Случилась эта история в давние времена в окрестностях горы Ишань. Рос там когда-то большой и густой лес. И пришёл в те края один юноша по имени Ян У, то есть Ян Пятый. Добрый был Ян, простодушный и честный. Раньше жил он с матерью на самом берегу Желтой реки, но произошло наводнение и остались они без жилья, хорошо хоть сами уцелели. Взяли они с собой коромысло, оставшееся после бедствия, и забрели в горы Ишань. Построили небольшую хижину из веток да палок и стали в ней жить.

Прежде Ян У рыбаком был, рыбу ловил на реке, а теперь взялся за топор и принялся хворост рубить, да на спине вязанки таскать. День за днём рубил юноша хворост, но никак не мог весь лес обойти, такой он был огромный.

Наступила осень. Покраснела листва на пробковых дубах, тополя стали золотистыми, а на соснах как были иглы зелёными, так зелёными и остались. Идёт Ян по лесу, уже много хвороста нарубил, а всё дальше идёт. И сам не заметил, как забрёл в самую чащу леса, где человечья нога и не ступала. А там множество деревьев хурмы растет. Висят спелые плоды, качаются на ветках. Взобрался Ян на дерево, нарвал спелых плодов хурмы и домой пошёл.

Не успел в дом войти, как закричал с порога:

– Матушка! Смотри скорее, что я принёс! Будем вино настаивать к празднику!

А мать смотрит на сына и радостно ей, что сын такой весёлый сегодня.

И, правда, получилось у них к Новому году вино на хурме настоять. А какое оно было густое и ароматное, словами и не расскажешь! Вот подошла новогодняя ночь, мать тогда и говорит:

– Плохо у нас с едой, ни риса, ни масла нет, а овощей совсем чуть-чуть осталось, неси-ка ты корчагу с вином, хоть вином угостимся в праздник.

Принёс юноша вино и стал его подогревать, полетели клубы ароматного пара, во все стороны. Не успел Ян вино в рюмки налить, как в дверь постучали. Переглянулись юноша с матерью, и пошёл Ян гостю дверь открывать. Появился на пороге незваный гость. Смотрят на незнакомца хозяева, удивляются, кажется им вроде бы, и видели где-то это лицо тёмно-красное, сверкающие глаза, да не могут вспомнить, где именно. Сел юноша незнакомец за стол, смеётся и сразу видно, хочет он вина попробовать. А мать и сын незваного гостя не прогоняют, праздник же всё-таки, Новый год наступает.

Тут мать и говорит:

– Что ж, давайте вместе Новый год встречать.

Налил Ян гостю вина.

А юноша стал вино нахваливать:

– Какой аромат! Какой запах!

Приятно Яну, что его вино хвалят, он и говорит:

– А ты попробуй на вкус каково!

Пригубил юноша вино и выпил с наслаждением, а потом сказал:

– Прекрасное вино!

По нраву Яну слова гостя, он ему ещё налил вина, потом ещё и ещё. Разговорились они и не заметили, как утро наступило. Выглянул в окно, вскочил юноша и говорит:

– Зажги, братец, в полночь фонарь я и приду.

Произнёс эти слова и умчался проч.

На следующий вечер, вспомнили мать с сыном слова гостя, Ян тогда и говорит матери:

– Матушка! Пойду я фонарь зажгу!

– Нет, сынок, у нас масла, зажги тогда сосновую ветку.

Зажёг Ян сосновую ветку и пошёл гостя встречать. Вышел за ворота, осветил дорогу, смотрит, и диву даётся. Возле ворот чего только нет: и еда разная, и зерно в мешках и материи целый ворох. Тут и юноша появился, машет Яну рукой.

А Ян не может понять, откуда столько добра свалилось, говорит:

– Братец, посмотри, какие чудеса творятся на Новый год!

Выбежала мать за ворота, смотрит и спрашивает:

– Откуда это всё, сынок?

А гость стоит, улыбается и говорит:

– Матушка, это я всё принёс для вас. А для тебя, братец, есть у меня особый подарок. И достал он золотую пластину.

А потом и говорит:

– Возьми, братец. Нашёл я эту пластину у горы злого дракона. Много там таких пластин, но не просто их взять, потому, как злой дракон эту гору охраняет.

Взял Ян подарок, поблагодарил гостя за всё и в дом приглашает, а юноша и говорит:

– Рад бы я опять с вами посидеть да не могу, может, потом повеселимся.

Исчезла улыбка с лица Яна, он и говорит:

– Ладно, раз так, только скажи, как тебя найти?

Отвечает ему гость:

– Найти меня не трудно: как войдёшь в лес, пройди сто шагов повернись на запад и крикни трижды: «Гэ-гэ-старший братец!» Я к тебе и прибегу.

Спустя какое-то время снова наступил праздник – пятнадцатый день Нового года. Приготовила мать разных угощений, а Ян смастерил два красных фонарика. А потом Ян и говорит матери:

– Праздник сегодня, надо бы гостя позвать.

Мать отвечает:

– Конечно, позови, зря, что ли я столько угощения приготовила?

Подхватил Ян старое коромысло, повесил на него два красных фонарика и отправился в лес. Пришёл, повернулся на запад и давай шаги считать. Отмерил Ян сто шагов и прокричал трижды:

– Гэ – гэ – старший братец! Гэ – гэ – старший братец! Гэ – гэ – старший братец!

Не успело ещё эхо утихнуть, а юноша уже тут как тут. Подошёл к нему Ян и обнял как родного брата.

Вернулись они домой вместе. Матушка уже успела соевых фонариков слепить и зажгла их, как того требовал обычай. Побежали весёлые огоньки по всему дому, радостно стало, празднично. Сели все за стол, наелись, напились вдоволь. Разговорились, тут мать и говорит юношам:

– Слышала я от людей, что в Янчжоу пятнадцатого числа первого месяца каждый год люди с разноцветными фонариками выходят на улицу гулять. Так оно на самом деле или нет, не знаю.

Отвечает ей сын:

– Да и я слышал, матушка, что лучше, чем в Янчжоу, разноцветных фонарей и нет нигде на белом свете.

Тут и гость говорит:

– Говорите в Янчжоу много разноцветных фонариков на улицах? Что ж, почему бы нам туда не отправиться и не полюбоваться ими?

А мать смеётся и говорит:

– До Янчжоу много тысяч ли, как мы туда в этот вечер попадём?

А гость подмигнул и говорит:

– Мигом домчимся! Садись, братец, ко мне на спину. Посмотрим, вернёмся, ещё и выспаться до утра успеем!

Вышли они из дома, смеясь, Ян забрался на спину юноши, сделали они так несколько шагов и исчезли. Смотрит мать, нет их нигде, только снежинки белые во дворе кружатся, да огоньки от фонарей мерцают.

А юноши тем временем уже в Янчжоу оказались. Смотрят – вокруг дома старинные возвышаются, река течёт, словно зеркало – гладкая и чистая. А на всех мостах и больших улицах горят фонарики разноцветные. От света этих фонарей в городе светло как днём. Качаются сотни фонариков на ветру, и золотыми, красными своими лучами с лунным светом пересекаются. И множество людей толпятся на улицах и смотрят, затаив дыхание на это удивительное зрелище. Да и на что только не похожи эти фонарики: тут и рыбки золотые, и бабочки разноцветные, и цикады, и лотосы и даже львиную голову увидишь!

Любуются юноши фонариками, гуляют по городу, так и незаметно до моста из белого нефрита дошли. А народу на том мосту – не протолкнуться. Видно все какую-то невидаль рассматривают. Подошли юноши поближе и увидели два фонаря – две утки-неразлучницы, а на тех на фонарях необыкновенные цветы вышиты.

Смотрит Ян У на эти удивительные фонари, а сам думает: «Какой же мастер умелый такое чудо сотворил»!

Прислушался и все вокруг мастера хвалят, но оказалось, что не мастер это вовсе, а мастерица, и зовут её Цуй-цуй. Она дочка господина Ли, уважаемого жителя этого города. «Если она такая мастерица, – думает Ян, – значит, и ума ей не занимать». Ян мог бы вечно любоваться прекрасными фонарями, но старший братец взял его за руку и они оба стали выбираться из толпы.

Вывел юноша Яна в тихое место и спрашивает:

– Хочешь, отведу я тебя к той мастерице, что уточек на фонарях вышила?

Ян выпучил глаза и говорит:

– Разве можно? Она ведь нас не знает, да и в дом не впустит!

Отвечает юноша:

– Не бойся, и от меня не отходи.

Привёл юноша Яна к большим каменным воротам, дал ветку с зелёными листочками и сказал:

– Держи эту ветку, она сделает тебя невидимым.

Прошли они незамеченными через ворота, через парадный зал, через покои и оказались во внутреннем дворе. А там, в углу стоит небольшой домик. Вошли они в тот домик, смотрят – везде зеркала развешаны, ящичков всяких видимо-невидимо. А на кровати девушка сидит. Увидел её Ян и обомлел, до того она была собой хороша.

А Цуй-цуй действительно редкой красавицей была. Но разглядел Ян не только красоту этой девушки, но и бесконечную грусть в её глазах. Вздохнула тут девушка и говорит сама себе:

– Ах, отец, только и слышу от тебя, что подобрал ты мне пару подходящую из уважаемой семьи, а меня и слышать не хочешь, что я об этом человеке думаю.

Промолвил тут юноша:

– Не горюй, красавица, я тебе хорошего жениха привёл.

А девушка оглянулась по сторонам, видит, что нет никого, но не испугалась и спокойно так спрашивает:

– Кто здесь? Назовись, кто ты – злой дух или бессмертный святой?

А юноша и говорит:

– Не тот и не другой! Да ты только посмотри, какого я тебе жениха привёл!

Сказал и тут же забрал ветку из руки Яна.

Взглянула девушка, а перед ней пригожий юноша стоит. За такого и замуж пойти можно. Но кто, же её выдаст за него, уж точно не отец с матерью. И грустно ей и радостно одновременно. Смотрела она на юношу, смотрела да и спрашивает:

– Как зовут тебя, юноша? Из каких ты мест, и как сюда попал?

Поведал Ян У красавице всё, как есть, ни о чём не умолчал. Хотела она ещё о чём-то спросить, но вдруг они услышали шаги на лестнице. Оглянулся юноша – нет братца, схватил ветку-невидимку, и тут же служанка в комнату вошла. Показалось служанке на лестнице, что говорит с кем-то Цуй-цуй, но в комнате никого кроме хозяйки не увидела.

Пришлось Яну в комнате Цуй-цуй ночевать.

Утром принесла служанка девушке завтрак. А Ян У ветку не отпускает, а сам завтракает вместе с Цуй-цуй, и поел с ней из одной тарелки и попил. Только не наелись оба.

А Цуй-цуй и говорит служанке:

– Хороший аппетит у меня сегодня, принеси-ка ты мне на обед побольше еды.

Поклонилась служанка, ушла, а на обед тройную порцию еды принесла. Цуй-цуй и Ян У тут же всё съели. Удивляется служанка, не понимает, что это на хозяйку такой голод напал. Но на ужин она опять еды на троих захватила. И тут же всё было съедено.

Когда это продолжилось ещё несколько дней, тут уже старая госпожа забеспокоилась, что с дочерью. Показалось ей странным и то, что дочь, как поест, сразу же дверь за собой запирает. И за все эти дни она ни разу комнату не покинула, не улицу гулять не вышла. Решила старая мать поговорить с дочерью, стала подниматься по лестнице тихонько, вдруг слышит – голос мужской из комнаты дочери раздаётся. Разгневалась мать и велела тут же дверь ей открыть. Ворвалась она в комнату, смотрит – нет никого, только дочь одна рукодельничает. Стала мать выспрашивать у дочери, что это значит. А Цуй-цуй отвечает:

– Послышалось тебе, матушка, не было здесь никого!

Но мать не поверила девушке, стала тщательно все углы обыскивать, но никого не нашла. Спустилась тогда госпожа к служанке и стала её допрашивать. Бедная служанка что знала, про то и рассказала.

После ужина рассказала старая госпожа обо всём своему мужу. Как услышал это господин Ли, так даже позеленел от злости, рассвирепел, кричит, что мол посадит дочь в погреб и кормить запретит. А матери жалко дочь, стала она спорить с мужем. Такой крик да шум подняли, что старший их сын прибежал узнать, в чём дело. Встал он у дверей родительской спальни и выведал всё, что хотел узнать. Вернулся он в свою комнату, рассказал всё своей жене и говорит со злостью:

– Убить её надо, и всё!

А невестка скривила свои губы и говорит с презрением:

– Зачем сор за ворота выносить? Пойдут потом по городу разговоры, поползут слухи, где дочка Ли, да что с ней. А нам эти разговоры ни к чему, мы ведь уважаемая семья в городе! Давай лучше сами, подожжём её дом, а другим скажем, что её небесный огонь покарал. Потом похороним её и делу конец.

Согласился старший брат Цуй-цуй со своей коварной женой и решил тёмной ночью поджечь дом сестры.

Наступила ночь. Ян У и Цуй-цуй проснулись от едкого дыма, открыли дверь, смотрят – вся лестница сгорела, огонь уже к комнате подбирается. Страшно стало молодым людям, что делать не знают. Подумал Ян о своём названном старшем братце и стал его звать:

– Спаси нас братец! Спаси нас братец!

Вдруг, откуда ни возьмись, появилась громадная птица в окне. Не раздумывая, взобрались Ян и Цуй-цуй к ней на спину. Расправила птица свои крылья и взмыла в небо, унося из этого города юношу и девушку.

Долго летела птица и приземлилась только в Ишаньских горах, у ворот дома Ян У. Спустились беглецы с птичьей спины, а она тут же в юношу превратилась.

Узнал Ян У этого юношу и говорит:

– Это ты, братец, мой?

Отвечает ему юноша:

– Помог я тебе, братец, а теперь мне пора.

Сказал он так и умчался в густой лес.

Повёл юноша в дом свою красавицу, а матушка уже все слёзы по сыну выплакала, тревожась за него. Но как увидела она сына, да ещё и жену красавицу в дом привёл, от радости и слова вымолвить не может. Кинулась она их обнимать да целовать. Рассказал сын своей матери, где был, и как жену нашёл. Слушает мать и удивляется, а сама то на сына, то на невестку поглядывает.

Вот и весна подошла. Отправился Ян в лес за хворостом, идёт и любуется зеленеющими веточками тополей, красно – розовыми ветками абрикосового дерева. Прошёл Ян в самую чащу леса, забрался на большой старый дуб, чтобы сухие ветки обрубить. Тут сильный ветер налетел, чуть не сорвался юноша с ветвей. Схватился он за толстые ветки, чтобы ураган его не унёс. А вслед за ураганом чёрные тучи налетели. И из тех туч чёрный дракон на землю спустился. Загрохотал гром, молния сверкнула. Сидит Ян на дубу и видит, как дракон стал к старой сосне подбираться. Пригляделся юноша, а под этой сосной его названный братец стоит, с драконом сражается. Только выпустит дракон молнию, братец тут же её взмахом руки гасит. Но всё ближе и ближе дракон к нему подбирается, вот-вот погубит. Испугался Ян за братца, размахнулся да и швырнул изо всех сил топор в голову дракону. Заметался от боли дракон, а братец подскочил и добил своего врага.

Спустился Ян У с дерева, подбежал к своему названному братцу, а тот и говорит:

– Спасибо тебе, младший братец, что помог мне злого дракона с горы Эрлуншань одолеть! Если бы не ты он бы меня жизни лишил! Понял я, что ещё не научился сражаться, как следует. Прощай, братец, пойду я бродить по всему свету обретать знания, которые ещё не постиг.

Не хотелось Яну своего братца в дальний путь отпускать, но делать нечего, раз он так решил. Только спросил он его напоследок:

– Скажи мне, старший брат, кто ты: человек или бессмертный святой?

Улыбнулся юноша и так ему ответил: