Се – жандарм грядет во полунощи,

И блажен муж, его же обрящет бдяща!

Кольми паче блаженна бдящая жена,

«Литературу» в печке сожегшая,

Шрифт и браунинги в речку спустившая,

Во сретенье жандарма чистосердне уготованная!

Не ворвется он к ней в спальню, гремя шпорами,

Не поднимет с постели полуголую,

Не покажет понятым тело белое.

Если треснет нагайкою, – не по нагим плечам,

Не поставит босыми ногами на холодный пол,

Не принудит в развращенном виде перед

ним стоять,

На допросе неумытном ответ держать —

Во единой ночной рубашечке

Под открытою форточкою.

Лишь велит он у жены благоразумныя

Понятым пошарить за пазухою,

Поискать крамолы под юбками —

Не таит ли умысла противу самодержавия, —

Да прикажет протокол подписать:

«Всем довольна, не имею претензии!»