Юзеф аккуратно затянул четыре винтика и отложил в сторону электрошокер, принадлежавший покойному Фикусу. Вернее, предмет, весьма на шокер похожий. С упомянутым прибором его роднил внешний вид и источник питания — две щелочных девятивольтовых батареи. Остальная же начинка… С начинкой, конечно, будут детально разбираться в Трех Китах, но главное ясно — квази-шокер выдавал сложную последовательность импульсов, воздействующих на организм непонятным образом. То есть результат воздействия был очевиден — лавинообразная активизация Т-генов. Неясен был механизм процесса. Более того, Юзеф подозревал, что прибор был однократного применения — настроен и заряжён на одну-единственную дичь. На латентную тенятницу. На Анну…

Похоже, к этому дню в Царском селе загодя готовился не только обер-инквизитор.

На столе мяукнул селектор, Юзеф нажал клавишу. Голос Маши-Дианы:

— Сообщение от Айболита. И ещё — проснулся Лесник.

— Как он?

Маша догадалась, что к близнецу-1 вопрос не относится.

— Относительно работоспособен… В голосе звучало сомнение.

— Десять минут назад в клубе «Разряд», внутри, прозвучал выстрел, — сказал Юзеф. — За главным входом, и за аварийным, наблюдают с минувшей ночи. Людям, предположим, и глаза могли отвести… Но датчики не обманешь — никто не входил. Вот тебе классический случай запертой комнаты, вывернутый наизнанку. Загадка природы. Разве что предположить, что там кто-то прятался все это время, а теперь вот застрелился от тоски и голодухи…

Юзеф говорил и смотрел на реакцию Лесника.

Того загадка природы не взволновала — слушал внимательно, но равнодушно. Лицо осунулось, круги под глазами, на лбу глубокая морщинка — вчера её не было. Но в остальном, как отметила Маша-Диана, Лесник был работоспособен. Относительно.

— Не хочется мне туда вламываться, — продолжал обер-инквизитор. — Место людное, двери надёжные, сигнализация хитрая… Наследим — все, можно снимать засаду, никто туда не явится. Может, какой-нибудь трюк твоего приятеля Копыта? Поставил таймер с зарядом, а сейчас поглядывает со стороны — будет ли реакция…

Судя по тону, в версию с таймером Юзеф не верил.

— Третий тенятник — точно он? Копыто? — спросил Лесник без всякого выражения.

— Он, больше некому… Вон, можешь просмотреть свои трофеи, там две кассеты отложены… На одной Де Лануа кишки из трупа тянет — сама, своими руками. На другой — Копытьев голову вскрывает и достаёт мозг… Снято в ванной. Надо думать, как-то их обоих Фагот на это дело спровоцировал. Руку, например, забинтовал — дескать, производственная травма — вывихнул, мол, расчленяя…

Лесник вяло подумал, что уже слышал: «он, больше некому…» Точно, именно такие слова говорил ему на бульваре майор Канюченко — настоящий, циничный и самоуверенный майор, не креатура Юзефа. Говорил тридцать шесть часов назад. Казалось, с того разговора прошли долгие годы.

Смотреть кассеты Лесник не стал.

— Расскажи мне ещё раз про свой визит в «Разряд», — сказал обер-инквизитор. — С самыми мелкими подробностями.

Лесник начал рассказывать, дотошно описывая каждый шаг. Голос звучал мертво.

— Стоп! Подожди… Охранник уже был в подвальной подсобке? Сидел капитально, с книжкой в руках? То есть — пост постоянный… А у входа — ещё и Никита? И что тот книгочей в подвале сторожил? Вина? Не проще замок повесить?

Действительно, Лесник об этом как-то не задумался. За спиной охранника был коридор, неизвестно куда ведущий… Похоже, в норе имелся ещё один отнорок. Неучтённый.

— Поехали, — сказал обер-инквизитор. — Посмотрим, что там за пальба в запертой комнате. Заодно и проветришься…

Джип стоял рядом с машиной Айболита — напротив входа в интернет-клуб. А в джипе вольготно, как запорожцы на привале, расположились четверо коротко стриженых личностей весьма характерного облика — и спали мёртвым сном.

— Что за паноптикум? — спросил Юзеф. — Твоя работа?

— А я что? — пожал плечами близнец-1, он же Айболит (на посту его сменил однояйцевой родственник, известный под псевдонимом Бармалей). — Прикатили, давай в клуб стучать-ломиться. Никто, понятно, им не открыл. Так они, козлы, в машину забились и ждать намылились. Мало того, что обзор перекрыли, так и ко мне — вали, мол, отсюда, другую стоянку поищи… Грозились Синим, это тут…

— Я знаю, кто это, — перебил Юзеф.

— Ну я им и пшикнул в окно, пускай подрыхнут до утра… И что? Уезжать надо было?

— Да нет, все правильно… — задумчиво сказал Юзеф. Он не понимал, как в дело замешались ещё и люди здешнего крёстного папаши. Просрочили Фагот с Копытом платёж за «крышу»? Так Копыто, по всему судя, сам кого хочешь крышевать может…

Ладно. Неважно. Если пресловутый Синий решит вмешаться в их игры — скоро за Царским Селом будет смотреть другой авторитет, только и всего.

— Айболит, проверь, — брезгливо сказал Юзеф. Через пару минут тот вернулся, доложил:

— Не то. Тупик. Кирпичная стена, кладка старая… Не то.

За третьей дверью — с серьёзным замком и вполне работоспособной сигнализацией — они попали в лабиринт тупичков и крохотных помещений. Громоздились пустые ящики, откуда-то тянуло тухлятиной. Судя по натоптанной в пыли тропе, здесь ходили — и часто.

Тропа привела в длинный коридор. Похоже, именно его окончание (или начало, с какой стороны смотреть) — видел Лесник в подвале «Разряда». Чуть дальше коридор перегораживала раздвижная решётка — запертая. Перед решёткой на бетонном полу лежал человек — мёртвый.

На тыльной стороне здания имелись подвальные входы — спуски на семь ступенек; металлические двери под козырьками-навесами — одни свежевыкрашенные, с новенькими замками, другие красились последний раз в честь исторического визита в Царское Село генерала де Голля…

За первой, осыпающейся чешуйками ржавчины, имел место склад довольно специфичного товара.

— Ну ни хухры себе… — протянул Айболит. — За десять лет не ус…ть…

До самого потолка стояли колонны поставленных одна в другую эмалированных ночных ваз — и ничего больше. Судя по реликтовому слою пыли, гипотетический стрелок проник в клуб «Разряд» никак не отсюда. Инквизиторы вышли, потратив на прилаживание пробоя со ржавым замком вдвое больше времени, чем на вскрытие подвальчика. Примитивная сигнализация здесь тоже имелась — контакт-размыкатель на двери — но не функционировала.

Вторая дверь оказалась заперта изнутри. Впрочем, на стук распахнулась, хлипкий юнец испуганно отшатнулся, попытался юркнуть внутрь, был схвачен за шиворот и вытянут на свежий воздух. Из подвала — музыка, голоса. Сладковато пахнуло анашой.

Точку в деятельности охранника Никиты на ниве интер-нетпросвещения поставила маленькая (предположительно калибра 6.35) пулька — угодившая точно в сердце. Надо очень доверять своим глазам, руке и оружию, чтобы убивать людей вот так — и без контрольного выстрела в голову.

— Как Мишу, один к одному, — сказал Юзеф. — Значит, Де Лануа там была ни при чем, да и Петраков тоже. Я, собственно, так и думал…

(Он уже коротко рассказал Леснику о находках в мастерской лицея. О том, как погибла вторая из Чёрной Троицы. И о том, как закончился жизненный путь Петракова. Не тенятника. Обычного расчленителя и каннибала. Банального. Заурядного…) Юзеф продолжал рассуждать:

— А Копыто, при всех его недостатках, в стрельбе по живым людям пока не замечен. Он все больше руками да ножиком… Ты что думаешь? — обратился он к Леснику (Айболит, матерясь под нос, возился с хитрым замком решётки).

— Застрелили его не здесь. Такую пукалку отсюда на улице не услышать. Притащили труп из клуба, надо думать. А стрелка внутри уже нет… Либо, наоборот, лишь сделал вид, что ушёл этим путём.

Предполагаемое наличие внутри вооружённого убийцы Лесника не пугало. Тревожило другое: план, который изложил в своём послании Крокодил (и от которого открестился Юзеф) — пока сбывался с точностью до третьего знака после запятой. За одним маленьким исключением — ни Капитул, ни Северо-Западные никак себя не проявили.

— Готово! — Айболит отворил решётку. — Понаставили от воров, а честным людям ни пройти, ни проехать…

— Останешься здесь, прикроешь тыл, — сказал Юзеф. Потом добавил (Лесник удивился словам и тону обер-инквизитора): — Если что… Постарайся хотя бы умереть не бесшумно, Женя…

— Постараюсь, Юзеф Доминикович… — не по уставу ответил Айболит. И на мгновение перестал быть похожим сам на себя — на отморозка, ценящего свою жизнь в пятак, а чужую в копейку…

Коридор тянулся вдоль всего здания — и, действительно, привёл к подсобке интернет-клуба.

Они вышли в зал — темно, пустынно, гулко. Из соседнего помещения, того, что для курящих, — слабый отблеск синеватого света. Юзеф скользнул туда огромной кошкой, маузер в руке. Лесник — за ним.

Мерцал экран включённого монитора. Во вращающемся кресле перед ним сидел человек — неподвижно. Не шевельнулся, никак не отреагировал на их появление. Пашик? — подумал Лесник, разглядев остриженную почти под нуль голову.

Юзеф коснулся плеча неподвижного человека — тот от лёгкого прикосновения выпал из кресла. Падал на пол он как-то странно, Лесник не понял, в чем дело, — и упал с непонятным звуком. Словно уронили манекен из папье-маше…

— М-да… — неопределённо протянул Юзеф. В жизни он видел многое, но такого не приходилось.

Лежащий на полу человек Пашиком-барменом не был, стрижка ввела Лесника в заблуждение. С кресла упал менеджер Копыто, он же совладелец интернет-клуба Копытьев С. А., он же самый вероятный тенятник. (Точно, вспомнил Лесник, парень подстригся и на арт-тусовку пришёл уже с причёской под Пашика…) Весило тело килограммов двадцать пять-тридцать, не более — и, похоже, ни грамма влаги в нем не было. Казалось, поднеси спичку — и вспыхнет, и тут же сгорит синим пламенем без остатка. Черты иссохшего лица Копыта узнавались с трудом, но идентификация сомнений не вызывала — одежда, серьга в виде оскаленного черепа, перстень-печатка из чернёного серебра… Он.

— Воздействие циркулярной пилы на организм я сегодня видел, — задумчиво сказал Юзеф. — А это похоже на работу промышленного сушильного шкафа с полной абсорбцией влаги… И то не знаю, получится ли на выходе такой человек-сухофрукт. Сомнительно. Верхние ткани будут обезвоживаться первыми, и изменят структуру, пока внутренние ещё останутся сырыми… А здесь как будто все произошло мгновенно…

Лесник осматривал пол, напрягая ночное зрение. Нашёл крохотную красную лужицу — здесь упал застреленный Никита. Гильзы нигде не было — не то подобрали и унесли, не то далеко закатилась. Хотя могли стрелять и из револьвера.

Обер-инквизитор на эти соображения отреагировал холодно:

— Неважно, времени на игры в шерлоков-ватсонов нет. До полуночи три часа… А стреляли, скорей всего, из браунинга модели девятьсот шестого года. Удачная была модель, не один десяток лет выпускалась…

Юзеф говорил машинально, ощупывая карманы обезвоженного человека. А Лесник ничего не понял — ни про полночь, ни про браунинг. Ещё менее понятен был новый расклад… Тенятник-гипер — Пашик? Трусоватый, подловатый, толстоватый… Тенятник-гипер, убивший Копыто непонятным способом? Или все нити, настойчиво приводившие их к интернет-клубу, были кем-то заботливо подкинуты?

Опытные минёры ставят фугас глубоко — и тщательно маскируют. А сверху кое-как присыпают землёй другой — настоящий, боеспособный, но служащий лишь для того, чтобы его обнаружили… Чтобы обезвредили и успокоились. Естественно, спецы по разминированию с такой уловкой знакомы отлично. Но почему бы не найтись суперхитрому террористу, насторожившему три фугаса, один над одним? Связка Фагот — Де Лануа — Анна, на которую наводило буквально все, прикрывала несколько менее очевидную компанию из «Разряда»… А те, в свою очередь, прикрывают… Лесник не закончил мысль. Тьфу, можно ведь внести ясность простым способом…

Он нагнулся над высохшей деревяшкой в форме человеческого тела, задрал на ней белый блайзер. Посмотрел на грудь. Перевернул, посмотрел на спину. Два ранения в области сердца, одно из них сквозное. Рваная рана на груди, точно между сосками, ещё несколько похожих — явно оставленных зазубренными лезвиями Дыевых ножей. Все шрамы кажутся старыми, давно зажившими. Хотя, конечно, на этой одеревеневшей мумии точно определить невозможно.

Тенятником-гипером все-таки был Копыто… И убивать таких, оказывается, легко — быстренько довести непонятно каким способом до состояния пересушенной воблы.

— Бесполезно, — сказал обер-инквизитор при виде изысканий Лесника. — Возможно, все раны сымитированы — до смерти или сразу после. Потом труп высушен — именно чтобы с лету не понять, что повреждения лишь маскировка… А времени для подробных лабораторных исследований нет. Экспресс-анализ на СР-реакцию тоже не проведёшь, в этой мумии ни капли жидкости. Бесполезно… Да и ни к чему теперь… Не это главное.

Лесник опять не понял. Иуда-Радецки был прав? Чёрная Троица мертва — и для Юзефа главное не это?!

— Главное — вот… — показал рукой Юзеф.

На краю стола лежали вынутые из карманов Копыта мелкие предметы. Лесник сразу выхватил глазом ручку-тестер, с обвивающей её змейкой и…

Ключ.

Ключ от персика.

Тот самый, которого не хватало на связке покойного Крокодила.

Вот так…

Он машинально взял ручку, машинально нажал ногтем на глаз змеи. Тест-полоска выскочила — и оказалась обычного цвета. Не ярко-алого. Это было странно. Кто бы ни был тенятником-гипером — действительно Копыто, или изобразивший эту обставу Пашик, или кто-то ещё, — но хотя бы прикоснуться к тестеру он должен был обязательно… Нет никаких резонов брать безобидный предмет в перчатках.

— Не обращай внимания, — сказал Юзеф. — Дело в том, что тестеры и тебе, и Крокодилу были выданы для этого задания особые. Результат покажут только после обработки полоски специальным реактивом, в лабораторных условиях. На месте ими тенятника не обнаружишь… На, кстати, возьми нормальные полоски, — Юзеф вынул из кармана и протянул Леснику упаковку. — Теперь могут пригодиться…

Лесник посмотрел на обер-инквизитора почти с ненавистью.

— Сам виноват, — невозмутимо пожал тот плечами. — Скольких тенятников ты не довёз, несмотря на строжайшие инструкции? По самым разным «веским» причинам. Твои рапорты на эту тему читаются, как собрание объяснительных записок завзятого прогульщика. С Чёрной Троицей я рисковать не мог. А Крокодил… Я думаю, объяснять не нужно. Так что дело не в тестере. В ключе. В проглоченной приманке.

Ключ… Значит, Копыту не составило труда отключить внешнюю защиту персика. А пароли?

Юзеф шевельнул мышь. Заставка с плавающими рыбками сменилась текстом. Обер-инквизитор нагнулся, вчитался. Объяснил Леснику:

— Скачано из персика Крокодила. Пароли и коды доступа там были, но комбинации относительно простые, и количество попыток не лимитировалось — система уничтожения информации заблокирована.

Лесник не стал спрашивать: почему? Ответ ясен. Чтобы вскрыли и скачали информацию. Надо понимать, именно этим «нумер фторый» и занимался, когда Лесник пришёл в «Разряд». Времени у Копыта было немного, но успел…

— И что внутри?

Юзеф кивнул на экран.

— «Новый Апокалипсис». С разъяснениями наших экспертов, и с толкованиями апокалипсистов, и с научными выкладками… Все материалы с грифом «сов. секретно» по этой теме — сжато, самая суть. Полная инструкция для Тёмного Мессии. Для человека или тенятника, имеющего желание и способность им стать. Но — подправленная инструкция. Искажённая. Приманка, которая приведёт в ловушку, где все готово к тёплой встрече… Там мы его и прикончим.

— Где ловушка?

— Как где? — удивился Юзеф. — В родильном доме Царского Села, конечно. У нас не библейский Вифлеем, у нас попроще — на дому не рожают, и народившихся под звездой младенцев по всему городу выискивать не надо… Туда он и придёт. Сегодня, В полночь летнего солнцестояния…