- Да, да, да мои любимые зрители. Это снова я, Китти Стар, и я приветствую вас на двадцать четвертом сезоне состязания. Сегодня будет много сюрпризов абсолютно для всех, а это значит, что снова все мы будем переживать и надеяться, что именно полюбившийся атлет, дойдет до финала.
Олегу совершенно не понравилось эта вступительная речь. В ней было скрыто гораздо больше, чем могло показаться и его это совершенно не радовало.
Девушка смешно кривлялась и строила рожицы, что ее совсем не портило. Наоборот, зрителям она нравилась, но сейчас, каждый жаждал узнать, что же за сюрпризы им только что пообещали.
Наверняка, остальные пятнадцать участников тоже смотрят это, подумал Олег. Или им не позволят даже взглянуть на начало трансляции. Но тогда почему он видит это? Страшит ли их неизвестность? Или настоящий страх уже остался позади, уступив место только животной опаске, не останавливающей не перед какими преградами, едва ли позволяя здраво оценивать их.
- Давайте взглянем на нашего первопроходца. Полюбуемся его настроем на игру, блеском в его глазах. Встречайте Олега Курганова.
Картинка на экране сменилась. Миникамера на фасадной стороне планшетного компьютера транслировала в прямом эфире нахмуренное лицо атлета. При слабом освещении оно выглядело намного старше. Тени добавляли морщин и неестественного цвета коже, а блики от разнообразных металлических поверхностей желтыми пятнами скользили по щекам.
- Он готов, - раздался грудной шепот Китти, нагнетавший обстановку, - он собран и уже продумал свою стратегию, свои ходы и движения. Но ни он, ни кто-нибудь другой не знает, что их ждет вперед. Сегодня, специально для всех почитателей состязания, естественно при неизменной и всесторонней поддержке корпорации Виктим, мы презентуем новую арену на территории Москвы. Более пятисот гектаров территории, естественный ландшафт, практически сохранившийся в таком виде, как и десятилетие назад, и никакого сюжета. Сегодня впервые атлеты будут самими собой: без навязанных им правил и ролей. Сегодня они такие же люди, как и все мы.
Олег ненадолго отстегнул, закрывающую его рот маску, и оскалил зубы в широкой усмешке, демонстрируя свое безумие и силу всем зрителям.
Это действительно было неожиданно и еще больше уравнивало всех атлетов: ни у кого не будет преимущества в знании арены. А судя по озвученным размерам это было одно из немногих сохранившихся исторических мест, которому теперь суждено ороситься кровью атлетов, впервые принимая на своей земле состязание.
- Что есть жизнь? - услышал Олег знакомый вопрос, теперь произнесенный женским голосом, - Возможно, именно сегодня мы узнаем ответ.
Лицо Китти снова появилось на экране. За ее спиной на сине-гранатовом фоне шел обратный отсчет. Светодиодные цифры быстро сменяли друг друга, и согласно их бегу оставалось всего две с половиной минуты до нуля.
- Давайте отдадим дань почтения всем атлетам, готовым начать состязание и показать нам, что же значит быть живым и доказывать это каждую секунду собственного существования. Они будут появляться на арене с разницей в час, что сделает этот сезон по-настоящему захватывающим и держащим в напряжение с самого начала.
Ее голос продолжал звучать, мерно, но уверенно, заполняя сознание зрителей.
Солдат отложил планшет в сторону. Олегу на миг показалось, что сейчас ему пустят пулю в грудь, следа от которой не будет видно из-за причудливого материала костюма, и просто сбросят с самолета по воле кого-нибудь из триумфаторов. А потом представят все, как смерть из-за нераскрывшегося парашюта. По телевизору это, несомненно, будет выглядеть очень реалистично.
Но ничего подобного не произошло.
Руки солдата достали из-под сиденья небольшой брезентовый сверток, протягивая его атлету. Тот взял его и увидел переливающийся логотип: треугольник с вершиной внизу с тремя сегментами, центральный из которых был закрашен черным.
Похоже, один из даров достался именно ему. Было сложно представить, кто именно из четверки триумфаторов выбрал его, но это сейчас не имело особого значения. Ощупывая содержимое свертка, Олег не мог понять, что же там внутри: пальцы легко продавливали обертку, будто утопая в чем-то мягком.
- Сегодня, все будет иначе, мои любимые зрители - продолжала вещать Китти Стар, - прежними останутся только главные условия: найти грааль или убить всех соперников. Так пусть начнется состязание!
Дуло пистолета вновь уставилось на Олега и дернулось вверх. Тот послушно встал на ноги и повернулся к открывшемуся люку.
Брюхо самолета тут же заполнил холодный воздух и сбивающий с ног гул ветра, в котором погасли все звуки. Сделав шаг вперед, атлет взглянул на экран планшета, лежащего на сиденье. Заканчивающийся отсчет времени шел поверх именно того, что видел Олег. Он поднес руку к своей голове и нащупал закрепленную на шлеме камеру. Маленький прямоугольник во влагозащищенном корпусе. Новый сезон действительно был полон сюрпризов. Оставалось только надеяться, что это единственный прибор на его теле, который может показывать происходящее зрителям и наблюдателям.
Мотнув головой и поправив лямки парашюта, он уставился на темный проем, за которым его ждало только свободное падение.
Не заставляя себя ждать, Олег шагнул вперед и полетел вниз.
Москва с высоты, пусть еще меньшей, чем он себе представлял, выглядела удручающе. От яркого былого мегаполиса, почти ничего не осталось. Тут и там темнели километровые пустыри. Целые районы были разрушены, а на их месте не спешили проводиться какие-то мероприятия по восстановлению территории. С трудом можно было разглядеть тот самый разлом, открывшийся после землетрясения. Он был освещен, потому что работы там шли непрерывно двадцать четыре часа в сутки. Особо выделялись несколько высоток и Кремль: места, принадлежащие корпорациям. Остальной город был погружен во тьму, за исключением еще одного объекта.
Прямо под ним, обнесенная по периметру стеной, в свете ламп и прожекторов предстала новая арена.
Два поблескивающих темной водой озера, густой лес, целый комплекс непонятных построек. Полезного пространства было не так много, не говоря о том, что большую часть территории сейчас вообще нельзя было разглядеть. Но вывод напрашивался сам собой: это точно будет самое короткое состязание из всех, не смотря на огромное пространство арены.
Падая все ниже, Олег на мгновение подумал, что если не раскроет парашют, все закончится прямо сейчас. Не будет больше боли, страданий, никаких гнетущих мыслей и воспоминаний. Но он не мог так поступить по одной единственной причине, которая быстро смяла собой все остальные, заставив мужчину дернуть за кольцо.
Над головой хлопнуло, и широкое крыло парашюта легко раскрылось, замедляя падение.
Он едва не выронил дар, но все же смог удержать его. Сжав зубы и пытаясь одной рукой выбрать направление для снижения, Олег пытался понять, где же именно он находится. Что-то знакомое было в очертаниях этого места, но пока никаких конкретных идей в его голове не появлялось.
Зато, сознание уже вовсе трудилось над составлением маршрута, куда отправиться сначала, как избежать ловушек и где же на территории могут находиться тайники с полезными предметами и оружием.
За несколько секунд до приземления, Олег отпустил сверток, а сам сгруппировался и легко коснулся ногами земли.
Выпрямившись, атлет огляделся.
Полянка, которую он выбрал для посадки, была небольшим открытым пятачком земли. В разные стороны тянулись несколько тропинок, теряясь в зарослях колючего кустарника и начинающегося леса. По левую руку от него метрах в пятистах темнела гладь маленького озера. Большое находилось на другом краю арены. Их разделяло что-то вроде высушенной болотистой местности, точнее с высоты разглядеть не удалось. За время полета, около него Олег заметил деревянную постройку, похожую на избушку лесничего или что-то подобное, скрытую среди толстых переплетающихся деревьев, и решил, что отправится именно туда.
Но сначала...
Он стянул с головы шлем и как можно сильнее пнул его ногой, отправив в полет по высокой дуге. Пластик брякнулся в груду камней неподалеку.
Глубоко вдохнув, позволив холодному воздуху пробраться в легкие, Олег улыбнулся. Он чувствовал нарастающее напряжение, знал, что время уходит, но не мог отказать себе в удовольствии немного покрасоваться и прочувствовать этот момент.
Свет вокруг был равномерным, похожим на утренние сумерки, созданные лишь для того, чтобы первые атлеты не сломали себе шею при приземлении, не видя, куда они это делают. Его не хватало, чтобы хорошо рассмотреть то, что находилось на большом расстоянии, но стены все равно выделялись массивной черной конструкцией. В высоту они могли сравниться с домом в семь этажей, и вряд ли возможно было их преодолеть.
С арены не было другого выхода, кроме того, каким путем атлеты попадали сюда. И выбраться предстояло лишь одному, последнему, кто сможет остаться в живых.
Олег огляделся и занялся поисками свертка.
Вопреки его ожиданиям, предмет куда-то подевался и, чтобы найти эту вещь, пришлось потратить много времени. Но уйти без него он не мог. Даже если там было что-то совсем ненужное и бесполезное, об этом нужно было узнать. К тому же, имея за плечами богатый жизненный опыт, Олег прекрасно знал, что и самые бесполезные вещи, иногда могут сыграть очень важную роль.
Наконец, он увидел его чуть в стороне от полянки, где уже давно пожелтевшая трава представляла собой грязное темное месиво.
Оглянувшись, Олег задрал голову. Позади него росли несколько березок, на ветках которых тусклыми огоньками выдавала себя подсветка камер. Повернувшись обратно, атлет присел на корточки, нащупал рукой влажный булыжник и катнул его по земле в направлении свертка.
Камень быстро преодолел несколько метров и застыл. В первые секунды ничего не произошло, но еще через мгновение без единого звука, разве, что разбрасывая вокруг себя дерн и гниющую листву, в воздух подскочили несколько змееловов.
Эти ловушки были разработаны специально для состязания и впервые появились в третьем сезоне. Они назывались так из-за своей формы и назначения: вытянутые металлические жгуты, срабатывающие от давления. Они взмывали над землей на разную высоту, а после скручивались, стягивая собой части тела попавшего в ловушку атлета. Они не убивали сразу, подобно пищеварению все тех же змей. Но постепенно затягивались все сильнее, а снять их не было никакой возможности. Смерть от подобного была если не самой ужасной, то точно самой мучительной.
Отметив про себя, что интуиция и предусмотрительность работают на максимуме, Олег кинул перед собой еще несколько камней, запоздало подумав о том, что мог приземлиться прямо в это место, и состязание для него закончилось бы, так и не начавшись. Он выбрал самый простой вариант и едва не поплатился за это. Но с другой стороны, сломать ногу, пытаясь опуститься посреди леса, казалось еще более безумной затеей.
Подобрав один из жгутов, который сейчас был похож на плотно свернутый технический жгут, Олег осмотрел его со всех сторон, размышляя, стоит ли взять его с собой. Он не знал, как перезапустить ловушку или как иначе ее можно было использовать, но все же решил, что этот предмет может ему пригодиться.
Вернувшись к парашюту и оторвав от него кусок ткани и строп, он быстро смастерил незамысловатый мешок, в который и запихнул змеелова. Следующей его целью был сверток.
Опасливо шагая между уже сработавшими ловушками, атлет снова опустился к земле и принялся раскрывать свой дар.
Сначала ему показалось, что внутри вообще ничего нет, а ощущение чего-то мягкого только обман из-за плотной брезентовой обертки. Но в следующий миг он понял, на что смотрит и широко улыбнулся. В каком-то смысле это было даже лучше снайперской винтовки, о которой он мечтал.
Плащ-хамелеон, наподобие того, что был надет на сопровождавшем его солдате. Немного устаревшая модель: в нем не было функции адаптивного камуфляжа, позволяя с помощью электроимпульсов, проводимых сквозь специальный материал изменять его фактуру и цвет. Этот плащ был способен тускнеть или светлеть в зависимости от количества света вокруг. Вот и сейчас он казался абсолютно черным пятном в темноте вокруг. Даже с небольшого расстояния различить что-то было непросто.
Задумчиво накинув плащ на плечи и застегнув несколько специальных стяжек, Олег снова оглянулся и посмотрел в камеру, ту, что висела на самой нижней ветке.
Он был один на огромном пространстве, напичканном смертоносными ловушками, а на него сейчас с упоением смотрела вся страна. Кто-то уже был разочарован тем, что не увидел первой крови, кто-то наверняка счастлив, что один из фаворитов не попался на крючок в самом начале. Были и многие другие со своим мнением, но всех их объединяло одно: они ждали остальных атлетов, чтобы увидеть бойню, сражение, смерть.
Сплюнув, Олег отпихнул ногой брезент, разорванный на части, и, выбрав направление, побежал в лес.
Он старался двигаться в стороне от созданных тропинок. Иногда останавливался ненадолго, чтобы перевести дыхание и оценит обстановку, рассматривая все вокруг в поисках новых ловушек.
Все больше ему казалось, что он бывал здесь. Когда-то давно и лишь однажды, но многие повороты, дорожки и детали пейзажа, казались ему знакомыми. За спиной, на открытом участке около маленького озера, остались развалины какой-то и без того старой постройки века восемнадцатого. Белый и красный кирпич, арочный свод, еще одна стена, кажущаяся карликом на фоне той, что была возведена вокруг арены. Олег подумал, что у нее есть еще какая-то функция, помимо сдерживания атлетов в замкнутом пространстве, но не мог придумать, для чего же еще может быть нужна такая махина. Но наверняка это было правдой: корпорация вряд ли потратила бы такое огромное количество ресурсов, руководствуясь лишь одним назначением столь внушительной постройки.