Миновав услужливо поднятый шлагбаум, такси въехало на огороженный двор и остановилось перед подъездом красивого, устремленного ввысь многоэтажного здания из стекла и стали, в зеркальных окнах которого отражалась, казалось, вся улица.

Расплатившись с водителем, Крим и Пул поднялись на крыльцо, и гростианин набрал код домофона. Раздался негромкий гудок, прервавшийся через несколько секунд слегка искаженным динамиком голосом:

– Кто?

– Это мы, – отозвался Пул, зачем-то склонившись к самому микрофону. – Пул с Гроста и Крим.

– А что кричать-то? – последовал ответ. – Открываю.

Послышалось слабое жужжание, потянув за ручку, Пул распахнул дверь.

Лифт вознес друзей на нужный этаж. Одна из дверей на площадке была приоткрыта. Сверившись с номером на табличке, Пул направился к ней.

СиннИ встретила их сразу за порогом квартиры.

– Ну, наконец-то! – всплеснула руками она. – Что же вы так долго? Я уже волноваться начала.

Вместо ответа Крим вынул из-за спины руку и протянул девушке огромный букет вегских цветов.

– Это тебе, – выдохнул он. – Поздравляю с днем рождения!

Из-за этого самого букета они и задержались. Забыв за своими занятиями о полученном приглашении, о подарке Шторр, разумеется, заранее не позаботился. Теперь же, наскоро перебрав в уме варианты, Крим остановил свой выбор на самом, по его мнению, универсальном – цветах. Тут, однако, вмешался Пул.

– Она же у нас, вроде, еще живая? – выговорил он сквозь смех, когда Шторр поделился с ним своей идеей.

Отсмеявшись, гростианин пояснил недоумевающему Криму, что у кешлян принято дарить цветы в единственном случае – на похороны. Такие же традиции и на большинстве планет Империи.

– На Реде я о таком не слышал, – не сдавался Крим. – Я уже не говорю о Тер… о некоторых независимых планетах. Может, и на Веге свои обычаи?

– Едва ли, – возразил Пул. – Впрочем, подожди минутку, – гростианин встал и вышел из кельи.

Вернулся он через пять минут.

– Ты оказался почти прав, – заявил Пул с порога. – Я тут перетер с парой вегоидов – оказывается, у них действительно заведено дарить друг другу цветы. Причем, именно женщинам и именно на день рождения.

Крим просиял.

– Подожди радоваться, – осадил его гростианин. – Это не какие попало цветы, а специальные, вегские. Причем для каждого возраста – свои. Не думаю, что ты найдешь их здесь, на Кеш-Улли.

– И все-таки, я попытаюсь, – сказал Шторр.

Следующий час они кружили на такси по городу в поисках вегских цветов. Задача действительно оказалась не из легких. Цветочные магазины им встречались, и ассортимент их был весьма разнообразен, но все они, в кешлянской традиции, тяготели к похоронным обрядам. О вегских цветах тут если и слышали, то лишь как о странном казусе, не имеющем никакого отношения к их бизнесу.

Чем дольше длились их бесплодные поиски, тем больше роптал Пул, призывая бросить это безнадежное дело, купить в первом попавшемся магазине какую-нибудь безделушку и скорее спешить в гости, но Крим был непреклонен. И его упорство оказалось вознаграждено. В каком-то узком переулке, в который они и свернули-то только затем, чтобы объехать пробку, скопившуюся на основной магистрали, их таксист заметил подвал с неяркой вывеской «Вега» над входом. Помимо массы малопонятных и совсем уж непонятных вещей, разложенных на витрине и развешанных по стенам, здесь продавались и цветы.

Пожилой вегоид долго расспрашивал Крима о поводе, к которому требуется букет, после чего поинтересовался, знает ли Крим, сколько это будет стоить. Шторр понятия об этом не имел, но почему-то постеснялся в этом признаться и утвердительно кивнул.

– Сто кредитов – цветок, всего пятнадцать цветов, – пояснил, тем не менее, продавец и направился в подсобку.

– Ты с ума сошел, – зашептал Пул на ухо Шторру, когда за вегоидом закрылась дверь. – Полторы тысячи кредитов! Блин! У тебя хоть деньги-то такие вообще есть?

Крим вновь кивнул. Отступать было поздно.

Вернулся продавец и вручил Шторру готовый букет. На лице Крима отразилось разочарование. Было непонятно, что здесь может стоить таких безумных денег. Цветы, составлявшие букет, в своем большинстве не блистали особым великолепием, были скромных, если не сказать тусклых тонов. Подобранные вместе, они, правда, неплохо сочетались друг с другом, выглядели мило – но не более того. Запаха у них тоже не было.

Из-за спины продавца Пул покрутил пальцем у виска.

Расплатившись, друзья вышли на улицу.

– В следующий раз, если тебя пригласят на день рождения, поручи покупку подарка мне, – проворчал Пул, когда они садились в такси. – Я найду твоим денежкам куда лучшее применение.

И вот теперь этот самый букет был в руках СиннИ.

– Ты с ума сошел! – выдохнула девушка, сама того не ведая, повторив слово в слово Пула. – Наши цветы! Где ты их достал?!

Крим потупил глаза.

– Пришлось смотаться на денек на Вегу, – вступил в разговор Пул. – Вот, кстати, это тоже тебе, – он протянул девушке коробку в красочной обертке. Это, конечно, не вегские цветы, но тем не менее…

– Спасибо, – СиннИ с улыбкой взяла подарок, но взгляд ее по-прежнему не мог оторваться от букета. – РиллИ, иди скорей, смотри, что мне подарили! – крикнула она, обернувшись.

На зов из комнаты вышла ее подруга РиллИ, ученица из группы Крима, опоздавшая к началу занятий в Гимназии. Следом за ней появились еще два вегоида – юноша и девушка, похожие, как брат и сестра. Шторр не мог поручиться, видел ли он их в Гильдии.

– Ух ты, цветы! – изумилась РиллИ. – Прямо как дома!

– И правильно подобраны! – вторил ей молодой вегоид. – Я и не знал, что где-то кроме Веги так умеют!

– Вот это я понимаю – подарок! – восхищенно произнесла третья девушка.

Крим почувствовал некоторую неловкость от того, что букет полностью затмил подарок Пула – на него никто, включая СиннИ, не обращал внимания, но самого гростианина это, похоже, нимало не смутило.

– Знали бы вы, сколько мы их искали! – заявил тот. – Вот, придумали же обычай у вас на Веге!

– Это старинная традиция, – пояснил с улыбкой вегоид. – Кстати, согласно ей, первый, подаривший девушке на пятнадцатилетие такой букет, рассматривается как основной кандидат в ее женихи. Тебе сегодня уже дарили цветы, СиннИ?

– Нет, – проговорила девушка и покраснела.

– Я не знал… – произнес Крим, и его ответ потонул во взрыве веселого смеха.

– Ладно, женихи, раздевайтесь и проходите, – взяла на себя роль хозяйки РиллИ. – Кстати, у нас на Веге есть и другая традиция. Опоздавшие на праздник должны выпить за виновника торжества. ЧиИл, неси пиво.

Вегоид вышел в комнату и через минуту вернулся с двумя бокалами, доверху наполненными пенящейся оранжевой жидкостью. Он протянул их Криму с Полом. Гростианин с готовностью взял угощение.

– Вот это я понимаю – традиция, – провозгласил он. – Империя просто обязана распространить ее законом на всей своей территории! За здоровье именинницы! – с этими словами он в несколько глотков осушил бокал и повернулся к Шторру. – Ну а ты чего ждешь, братишка?

Крим покачал головой.

– Я, вообще-то, не пью…

В Интернате на Реде алкоголь был под строжайшим запретом, да и достать его там, посреди безлюдной пустыни, было особо неоткуда, так что даже старшие воспитанники едва ли могли похвастаться тем, что пробовали спиртное. На Базе землян сухой закон сложился сам собой, в силу все того же физического отсутствия предмета вожделения. Ходили, правда, слухи о бочонке настоящего земного коньяка, хранившемся в комнате Миркуса Вебера, капитана «Викинга», но Крим не знал никого, видевшего его своими собственными глазами.

– Да брось ты, это же только пиво, – хлопнул его по плечу Пул.

Шторр отчаянно замотал головой.

– Нет, лучше не надо.

– Давай, брат, традицию нарушать нельзя, – Пул подмигнул вегоидам и, взяв у ЧиИла второй бокал, вложил его в руку Крима. – Тебе понравится.

Шторр все еще колебался, и Пулу пришлось почти насильно поднести руку с бокалом к его рту.

– Давай, пиво не может не понравиться, – повторил он.

Поняв, что отвертеться не удастся, Крим сделал неуверенный глоток. Пиво оказалось горьковатым на вкус, слегка вяжущим язык. Повинуясь руке Пула, чуть наклонившего бокал, Шторр глотнул еще раз, потом еще.

– Ну, как? – спросил гростианин, когда бокал опустел.

– Ничего… – напиток не произвел на Крима никакого впечатления. Он не был ему противен, но и называть его вкусным Шторр бы не стал. Крим с опаской прислушался к своим ощущениям, ища признаки опьянения, но ничего такого пока не заметил.

– Я же говорил, что тебе понравится! – по-своему понял его Пул. – Ну, с почином, как говорится!

– Проходите в комнату, – вмешалась, наконец, СиннИ. – Располагайтесь, где хотите.

Комната была просторной и почти не заставленной мебелью. В середине ее находился круглый диванчик, как бы собранный из шести отдельных лишенных подлокотников кресел с общей конусообразной спинкой в центре. У стены стоял стол, застеленный яркой цветной скатертью, на которой громоздились аппетитного вида блюда. Здесь же высилась стопка чистых тарелок, лежали приборы. В нише у стены разместился стереовизор, рядом с ним – еще какой-то незнакомый Криму прибор. Окна были закрыты серебристыми, не пропускающими свет жалюзи, что позволяло в полной красе проявить себя замысловатой люстре, сплошь состоящей из хаотичного переплетения стеклянных и металлических трубок. В таком же стиле были светильники на стенах.

– Берите тарелки, кладите себе, что хотите, – пригласила СиннИ, указывая в сторону стола. – У нас тут по-простому.

Не заставив себя упрашивать, Крим и Пул направились к еде. Неловко орудуя вегской вилкой, Шторр наполнил тарелку и оглянулся в поисках места. Пул уже примостился на диване, с аппетитом наворачивая какой-то салат. В этот момент к Криму подошла СиннИ.

– Еще раз огромное спасибо за цветы, – произнесла она, немного смущаясь. – Я, признаться, даже сначала растерялась – настолько это было неожиданно.

– Не стоит благодарности… – промямлил Шторр. – А где твои родственники? – поспешил он переменить тему.

– Они уехали на выходной, чтобы нам не мешать. Весьма мило с их стороны, правда?

– Да, пожалуй… Кстати, ты не представила нам своих друзей.

– Ой, и правда! Ну, РиллИ ты знаешь. А это, – СиннИ кивнула в сторону примостившейся на диване парочки вегоидов, – ЧиИл и ЧиллИ, брат и сестра, они из моей группы. Пул с ними, кажется, знаком.

– Понятно… – протянул Крим, не зная, что бы еще сказать.

– Не хочешь еще пива? – спросила девушка.

– Признаться, не очень. Оно горькое.

– Не понравилось? – не удивилась СиннИ. – Мне в первый раз тоже не понравилось. А может быть, тогда вина? Оно сладкое.

– Вино на пиво – это диво! – провозгласил Пул, невесть как оказавшийся за спиной у Крима. – А вот если пиво на вино – это… Это уже совсем не так хорошо, – не в рифму закончил он.

СиннИ прыснула, но Крим шутки не понял.

– Так как насчет вина? – повторила свой вопрос девушка. – Нашего, с Веги. Оно у нас совсем легкое, не то, что кешлянское.

– Ну, давай, – неуверенно согласился Крим.

– ЧиИл, – позвала СиннИ, – налей, пожалуйста, Криму вина.

– С удовольствием, – вегоид встал с дивана, подошел к столу и с легким хлопком вытащил пробку из высокой зеленой бутылки без этикетки с узким длинным горлышком. Вино полилось в подставленный бокал. Оно было нежно-розового цвета.

– Предлагаю тост за нашу очаровательную хозяйку, – провозгласил ЧиИл. – У всех налито?

Его сестра и РиллИ подошли со своими бокалами.

– За тебя, дорогая, – проговорила РиллИ.

– За тебя, – вторила ей ЧиллИ.

– Присоединяюсь! – Пул поднял пиво.

– Спасибо! За вас, – ответила СиннИ.

Крим пригубил вино. Вкус у него действительно был сладкий, даже, пожалуй, приторный. Сделав небольшой глоток, Шторр собирался поставить бокал на стол, но его руку перехватила РиллИ.

– За именинницу – до дна! – заявила она.

Крим покорно допил вино. Вкус ему понравился, но немного насторожила легкость, мгновенно распространившаяся по телу. Он встряхнул головой, пытаясь разобраться в своих ощущениях. Нет, вроде, ничего страшного. Даже, пожалуй, приятно…

Присев на диван, Крим смог наконец заняться едой. Блюда были в основном незнакомые, сочетания вкусов довольно непривычные, но в целом все оказалось вполне съедобным. Он даже сумел постепенно приспособиться к вегской вилке, переняв от новых знакомых особый хват.

Тарелка Крима уже почти опустела, когда к нему подошла РиллИ. В руке у нее было два бокала, один из которых она протянула Шторру.

– Я хочу снова выпить за нашу милую СиннИ, – громко сказала она. – Я знаю ее, наверное, дольше всех, здесь присутствующих, и хочу сказать, что за всю жизнь мне не встречалось более доброго, отзывчивого, во всех смыслах очаровательного человека. За тебя, СиннИ!

Крим опустошил свой бокал. С каждым разом вино нравилось ему все больше.

– Ты меня опередила, РиллИ, – подал между тем голос ЧиИл. – Я как раз хотел поднять НАШ тост, – слово «наш» он произнес с особым нажимом. Прошу всех наполнить бокалы.

– Мне кажется, для него не совсем удобный случай, – осторожно заметила его сестра, и Криму показалось, что при этом она как-то странно покосилась на него и Пула.

– Для нашего тоста всегда удобный случай, – возразил ЧиИл.

Создавалось, однако, впечатление, что его соплеменницы не столь уверены в этом. Возникшее напряжение снял Пул.

– Если вы про нас с Кримом, то можете не стесняться, – заявил он, обращаясь главным образом к ЧиллИ. – Мне уже приходилось общаться с вашими земляками. – Он поднял свой бокал. – Итак, объявляется вегский тост. Долой Империю!

– Долой Империю! – подхватил ЧиИл, вскакивая на ноги.

– Долой Империю! – дружно, хотя и не так горячо, вторили девушки.

Ничего не понимающий Крим тоже поднялся.

– Долой Империю! – с чувством провозгласил он, опрокидывая бокал.

Тем временем вегоиды расселись по своим местам и вернулись каждый к своему занятию, словно ничего необычного и не произошло. Недоумевая, Шторр подошел к СиннИ.

– Я был уверен, что Вега – такая же основа Империи, как Кеш-Шлим и Кеш-Улли, – негромко проговорил он. – Разве это не так?

– Скорее так, чем нет, – согласилась девушка.

– Откуда же тогда это «Долой Империю!»? Я бы еще понял это на Гросте Пула – тот еще недавно был независимой планетой. Но ведь это ВАШ тост?

– Это тоже одна из традиций, – стала объяснять СиннИ. – Вега ведь не всегда входила в Империю. Когда-то мы с Кеш-Шлим даже воевали, причем весьма ожесточенно. Да и потом, когда Империя победила, поначалу то и дело случались восстания. Конечно, это было сотни лет назад, сейчас такое никому и в голову не придет. Но некоторые относятся к этому слишком серьезно. Вот ЧиИл, например. Но, повторяю, это только традиция…

– А я бы вот так категорично не утверждал, – Крим и не заметил, как к ним подошел молодой вегоид. – Рано или поздно железные объятия Кеш-Шлим ослабнут, и Вега станет свободной планетой. Надо быть готовым к этому, чтобы не рухнуть вместе с Империей.

– Империя вечна, – возразила СиннИ.

– Любая вечность имеет свой предел, – заметил ЧиИл.

– Нам тут только политической дискуссии недоставало, – вмешалась в разговор РиллИ. – Есть этот предел, нет его – не нам гадать. Поехали-ка лучше куда-нибудь, развлечемся – что дома сидеть?

– С удовольствием, – подхватила ЧиллИ. – А куда здесь можно поехать, а, СиннИ?

– Ну, можно в Парк аттракционов, например. Я сама там еще не была, но говорят, там здорово.

– Я там был, – заявил Пул. – Чудесное место.

– Тогда решено, едем кататься на аттракционах, – заключила РиллИ. – СиннИ, тебе помочь убраться?

– Да ладно, – девушка махнула рукой. – Я вечером сама все уберу. Мои возвращаются только завтра утром, успею.

– Отлично. Предлагаю на дорожку тост, – ЧиИл с бутылкой вина в руке был тут как тут. – Давайте выпьем за друзей. Вот мы четверо – с Веги, Пул – с Гроста, Крим… Крим, ты у нас откуда?

– С Реды, – ответила за Шторра СиннИ.

– Замечательно. Крим – с Реды. Как здорово, что мы встретились все здесь, на Кеш-Улли, так далеко от наших родных планет. За дружбу.

– Ура, за дружбу! – подхватил Пул, похоже, всегда готовый поддержать любой лозунг, если дело касалось пива.

Охотно поднял свой бокал и Крим. На душе у него было легко и весело.