На удивительно прекрасном острове Корсика, окутанный пряным ароматом цветущих трав, кустарников и деревьев, уютно устроился городок Виджанелло. В нем жили сильные и очень красивые люди, которые умели любить.

Родились и выросли в этом городке Мариучча и Маттео. Девушку люди считали самой красивой на Корсике, а Маттео среди юношей отличался ловкостью, силой и отвагой. Никто не удивился, когда узнали, что Мариучча и Маттео полюбили друг друга. Великолепная пара! Дружно две семьи влюбленных, да и весь город Виджанелло, стали готовиться к веселому и счастливому событию – свадьбе. Родители влюбленных Мариуччи и Маттео приготовили для гостей настоящий пир! Приготовленные по корсиканскому обычаю, с ароматными специями, молодой ягненок, несколько баранов, зажаренные, с румяной корочкой, кролики и куропатки – яства были расставлены на столах. Две корзиночки со сластями выставлены были на стол перед женихом и невестой. Так принято! После обильного свадебного застолья виновники торжества – жених и невеста – всегда осыпают друг друга медовыми лакомствами из корзинок. Тогда жизнь их, дом и семья будут счастливы и богаты.

Гостей собралось много – заполнили весь двор, а по улицам все шли и шли новые. Всем хотелось поздравить Мариуччи и Маттео, пожелать им счастья.

Неожиданно, из-за поворота на улицу вылетел на взмыленном коне всадник. Он кричал одно-единственное слово, но оно заставило сердце каждого сжаться и замереть от ужаса: «Сарацины!» Вместо того чтобы сесть за свадебный стол, люди заметались, пытаясь найти хоть какое-нибудь укрытие. Конь унес кричащего всадника дальше по улице, а со стороны холма, у подножия которого так уютно расположился городок Виджанелло, послышался тревожный, звенящий голос Коломбо и Пеллико. Две большие морские раковины звучали только в минуты опасности. Дозорные, для которых было честью быть рядом с раковинами, когда городу грозила беда, с их помощью предупреждали корсиканцев. Голоса Коломбо и Пеллико сзывали сынов и дочерей Корсики защищать родной остров от врагов. Эти голоса заставляли тревожно биться сердца и безусых юношей, и мудрых седых стариков. Каждый из них, а тем более взрослых и крепких мужчин, честью и жизнью своей отвечал за свободу родины, женщин, стариков и детей. Земледельцы и виноделы, пастухи и кузнецы превращались в воинов. И не было среди них ни трусов, ни предателей. Никогда!

Не успели еще смолкнуть звуки поющих раковин, мужчины мгновенно превратились в воинов. Оружие каждый хранил дома. С тоской и болью, словно прощаясь навсегда, смотрели вслед своим защитникам жены. Они прижимали к груди малышей, дети постарше прятались в широких юбках матерей. И только мальчики провожали отцов горящими взорами юных воинов.

Мужчины устремились к берегу моря, где высаживались сарацины. Их было много, очень много. Гораздо больше тех, кто готов был умереть, но защитить от нашествия свой родной город, свои семьи и дома. Маттео был среди первых, кто достиг кромки моря. Такой кровавой битвы не припомнят даже старики. На одного защитника Виджанелло приходилось по десять сарацин. Словно саранча, сарацины облепили каждого воина, а те отбивали атаки до последнего вздоха. Все было кончено – погибли почти все защитники Виджанелло, а кто остался в пыли, истекая кровью из рубленых ран, завидовали мертвым. Тьма сарацин ринулась на город, грабя дома и убивая всех на своем пути. Плакала Корсика кроваво-серебристыми слезами неведомо откуда взявшегося на солнечном острове дождя. Маттео лежал под смоковницей. Ветви, которые в полуденный зной спасали от жгучих лучей солнца, теперь брызнули на него капельками дождя. Юноша очнулся, но лучше бы он оставался в беспамятстве, умирая от глубоких ран.

Мимо смоковницы, укрывшей умирающего Маттео, дикой толпой шли сарацины. Они были нагружены награбленным в Виджанелло добром. Захватчики спешили перенести на свои корабли то, что отняли у жителей города. Молодых и красивых женщин сарацины захватили в плен, связали одной веревкой и вели на берег. Среди невольниц была и Мариучча. Самую красивую девушку забрал для себя предводитель сарацин. Отчаяние заставило Маттео позабыть о боли, терзавшей его израненное тело, и он попытался вскочить, сжимая меч в руке. Слишком много потерял крови – силы покинули воина, и он упал замертво. Сарацины прошли мимо…

Черной ночью над полем битвы пронесся Властитель Царства мертвых, собирая свою дань. Царской свитой вокруг него вились, каркая и хлопая крыльями, вороны. Черные птицы помогали отмечать новых подданных Властителя Царства мертвых, а тот жезлом касался тел храбрецов, навсегда покинувших мир Солнца. Наконец, увидел Властитель Маттео, который лежал без сознания в луже крови и едва дышал. Хотел, даже потянулся жезлом к плечу юноши, чтобы отметить, но не сделал этого:

– Он пока принадлежит себе. Вижу, что такого воина я еще не скоро получу в свои владения!

Маттео очнулся, понял слова Властителя Царства мертвых:

– Зачем жить? Город погиб, моя Любовь, моя Мариучча в грязных лапах врага…

– Странно слышать от человека, что он не хочет жить! – Властитель продолжал: – Для тебя, воин, любовь дороже жизни?

– Да, Всесильный! Мы, люди, живем ради Любви. Даже берем в руки меч, чтобы ее защитить.

– Может быть, может быть… – Властитель Царства мертвых задумчиво поглядел на смертельно бледного юношу. – Я помогу тебе вернуть твою Мариуччу, но через год ты умрешь. Согласен?

– Да, Властитель!

– Ты сделал свой выбор, пусть так и будет! – с этими словами Властитель Царства мертвых провел руками над распростертым на земле телом Матиаса.

Чудо свершилось – раны мгновенно затянулись, и Маттео встал. В глазах юноши горел огонь, на щеках играл румянец, руки крепко сжимали оружие. Воин смотрел в сторону моря, туда, где качались на волнах корабли сарацинов. Во вражеском лагере, огни которого мигали на берегу, была его Мариучча!

– Напрасно ты смотришь туда, неразумный! Что ты сможешь сделать в одиночку?

– Я должен! – и Маттео решительно двинулся к морю.

– Погоди! – Властитель Царства мертвых стал мощно рубить смоковницу, под сенью которой еще так недавно лежал недвижный Маттео. Щепки летели во все стороны, мгновенно превращаясь в воинов с оружием в руках. Листья облетали с дерева, становясь щитами, а корявые ветви, выпрямляясь, – копьями. Тысячи воинов выстроились в шеренги, готовясь к битве. Они ждали только приказа своего предводителя – Маттео. Остатки дерева, изрубленного в щепы, вспыхнули и превратились в пепел.

– Теперь ступай! Помни об условии… – но Маттео уже забыл о Властителе Царства мертвых – его душа рвалась в бой, чтобы спасти свою Мариуччу и пленных женщин.

Не тратя времени на слова, юноша взмахнул рукой и скомандовал своему отряду:

– Вперед! На сарацинов!

А сарацины, обильно поужинав, спали. Они были пьяны не столько от вина, сколько от довольства: богатая добыча разбойникам досталась. Дозорных тоже сморил сон, поэтому они слишком поздно увидели наступление отряда во главе с Маттео. Этот бой закончился еще быстрее, чем тот, в котором погибли защитники Виджанелло. Только предводитель сарацинов с горсткой телохранителей успел отступить к кромке воды и забраться на один из кораблей, стоявших ближе других.

Первым делом Маттео освободил пленниц, среди которых была его любимая Мариучча. Он рассек кинжалом веревки, которыми сарацины связали девушек, крепко прижал к груди плачущую Мариуччу. Потом юноша повернулся к воинам, с которыми одолел врага, но никого не увидел. Его отряд растаял в воздухе, словно мираж.

В городе на улицах ликовали те, кто остался в живых после нашествия сарацин. Люди радовались и плакали. Обнимали вернувшихся домой пленниц, горевали по убитым.

Время – лучший доктор на свете. Постепенно, месяц за месяцем, жизнь с ее радостями и печалями вытесняла из сердец чувство невосполнимых потерь.

Теперь ничто не мешало отпраздновать свадьбу Мариуччи и Маттео. Город снова стал готовиться к свадьбе. Ведь горожане считали Маттео сыном Виджанелло. Это он спас город и людей во время нашествия сарацин. Вот и решили всем миром отпраздновать такое событие, как свадьба сына Виджанелло. Да так, чтобы потомки помнили! И день свадьбы выбрали подходящий – годовщину победы над сарацинами.

Маттео забыл о словах, сказанных Властителем Царства мертвых. Забыл сразу же, как только услышал их. Да и услышал ли? Всеми мыслями он был тогда в битве за свою любовь, за Мариуччу!

В день свадьбы улицы города заполонили жители Виджанелло. Все были в праздничных нарядах, только кое-кто еще носил траур по родным и близким, погибшим в тот день год назад.

Как счастливы были жених и невеста! Под колокольный звон Маттео и Мариучча стали обмениваться кольцами. И внезапно, заглушая воем голоса колоколов, налетел черный смерч. В мгновение ока он разметал людей, втянул в свою смертельную воронку Маттео и унес его, оставив ошеломленных горожан и Мариуччу, которые так и не поняли, что произошло. Никто, кроме Мариуччи, не увидел в этом смерче лик Властителя Царства мертвых.

– Не-е-ет! – кричала Мариучча. – Не отнимай, Властитель, моего Маттео! Я все равно найду твое Царство мертвых, заберу своего жениха!

Горячее солнце Корсики передает свой жар сердцам корсиканских девушек, отвага и решительность – главные черты их характера. Мариучча решила, во что бы то ни стало, отыскать своего возлюбленного. Быстро собравшись, она пошла искать Маттео. Знать бы, куда идти! Вышла красавица из города и остановилась в растерянности. Где же может находиться это Царство мертвых? Вдруг видит Мариучча, бочком к ней подскочила черная ворона. Умненько взглянула глазками-бусинками и заговорила человеческим языком:

– Стр-р-ранно! Сколько лет живу, такого кр-р-расивого колечка еще не видывала! Подар-р-ри, кр-р-расавица!

– Нет! – воскликнула Мариучча. – Не могу! – и прикрыла колечко ладонью другой руки. – Это мне мой Маттео подарил.

– Дай др-р-ругое! У тебя же два колечка!

– Второе я надену на палец моему Маттео, когда отыщу его в Царстве мертвых. Хочешь, подарю тебе сережку? Смотри, какая она красивая!

И Мариучча протянула вороне одну из своих сережек.

– Ладно! – согласилась на замену ворона. – А ты знаешь, где Царство мертвых?

– Нет, – печально произнесла Мариучча.

– Ступай на край света, туда, где солнце уходит с неба в конце дня. Поспеши, иначе солнце закатится, и ты не будешь знать, куда идти. И смотри, не сворачивай с пути, какие бы преграды ни были! – и черная птица, не ожидая слов благодарности, взмахнула крыльями и взмыла в воздух.

Девушка так и сделала: повернулась лицом к солнцу, которое уже покрылось румянцем заката, и быстро зашагала вперед. Что ей пришлось пережить! Первые дни пути ей навстречу еще попадались деревеньки, а потом Мариучча, стойко перенося жгучую боль от палящего солнца, шла по совершенно дикой пустыне. Обувь изорвалась об острые камни, ступни кровоточили, горячий песок обжигал. Чтобы не сбиться с пути, Мариучча была вынуждена идти только после полудня, вслед за солнцем. И так день за днем, как ей казалось, целую вечность.

Наконец, каменистая пустыня закончилась, а впереди поднялась высокая гора, покрытая густым лесом. За эту гору садилось солнце, поэтому Мариучча стала взбираться наверх. Она цеплялась за стволы деревьев, ветви – и поднималась на вершину. Так, незаметно для самой себя, она оказалась на пике горы. Странной казалась гладкая поверхность озера, заполнившего каменистую чашу на вершине горы. Мариучча подошла ближе и увидела свое отражение. Увидела – и испугалась! На нее смотрела морщинистая столетняя старуха!

«Да что же это такое? – подумала Мариучча. – Неужели я столько лет хожу по свету?»

В отчаянии, что не сможет с такой внешностью появиться перед любимым, девушка опустилась на землю. Откуда ей было знать, что озеро это непростое – волшебное! Красавица увидит на поверхности воды уродину, старая – молодую, а молодая – старуху. Как бы там ни было, но отступать Мариучча не была приучена.

«Что теперь поделаешь! – подумала она. – Главное, вызволить моего любимого из Царства мертвых, а там видно будет!»

Мариучча, снова цепляясь за стволы и ветви деревьев, стала спускаться с горы. У подножия горы из-под камня бил родник. Девушка очень устала, присела у воды утолить жажду и умыться. Взглянула на свое отражение и радостно рассмеялась: лицо ее стало прежним – молодым и красивым!

– Ничего не изменилось! Я по-прежнему хороша и такой буду желанна моему Маттео!

Откуда и силы взялись! Поднялась красавица и пошла в сторону заката – искать своего любимого.

Труден был путь Мариуччи, потому что за первой горой передней встала вторая – выше, круче и каменистей. Но девушка выросла на Корсике, среди людей, где не было слабых. Словно горная козочка, карабкалась она все выше и выше, цепляясь за малейшие уступы в скалах. И вот, наконец, вершина! И вдруг страшный грохот разорвал тишину, а из горы полыхнуло пламя. Мариучча едва не сорвалась со скалы, на которой нашла удобный уступ. Что делать дальше? Огонь грозил испепелить девушку, которая попала в настоящую ловушку. Мариучча смахнула сердитую слезу, навернувшуюся от безысходности. Маленькая слезинка полетела в пламя, мгновенно загасив его.

Выбралась Мариучча из этой западни чудесным образом – всего лишь с помощью маленькой, но волшебной слезинки. Преодолеть эту преграду ей уже ничто не мешало. Только спустившись с каменистой скалы, она увидела, что впереди высится третья гора – выше и опаснее первых двух. Склоны казались вовсе неприступными, а вершина была не видна из-за облаков, укутавших пик. Осмотрела Мариучча подножие горы и не нашла ни единой тропинки, ни одного уступа в скалах. Как же перебраться на другую сторону? Солнце-то село как раз за гору!

– Я же не птица, чтобы перелететь можно было! – с горечью воскликнула девушка. И вдруг она услышала жалобный звук, который исходил из зарослей высокой травы. Подошла, посмотрела, раздвинув заросли руками, и видит: сизый голубок запутался в стебельках травы. Держит трава бедную птицу, не пускает на волю. А вокруг голубка с печальным криком вьется белая голубка.

– Сейчас, милая, я помогу твоему сизокрылому. Совсем, как мы с Маттео – один в неволе, а я плачу, убиваюсь в разлуке с ним!

Мариучча осторожно освободила лапки голубка. А он, словно понимал все, притих и не пытался вырваться. Наконец, сизый голубок почувствовал свободу – и взлетел к своей подружке в небо. Сделал круг, а потом вернулся к девушке.

– Скажи, добрая душа, – обратился он к Мариучче на человечьем языке, – чем я могу отблагодарить тебя за свободу и любовь? – голубок нежно посмотрел на свою белокрылую подругу, которая села рядом.

– К сожалению, мне помочь вы не сможете. Мне обязательно нужно перебраться через эту высокую гору, а тут вы бессильны.

– Подожди нас здесь! Мы сейчас вернемся! – с этими словами пара голубей взлетела и понеслась к лесу, что густо рос у подножия горы.

Совсем мало времени прошло. Тут налетела тучей стая голубей. Птицы клювиками ухватили Мариуччу за платье, облепив ее так, что девушку за их крыльями совсем не было видно. А потом легко поднялись в небо, пронеслись над горой вместе со своей ношей и опустились на другой стороне.

– Счастливо тебе, Мариучча, найти своего жениха!

– Спасибо, птицы! И вам уютного неба! – девушка помахала своим неожиданным помощникам и огляделась. Ущелье, в котором она оказалась, было длинным, узким и очень мрачным. Сырые скалы, покрытые мхом и лишайниками, обступали ее со всех сторон. Была только одна дорога – вперед, по дну этого скалистого коридора. Сколько прошла Мариучча, она уже не помнила. Наверное, очень долго, потому что ее стала мучить жажда. В горле пересохло и скребло так, будто она вдохнула песок. Когда силы, казалось, совсем иссякли, скалы расступились, и девушка увидела реку. Она бросилась к воде, чтобы напиться, но вид реки ее насторожил. Вода в ней была мутной, темной и колыхалась так странно, словно это была ртуть. Мариучча поняла, что эта река разделяет Царство мертвых и мир живых. О такой реке не раз она слышала в Виджанелло. Люди рассказывали, что глоток такой воды отнимает память, потому что это река Забвения. Как бы ни хотелось пить, Мариучча никогда не станет ее пить, иначе забудет своего Маттео, забудет, зачем так долго его искала!

По этой загадочной реке плыл челн, который вскоре пристал к берегу. Мариучча увидела в нем старика-перевозчика.

– Прошу тебя, мудрый старик, переправь меня на другой берег!

– Нет, красавица! Ты живая, а там только мертвые.

– Среди них есть мой жених, Маттео. Вот колечко, которое я не успела надеть на его палец. Хочу быть с моим любимым, хоть среди живых, хоть среди мертвых. Я не могу без него! Пожалуйста, перевези!

– Если так, то помогу тебе переправиться. Только запомни: встретишь своего Маттео, забирай его и бегите. В дороге не оглядывайтесь. Оглянешься – останетесь среди мертвых навсегда!

– Спасибо, дедушка!

Мариучча села в лодку, а старик оттолкнулся веслом от берега. Перевозчик работал веслами совершенно беззвучно, без плеска. Очень скоро лодка ткнулась в песок на другом берегу, Мариучча выпрыгнула на сушу. Прямо перед ней оказались тяжелые ворота, на которых было написано: «Каждый переступит этот порог лишь однажды».

– Ну, что ж! Однажды – так однажды! – воскликнула Мариучча. – Всего-то! Позади путь труднее был.

Девушка сделала шаг – и очутилась в Царстве мертвых. Не люди, а тени окружили ее. Все серые, все похожие, как две капли воды. «Господи, как же я найду среди них своего Маттео?» – Мариучча растерялась.

Мертвым был мир вокруг! Не пели птицы, не шумел ветер, не было солнца – только тени, тени, тени… Мариучча металась среди них, пытаясь хоть по каким-нибудь признакам, по очертаниям определить, кто ей попадается навстречу, но – все было напрасно! И вдруг одна из теней, попавшихся навстречу, показалась ей очень родной и близкой. И тут у девушки мелькнула мысль: «Кольцо! Как же я сразу не догадалась! Надо колечко держать в руке и показывать этим одинаковым теням. Маттео сразу как-нибудь проявит себя».

Так и случилось. Мариучча показала тени с чертами, напомнившими ей любимого, кольцо. Тень остановилась. Девушка подошла и надела колечко на руку этой тени. В мгновение ока тень превратилась в Маттео! Мариучча схватила Маттео за руку и крикнула:

– Бежим! Только не оглядывайся! Не оглядывайся!

Они вдвоем бежали к реке, к воротам с надписью. Они были открыты, но вход стерегло страшное чудовище со змеиными головами. Из их пастей вырывалось пламя. Еще несколько шагов – и они с Маттео будут свободны, будут жить! Увернулись, крепко держа друг друга за руки, от огнедышащих змеиных голов. Еще немного… И в этот момент жар какой-то неведомой опасности коснулся плеча Мариуччи. Кто-то догонял их. Девушка, прикрывая собой любимого, оглянулась, чтобы попытаться уберечь. Но ведь не зря предупреждал старик-перевозчик! Тяжелые ворота закрылись, волшебная сила, что охраняла влюбленных, исчезла. Мариучча и Маттео стали тенями в Царстве мертвых. Бродят они вместе, держась за руки, на которых поблескивают их обручальные кольца. Нет их в мире живых, но в Царстве мертвых они неразлучны.