Но важно другое: так или иначе, но эта первая кавалерийская атака с безразмерным перечнем объектов, предназначенных к переводу на режим СРП, даже и подкрепленная "очередным наступлением на противников и сомневающихся", успехом не увенчалась. Первой попытке Правительства вывести наши ценнейшие месторождения полезных ископаемых оптом из национального режима недропользования нам удалось воспрепятствовать. Но иллюзий не было. Никто не сомневался, что за этим провалом последуют новые "ходы" - слишком велика цена вопроса.

ЗА ЧТО В ПРИЛИЧНОЙ КОМПАНИИ БЬЮТ КАНДЕЛЯБРОМ

После неудачи с первым перечнем Правительство предприняло вторую попытку - внесло новый законопроект "О перечне...", правда, с уже почти вдвое меньшим количеством объектов. Однако наши (Счетной палаты) специалисты сразу же обнаружили, что количество объектов уменьшилось лишь на бумаге - они были просто сгруппированы под общими названиями. На деле же количество месторождений и участков недр в перечне было напротив - увеличено.

То есть мы столкнулись с прямой попыткой введения депутатов и общества в заблуждение. Первый правительственный перечень содержал 250 месторождений и участков недр, новый, "сокращенный" вариант- 127 объектов. Но в первом перечне были месторождения и участки недр, во втором - только "участки недр", в которые, как выяснилось, объединили группы участков и месторождений. Реально же исключено из проекта было 30 объектов, но добавлено - 37. Соответственно, по исходно использованной Правительством системе обозначения в новом перечне было уже 257 объектов!

И еще одна хитрость. Новый перечень Правительство разделило на две части - в первую часть было выделено 49 объектов, по которым соглашения могли бы заключаться уже в текущем 1997 году. Но при экспертизе этого нового проекта мы показали суть уловки: из предложенной Правительством в законопроекте нормы никоим образом не следовало, что в том же 1997 году нельзя заключать соглашения и по любым объектам из второй части перечня или даже по всем объектам вместе...

Кроме того, и по "первоочередным" 49 объектам никаких расчетов Правительством также представлено не было. И мы указали, что если в пояснительной записке к законопроекту Правительство привело некие цифры поступлений в бюджет при действовавшей налоговой системе и в режиме СРП, то оно должно обосновать эти данные соответствующими расчетами и представить их по запросу в Счетную палату. Но нам - Счетной палате- Правительство заявило, что расчетов ... не имеет. Тогда откуда же эти данные?...

Министр природных ресурсов утверждал, что для проведения требуемых расчетов нужны миллионы долларов. Но понятно, что не проведя вовремя расчетов стоимостью в миллионы долларов, можно затем потерять миллиарды. Если цель - протащить сразу 257 объектов, то на подготовку обоснований, конечно, не хватит никаких денег...

И в любом случае, если Правительство приводит какие-то данные, но не может представить расчета этих данных, значит все либо взято "с потолка", либо представлено заинтересованной стороной - потенциальным "инвестором". Разве мы так богаты,- чтобы полагаться на расчеты лишь заинтересованной стороны или вообще обходиться без них?

Счетная палата в Заключении на новый законопроект вновь предложила действовать поэтапно, детально рассматривая обоснованность перевода на режим СРП каждого месторождения. Ибо цена любой ошибки здесь столь велика, что никакая массовая кампания в этом, разумеется, недопустима.

И, надо отдать должное той Государственной Думе - новый перечень тоже не прошел. После чего Правительству все же пришлось перевести этот процесс в тот режим, который подразумевался нами в конце 1995 года в согласительной комиссии между палатами Парламента и на котором теперь мы настаивали уже от имени Счетной палаты - в режим внесения в Думу отдельных законопроектов по каждому месторождению или хотя бы по небольшим группам месторождений.

Таким образом, попытку перевести на режим СРП все сразу и оптом удалось пресечь.

Глава 4.

НЕМНОЖКО О ЛИЦЕМЕРИИ СМИ

О ЧЕМ ГРАЖДАНЕ УЗНАТЬ НЕ МОГЛИ

Как мне уже приходилось отмечать выше, одна из главных трудностей нашего (противников безоглядного и массового перевода российских недр на режим СРП) положения заключалась в том, что основные средства массовой информации постепенно, похоже, оказались ангажированы непосредственными заказчиками этого супер "гараж-сейла" или их представителями-лоббистами. Большинство центральных СМИ регулярно печатали материалы о том, что Парламент "саботирует усилия Президента и Правительства" по привлечению в страну подлинно масштабных инвестиций. Особенно усердствовали газеты "Сегодня", "Известия" (вкладка "Финансовые известия"), "Коммерсант", "Московские новости" (в том числе сначала вкладка "МН-бизнес", а затем и отдельно "Бизнес-МН"). Последнее издание договорилось до того, что, оказывается, это мы - своими включенными в закон поправками - ведем к "росту коррупции и хаосу" ("Московские новости", №1,1996)...

Стоит отметить, что представители так называемых "инвесторов" зачастую тоже не стеснялись выступать в СМИ в откровенно ультимативной форме по отношению к Парламенту России. В качестве примера можно привести совершенно недопустимое по тону выступление по нашему радиоканалу "Маяк" представителя Торгово-промышленной палаты США в период между одобрением скорректированного варианта закона Советом Федерации и его подписанием Президентом...

В то же время опубликовать какой-либо развернутый материал, представляющий точку зрения, альтернативную этому "великому походу инвесторов" на Россию- было чрезвычайно сложно. И потому каждую, даже единичную подобную публикацию мы рассматривали как определенный прорыв в информационной блокаде и предпринимали усилия по пропаганде и распространению соответствующих изданий, прежде всего там, где принимались решения - в Государственной Думе.

В качестве примера таких "прорывных" публикаций можно привести мою статью "Новое поле для коррупции" в газете "Труд" от 2 сентября 1995 года. За весь трехмесячный период противостояния между Думой и Советом Федерации по закону о СРП это была единственная (!) подобная публикация в центральных СМИ, представлявшая альтернативную точку зрения.

И после принятия скорректированного нами в согласительной комиссии варианта закона ситуация не улучшилась. Из центральных изданий единственным, в котором хотя бы в порядке дискуссии можно было изложить нашу точку зрения, была "Независимая газета" В.Третьякова (мои статьи "Не надо пугать иностранцев и запутывать своих" (28.12.95) и "Кандидатом от такого "Яблока" я не буду" (16.01.96), а также публикации других авторов).

Из более поздних публикаций стоит отметить мою статью в журнале "Металлы Евразии" - издании узко специализированном и потому, конечно, не влияющем на общественное мнение. Но, повторю, каждая такая публикация, пусть даже в сугубо профессиональном издании, тем не менее, расширяла круг людей, увидевших и осознавших масштабы нависшей над страной опасности.

Статья в журнале "Металлы Евразии" приводится ниже мелким шрифтом только для особо интересующихся, так как в ней вы встретите в том числе и то, о чем уже узнали из этой книги. Но, тем не менее, статья все же приводится полностью - именно как образец того, что категорически не допускалось к опубликованию в более широко распространяемых и популярных изданиях. И, соответственно, как пример того, о чем граждане должны были бы составить свое представление еще тогда - в 1996-1997 гг., но не могли.

ДОКУМЕНТ: Статья в журнале "Металлы Евразии" №2(8) за 1997 год.

"О СОГЛАШЕНИЯХ О РАЗДЕЛЕ ПРОДУКЦИИ - БЕЗ ЛИШНИХ ЭМОЦИЙ"

"Последнее предупреждение"

Средства массовой информации сообщают, что в Государственную Думу направлено последнее предупреждение:

если в ближайшее время Думой не будет принят закон о не-ком перечне месторождений, допускаемых к переводу на режим соглашений о разделе продукции, - разработка месторождения такого-то откладывается на неопределенное время... В чем же суть проблемы?

Летом 1995 года Государственной Думой был принят Закон "О соглашениях о разделе продукции". Этот закон предусматривал, что кроме предоставления участков недр в разработку на основе лицензии (в соответствии с законом "О недрах"), Правительству давалось право передавать месторождения и участки недр на основе соглашений о разделе продукции (СРП).

В отличие от лицензионного механизма, СРП предполагает заключение между государством и инвестором- как равными сторонами- гражданско-правового соглашения. При этом большинство налогов и платежей отменяется, все затраты инвестора компенсируются нашим сырьем, оставшееся прибыльное сырье делится между государством и инвестором. Соглашения могут заключаться на 25- 50 лет, и при этом допускается отказ от юридического иммунитета Российской Федерации - спорные вопросы могут решаться в судах других стран в соответствии с нероссийским законодательством. Таким образом, принципиальное отличие СРП от лицензионного порядка в том, что, если допущена ошибка или невыгодные для страны условия заложены из-за корысти чиновников, исправить ошибку будет невозможно.

Поэтому интерес и пристальное внимание верхней палаты Парламента к этому закону были понятны и обоснованы: достаточно ли защищены при переходе на такую систему долгосрочные интересы России? Только на пленарных заседаниях Совет Федерации рассматривал закон четыре раза. И, несмотря на давление Правительства и средств массовой информации ("нехорошие" депутаты Совета Федерации препятствуют золотому дождю инвестиций), закон отклонил. Думе было предложено создать согласительную комиссию.

Я был тогда сопредседателем согласительной комиссии от Совета Федерации и помню, как тяжело шла работа. Начать хотя бы с того, что И.Рыбкин, бывший в то время Председателем Думы, в течении одного дня три раза ставил на голосование преодоление вето Совета Федерации, не дав представителям верхней палаты Парламента даже одной минуты для объяснения причин отклонения закона. К счастью, преодоление вето не прошло, и Дума согласилась на создание согласительной комиссии. Кстати, уже после этого Дума еще несколько раз возвращалась к вопросу о преодолении вето Совета Федерации, но столь же безрезультатно.

В процессе работы согласительной комиссии довольно быстро стало ясно, что большинство депутатов Думы просто не обратили на этот закон изначально достаточного внимания: раздел продукции - что-то узкоспециальное, технологическое. При обсуждении замечаний Совета Федерации с большинством из них члены согласительной комиссии и от Думы вынуждены были в той или иной степени согласиться.

В частности, нам удалось на пути массового перевода недр на режим СРП поставить эффективные фильтры парламентских процедур. Одна из них - утверждение федеральными законами ключевых соглашений: по шельфу, в особой экономической зоне и всех заключаемых без конкурса. Но этому предшествует еще и другая процедура - режим СРП вообще может распространяться не на любые объекты, а лишь на те, что включены в специальный перечень, принимаемый федеральным законом.

И здесь мы возвращаемся к "последним предупреждениям" Думе, озвучиваемым через средства массовой информации. И становится ясно, что ничто не откладывается. До тех пор, пока конкретное месторождение не включено в перечень федеральным законом, пока последовательно Государственная Дума, Совет Федерации и Президент не дали на это своего согласия - вообще не о чем говорить. Ибо неизвестно: будет ли когда-нибудь это месторождение включено в перечень, или же Парламент не даст на это своего согласия и сочтет, что для перевода этого месторождения на режим СРП нет достаточных оснований, что оно вполне может и должно разрабатываться на основе лицензионного механизма.

Крупным оптом...

Но пока Парламент обвиняют в том, что он до сих пор не дал своего согласия ни по одному месторождению. Оправданы ли такие обвинения?

Для того и фильтр парламентской процедуры, чтобы пропускать не все. Перевод каждого объекта на СРП - не от хорошей жизни. Такой отказ от использования национальной лицензионной системы может быть оправдан только в одном случае: если есть месторождение с особо сложными условиями, с особо высокими рисками, требующее финансовых ресурсов и технологий, которые мы иначе не получим. И если есть иностранные инвесторы (солидные фирмы-инвесторы, а не посредники из оффшорных зон!), не доверяющие России в силу нашей неразберихи, согласные участвовать в конкурсе и, в случае победы, взяться за разработку участка, но - только на условиях СРП.

Таким образом, предложение о переводе каждого участка недр на СРП должно быть тщательно обосновано. Должно быть доказано, что этот участок не может быть разработан иначе, причем не только в условиях нынешней налоговой системы, но и в условиях более льготного налогообложения без перехода на СРП.

Что же делает Правительство? Вносит законопроект "О перечне...", состоящий из наименований ... сразу 250 место рождений и участков недр - без каких-либо обоснований. Может ли в этих условиях ответственный член Парламента проголосовать "за"? Очевидно, что нет. И не потому, что он "Противник СРП" или еще что-нибудь в этом роде. Просто он не имеет возможности оценить даже ближайших последствий таких действий для бюджета, и тем более долгосрочных последствий для экономической безопасности.

В этих условиях логичным было поручение Думы Счетной палате (являющейся по закону не только контрольным, но и официальным экспертным органом, работающим по поручениям и обращениям нашего Парламента): провести финансовую экспертизу законопроекта "О перчне...". Правительству же поручалось представить Счетной палате все необходимые материалы.