В предутренней мгле, как мираж,

Клубилась овечья отара,

А мы проезжали Сиваш

И темные воды Чонгара.

И словно забытый мотив,

Ко мне, как во сне, вперебивку —

Сугробы,

             Петровское,

                                тиф,

Из Крыма — отец на побывку.

Он молод,

Он наш и не наш,

И с ним из неведомой дали

Два слова —

                  Чонгар и Сиваш —

Возникли и в душу запали.

Травой порастает трава.

С отцами прощаются дети.

Но эти седые слова

Звучат, как приказ на рассвете.