Зажглись первые лампы, разгоняя подступившую темноту, когда Тутмес расположился в комнате вместе с Шуббой и Муру, высоким чародеем из Кордафана. Шубба, с опаской поглядывая на хозяина, только что закончил свое повествование.

– Вижу, что я недооценил подозрительность Тананды, – обронил Тутмес. – Жаль терять такой многообещающий инструмент, как немедийская девчонка, но не всякая стрела попадает в цель. Вопрос, однако, заключается в следующем: что мы будем делать дальше? Кто-нибудь видел Агееру?

– Нет, мой господин, – ответил Шубба. – Он исчез после того, как поднял мятеж против Тананды, – и очень вовремя, должен сказать. Одни говорят, что он покинул Мероэ; другие утверждают, что он прячется в храме Джуллы, день и ночь творя чудеса и предсказания.

– Если бы у нашей божественной королевы была хоть капелька мозгов, – злобно оскалился Тутмес, – она бы отправила в «обиталище дьявола» надежных стражников и развесила бы всех колдунов на стропилах их собственного убежища. – Двое его собеседников вздрогнули как по команде и опасливо переглянулись. – Знаю-знаю, вы боитесь их заклинаний и призраков. Что ж, посмотрим. Девчонка отныне совершенно бесполезна для нас. Если Тананде не удалось силой вырвать у нее наши тайны, то Конан добьется этого лаской, а в его доме она не узнает ничего, что представляло бы для нас интерес. Поэтому она должна умереть. Муру, ты можешь отправить своего демона в дом Конана, пока он сегодня вечером будет командовать своими стражниками, чтобы покончить с девчонкой?

– Это я могу, хозяин, – ответил кордафанец. – Должен ли я приказать ему остаться и убить Конана, когда тот вернется? Потому что я вижу – ты никогда не станешь королем до тех пор, пока Конан жив. Пока он занимает свой нынешний пост, он будет драться, как дьявол, защищая королеву, свою возлюбленную, потому что он дал слово, невзирая на то, что в остальных вопросах они могут ссориться и расходиться во мнениях.

Шубба добавил:

– Даже если мы избавимся от Тананды, нам все равно будет мешать Конан. Он может захотеть сам стать королем. Он уже и так фактические некоронованный король Куша – конфидент и любовник королевы. Стражники любят его, клятвенно уверяя, что, несмотря на свою белую кожу, внутри он такой же чернокожий человек, как и они.

– Хорошо, – заключил Тутмес. – Давайте избавимся от сладкой парочки одновременно. Я буду наблюдать за пытками Аахмеса на главной площади, чтобы потом никто не мог упрекнуть меня в том, что я замешан в убийстве.

– А почему нельзя натравить демона и на Тананду? – поинтересовался Шубба.

– Еще не время. Во-первых, я должен заручиться поддержкой остальных вельмож в своей борьбе за трон, а это будет нелегко. Слишком многие из них спят и видят себя королем Куша. До тех пор, пока моя партия не усилит свое влияние, моя власть будет такой же слабой, как сейчас у Тананды. Поэтому я удовлетворюсь тем, что буду ждать, пока королеву не погубят собственные излишества.