Внимательно прочитал Ваше письмо. Скажу сразу, оно меня огорчило. Огорчило смешением некоторых философских и политических понятий, которые смешивать никак нельзя... Первый принципиальный вопрос. Он касается оценки инакомыслия... Как я понимаю, Вы поднимаете философский вопрос о роли идей в развитии общества. Если это так, то правильнее было бы, очевидно, говорить о роли передовых и реакционных идей, а не использовать термин, который по воле или вопреки воле автора сглаживает это различие, берет в общие скобки качественно различные явления в общественной жизни. Как коммунист я, естественно, признаю только конкретный подход к любым идеям и явлениям в области политики или культуры и могу оценивать их лишь с точки зрения того, являются ли они прогрессивными или реакционными. Поддерживая прогрессивные идеи, коммунисты всегда боролись, борются и будут бороться против идей реакционных, которые тормозят общественный прогресс. Что же касается Ваших утверждений, что Сахаров наказан за "инакомыслие", то, очевидно, Вы стали жертвой чьей-то недобросовестной информации. Известно, что в нашей стране не судят за "инакомыслие", и советский закон не предписывает всем гражданам мыслить в рамках каких-то однозначных стереотипов. Почитайте высказывания по этому поводу Леонида Ильича Брежнева. Он неоднократно подчеркивал, что у нас не возбраняется "мыслить иначе", чем большинство, критически оценивать те или иные стороны политической жизни. "К товарищам, которые выступают с критикой обоснованно, стремясь помочь делу, - указывал Леонид Ильич, - мы относимся как к добросовестным критикам и благодарны им. К тем, кто критикует ошибочно, мы относимся как к заблуждающимся людям". Так обстоит дело с "инакомыслием".

Третье. Касаясь фактической стороны вопроса о Сахарове и Орлове, хочу сказать следующее. Академик Сахаров, начиная с 1968 года, систематически проводит подрывную работу против Советского государства. Он подготовил и распространил на Западе более 200 различных материалов, в которых содержатся фальсификация и грубейшая клевета на внутреннюю и внешнюю политику Советского Союза.

Его материалы используются империалистами для разжигания антисоветизма, для осуществления политики, враждебной нашему строю и государству. Как видите, тут уж не "инакомыслие", а действия, наносящие ущерб делу безопасности и обороноспособности Советского Союза.

Надо ли в этом вопросе делать, как Вы говорите, "задний ход", видно из всего сказанного выше. Собственно говоря, поставленные Вами вопросы не являются компетенцией ни моей, ни организации, которую я возглавляю. Откликаясь на Ваше письмо, я руководствовался, Петр Леонидович, чувством уважения к Вам.

Ю. Андропов.

19 ноября 1980 г.".

Тут мы снова готовы извиниться перед читателем за длинную цитату. Да, читать эти водянистые словеса скучновато, нет сомнений. Одна почтительная цитата из Леонида Ильича чего стоит! И это в письме, которое выглядит как частное! Но этот самый Ильич поминался не для почтенного академика, а на всякий случай: чтобы Цвигун или Цинев не шепнули тому же Ильичу, что не ценит, мол, вас наш начальник-то. И плевать было Андропову, что почтенный академик отлично все понимал, пожал плечами, небось, во время чтения. Таков был, таким всегда и оставался Юрий Владимирович - честолюбец, циник и молчальник.

А с Сахаровым еще долго возились, перекидывая его с ладони на ладонь, как горячий блин: и уронить нельзя, и съесть горячо. Но вот в декабре 1979 года наши войска вдруг ввели в Афганистан, о чем подробнее далее. В мире поднялся такой грохот, что нашему руководству стало уже все равно - одним воплем больше или меньше. Пусть уж будет больше: и сослали Сахарова в Горький. Выглядела эта ссылка странновато - огромный го-