта в носовой части корабля. Дальше, где то в тридцати метрах, коридор, наконец, кончался, перегороженный большой герметичной дверью.

Терон знал, что за ней находится Командный пункт “Копья”, но он преодолел соблазн двинуться дальше. Находясь в машинном отделении, он мог осуществить задуманное, и не было никакого смысла рисковать, подвергаясь опасности, чтобы шпионить около входа в Командный пункт, удовлетворяя свое любопытство. Он ударил по кнопке вызова на панели турболифта, начав обдумывать свой следующий шаг, ожидая его прибытия. В своем ухе он слышал переговоры патрулей, и знал, что они проверили очередную палубу, находящуюся над ним.

Терон решил направиться на палубу C, где находились каюты экипажа. Он собирался найти пустую каюту, где намеревался заменить свою одежду на новую. Было необходимо, чтобы на него во время передвижения по кораблю, как можно меньше обращали внимания. Возможно, если повезет, то ему удастся поменять неисправный бластер. Но тот, у кого он позаимствует форму и оружие, вероятно, обнаружит это, и тогда могут возникнуть подозрения, что на борт корабля проник нежелательный пассажир. Последнее, что ему было нужно, так это очередной раунд облав на корабле.

Когда турболифт прибыл, он передумал, и решил, что будет лучше отправиться на палубу Е, где находилась прачечная. Там же, он собирался стащить, что-нибудь поесть из находившегося поблизости камбуза. Одетый в потную и неказистую одежду, Терон имел хорошие шансы, что на него не обратят внимания, поскольку те, кто там работал, обслуживая паровые гладильные доски, стиральные машины и электроплиты, на которых готовилась пища в кипящих котлах и кастрюлях, были чем-то похожи на него. Нажав кнопку, он сделал несколько глубоких вдохов, чтобы войти в образ, мысленно подготавливая ряд потенциальных оправданий и объяснений в случае, если кто-то застукает его при попытке позаимствовать униформу или, что-нибудь из съестного.

Выйдя из лифта, он увидел, что ему не о чем беспокоиться. Палуба E была полна кипучей деятельностью. Мужчины и женщины, в разных званиях, энергично перемещались взад и вперед по своим служебным делам. Они были слишком поглощены своими проблемами, чтобы обращать внимание на Терона. Никто из них не задался вопросом - “что тут делает этот капрал”? В своем ухе он слышал переговоры командиров патрулей, и по оценкам Терона, они уже успели осмотреть половину палубы F.

Пробравшись в прачечную, Терон схватил брюки и китель, посчитав, что они будут ему впору и засунул их под мышку. Осторожно, чтобы не вызвать подозрений, он направился в укромный уголок за одной из стиральных машин, нырнул за нее, и скинул с себя грязную одежду. Как только он облачился в новую форму, то был приятно удивлен, увидев, что теперь стал капитаном. Учитывая суровые наказания за неповиновение в Империи, он понял, что теперь, вряд ли кто-то ниже по званию захочет придраться к нему.

“Если бы я смог найти мундир Гранд-моффа, то мог бы отправиться на мостик и принять командование”.

Хотя это была всего лишь шутка, но она позволила Терону немного расслабиться. Если бы он смог, каким-то образом, достать взрывчатку, скажем, из Оружейной комнаты, то смог бы заминировать машинное отделение и нанести кораблю значительные повреждения. Эта идея, как быстро пришла, так быстро и покинула его голову, поскольку это было неприемлемо. Охрана в районе Оружейной комнаты должна быть гораздо жестче, чем здесь, даже офицер в его звании, решивший взять там несколько килограммов взрывчатки, должен был предъявить весомые аргументы, которых у него не было.

Решив придерживаться первоначального плана, он отправился в сторону камбуза, оставив свою снятую одежду в корзине наполовину заполненную грязным бельем. Как Терон и предполагал, рядовой и сержантский состав из мужчин и женщин сделали все возможное, чтобы не разглядывать его, когда он проходил мимо, выпятив грудь колесом, изображая, по его мнению, соответствующий уровень Имперского высокомерия и чванства.

На камбузе, несмотря на голодное урчание желудка, он сдержался, чтобы не попробовать того, что там готовилось. Вместо этого, он прошел в дальний конец, где на стеллажах хранились продукты, и взял там пару пакетов с пищевыми наборами. Юноша в одежде повара посмотрел на него с любопытством, но когда Терон недобро прищурился на него, то он моментально уставился в пол. Ничего не говоря, Терон со своей добычей двинулся к выходу.

Еще одно сообщение прозвучало в ухе - патрули безопасности завершили зачистку палубы F и двинулись дальше. Терон вышел обратно в коридор, направившись вдоль него в сторону кормы, к турболифту. Когда он добрался до него, то услышал очередной доклад от патрульной группы.

- Машинное отделение - чисто. Двигаемся дальше.

Он вызвал турболифт, вошел внутрь, и нажал кнопку, чтобы спуститься на палубу G, намереваясь вернуться туда, откуда начал свой вояж.

Когда он вышел из лифта, коридор был пуст, патрули уже ушли на противоположный конец корабля. Штурвал на люке повернулся на этот раз свободно, поскольку Терон, уходя, не стал его сильно закручивать.

Оказавшись вновь в машинном отделении, он снял с себя капитанский мундир и аккуратно свернув, положил на металлический настил мостика около люка. Туда же он положил бластер с погнутым стволом, слайсер и один из пакетов с реквизированной на камбузе едой. Вскрыл второй пакет и за несколько минут съел его содержимое. К тому времени, когда он закончил, то уже был весь в поту. Это было неизбежное зло, но, по крайней мере, его новая униформа не будет пропотевшей и грязной.

Взяв в руки слайсер, агент ССИ вернулся к трудоемкой задаче изучения всего, что можно выяснить об устройстве “Копья Власти”.