Фабрикой

                вывешен

                               жалобный ящик.

Жалуйся, слесарь,

                              жалуйся, смазчик!

Не убоявшись

                       ни званья,

                                       ни чина,

жалуйся, женщина,

                              крой, мужчина!

Люди

         бросали

                      жалобы

                                  в ящик,

ждя

      от жалоб

                    чудес настоящих.

«Уж и ужалит

                      начальство

                                        жало,

жало

        этих

               правильных жалоб!»

Вёсны цветочатся,

                             вьюги бесятся,

мчатся

           над ящиком

                              месяц за месяцем.

Время текло,

                    и семья пауков

здесь

         обрела

                    уютненький кров.

Месяц трудясь

                        без единого роздышка,

свили

          воробушки

                            чудное гнездышко.

Бросил

            мальчишка,

                               играясь ша́ло,

дохлую

            крысу

                      в ящик для жалоб.

Ржавый,

             заброшенный,

                                    в мусорной куче

тихо

       покоится

                     ящичный ключик.

Этот самый

                   жалобный ящик

сверхсамокритики

                             сверхобразчик.

Кто-то,

           дремавший

                              начальственной высью,

ревизовать

                  послал комиссию.

Ящик,

         наполненный

                              вровень с краями,

был

       торжественно

                             вскрыт эркаями.

Меж винегретом

                          уныло лежала

тысяча

            старых

                        и грозных жалоб.

Стлели бумажки,

                           и жалобщик пылкий

помер уже

                 и лежит в могилке.

Очень

          бывает

                      унылого видика

самая

          эта вот

                      самокритика.

Положение —

                       нож.

Хуже даже.

Куда пойдешь?

Кому скажешь?

Инстанций леса́

просителей ждут,—

разведывай

                   сам

рабочую нужду.

Обязанность взяв

добровольца-гонца —

сквозь тысячи

                       завов

лезь до конца!

Мандатов —

                    нет.

Без их мандата

требуй

           ответ,

комсомолец-ходатай.

Выгонят вон…

Кто право даст вам?!

Даст

        закон

Советского государства.

Лают

         моськой

бюрократы

                 в неверии.

Но —

         комсомольская,

вперед,

            «кавалерия»!

В бумажные

                    прерии

лезь

       и врывайся,

«легкая кавалерия»

рабочего класса!