Пичхо[95], двадцать первый государь Силла, в год мучжин, в десятую годовщину своего восшествия на престол, приехал к павильону Чхончхон — «Небесному источнику». Тут к нему прилетела ворона, прибежала мышь, и они вдвоём заголосили что есть мочи. А мышь вдруг заговорила человеческим голосом:

— Государь, разыщи то место, куда полетит ворона!

А еще рассказывают, будто государь Синдок[96] собрался вознести молитву в монастыре Хыннюнса и увидал по дороге стаю мышей. Каждая из них держалась зубами за хвост предыдущей. Государь встревожился и повернул выезд, чтобы узнать у гадателя, что это означает. И было ему сказано: «Завтра разыщи, куда полетит ворона, которая каркнет самой первой», и т. д. Но это — совсем другая история.

Государь приказал возничему следовать за вороной. Они двинулись на юг и приехали к деревне Пичхон. А там дрались две свиньи. Государь остановился, засмотрелся на драку и потерял ворону из виду. В растерянности он ходил у края дороги. Тут из пруда вышел какой-то старец с письмом в руках. На нём было начертано: «Открой — увидишь, как умрут двое, не откроешь — умрёт один».

Посланный государем слуга взял письмо и вручил государю. Государь сказал:

— Чем двоим умирать, лучше не открывать письма. Умирать — так уж одному!

Но придворный астролог почтительно доложил:

— Два человека — простолюдины, один человек — это государь.

Тогда государь взял и развернул письмо, а в нём было сказано:

«Стреляй в футляр от комунго!»

Государь вошёл во дворец, увидел футляр от комунго и пустил в него стрелу — разом поразила стрела монаха, что возжигал курения во внутренних покоях, и одну из своих жён, тайно соединившихся и предававшихся распутству во внутренних покоях дворца. Так были казнены два человека.

С тех самых пор по обычаям государства каждую первую луну в день свиньи, день мыши и день лошади люди опасались что-либо делать и не осмеливались выходить из дома. А пятнадцатый день стали считать днём вороны и приносить ей в жертву блюдо из клейкого риса. И так это сохранилось до сего времени. А тот пруд, из которого вышел старец, высочайшим указом стали именовать Сочхульджи — «Пруд, из которого явилось письмо».