На втором году правления Чинсон[129], государыни Силла, весной, во второй луне, в деревне Сорянни сами собой сдвинулись камни.
Правительница Силла, которая долгое время была близка с князем Вихоном, всегда призывала его к себе для решения важных дел. Это она повелела Вихону вместе с Тэгу Хвасаном собрать песни народа Силла и составить книгу. Эти песни назывались хянга, «песни родины», а книга — «Собрание песен трёх поколений». Когда её близкий друг Вихон скончался, государыня пожаловала ему титул великого государя Хесона.
Но вскоре она тайно приблизила к себе двух или трёх молодых красавцев и предалась с ними распутству. Чинсон назначила их на важные должности и доверила всё управление государством. Из-за этого не было предела бесчинствам льстецов и угодливых любимцев, всюду процветало взяточничество, награждали тех, кто не имел заслуг, наказывали невиновных. Законы государства пришли в упадок.
И вот тут-то один человек, не называя своего имени, вывесил на большой дороге доску с вырезанными на ней словами, осуждающими нынешнее правление. Чинсон распорядилась найти сочинителя надписи, но отыскать его не удалось. Но кто-то подсказал ей, что это, верно, какой-нибудь недовольный чиновник, оказавшийся не у дел, а скорее всего, сочинителем может быть некий Коин, который скрывается в месте под названием Тэя[130].
Государыня повелела заточить Коина в столичную тюрьму, а затем предать его казни. Тогда Коин, полный негодования и обиды, написал на тюремной стене такие стихи:
Когда царевич Дань[131] жестоко был убит, радуга солнце пронзила.
А Цзоу Яня[132] обрекли на муки — иней летом поразил поля.
Хоть нынче горестей моих не меньше, чем случались встарь,
Но Небо мне не шлёт ни слова, всё так же безучастно синеет по утрам.
В тот же вечер внезапно сгустились тучи, сверкнула молния, ударил гром и хлынул дождь с градом. Перепуганная правительница тотчас же освободила Коина и отпустила его домой.