Коридон, без перебоя

Лей в бокал вино хмельное,

Чтоб забылся сном разлад,

Что во мне яриться рад,

Душу бедную терзая,

Словно кролика борзая.

Пусть разлад уйдет с порога —

Впредь ни горесть ни тревога

Не преступят мой порог.

Близок срок или далек,

Не желая долголетья,

Знаю: должен умереть я.

Скука — в книге слишком длинной.

Жалок тот, кого в руины

Старость превратить смогла.

Как почую, что прошла

Юность, вмиг хотел бы кануть

В вечность, чтоб с тоски не вянуть.

Потому без перебоя

Лей в бокал вино хмельное,

Чтоб забылся сном разлад,

Что во мне яриться рад,

Душу бедную терзая,

Словно кролика борзая.

Ты думаешь, Обер, что галльская держава

Милее небесам монархии мидян,

Державы эллинов, империи римлян,

Лишь прах оставивших от мощи величавой?

И нашу мощь сотрет смерть по земному праву,

Как все живущее; забьет веков бурьян

Латинский ли стишок, французский ли роман;

Трудам людей терпеть от смерти век расправу.

О, быть бы зодчим я иль каменщиком рад,

Я наверху тогда украсил бы фасад

Клюкой почтенною, а не лопаткой скромной.

Всю жизнь строчить стихи — зачем мне этот дар,

Ведь сгинут вмиг, когда от Парки вероломной,

Что в грош не ставит Муз, постигнет нас удар?