Остаток дня ушел у Крима на знакомство со своим новым домом. Малый Дворец Гильдии включал в себя целый комплекс зданий, связанных друг с другом замысловатыми коридорами, лестницами и даже открытыми галереями. При этом отдельные его части нередко стояли на разном уровне, высота потолков также могла значительно разниться, из-за чего, поднявшись со второго этажа на какие-нибудь две-три ступеньки, можно было легко обнаружить себя уже на третьем, четвертом или даже первом этаже – только соседнего корпуса.

Как понял Крим, главной частью дворца, да и собственно дворцом, было помпезное трехэтажное, не считая барабана купола, здание с колоннадой, выходящее фасадом на площадь. Широкая лестница, начинающаяся почти от входа, раздваивалась перед портретом Императора, с высоты нечеловеческого роста строго взирающего на каждого переступающего порог, после чего ее левый, более короткий пролет, как и положено, вел на второй этаж. Правый же рукав, совершив еще один поворот, позволял миновать парадные залы и выводил тоже на второй этаж, но уже не самого дворца, а более современной пристройки. Именно там находились коридор со скамьями и лекционный зал, где Крим уже успел побывать утром.

Из коридора, пройдя через зал, можно было попасть в девятиэтажный корпус Постоялой Палаты. Четыре ее верхних этажа занимали ученики, прибывшие в Гимназию с других планет или отдаленных районов Кеш-Улли. На четырех этажах под ними жили преподаватели – Мастера Гильдии. Вход для учеников туда был ограничен. На первом этаже находились общие помещения: комнаты отдыха, библиотека, зал для занятий спортом и еще что-то в этом роде – Крим не запомнил.

В противоположном от лекционного зала конце коридора располагалась еще одна лестница, поднявшись по которой, можно было попасть на этаж для классных занятий. Здесь находились учебные аудитории – заставленные партами комнаты, некоторые были оборудованы компьютерными мониторами, но большинство – лишены видимых технических изысков. На стенде возле лестницы Крим обнаружил списки учебных групп и расписание занятий. По всему выходило, что Гимназия не слишком обременяла своих учеников академической нагрузкой. На следующий день было запланировано единственное семинарское занятие, на послезавтра – единственная же лекция.

Остальные здания Дворца, по-видимому, не имели прямого отношения к Гимназии.

Когда Крим вернулся в келью, небо за окном уже начинало темнеть. Пул с Гроста по-прежнему лежал на диване, даже поза, кажется, не изменилась. Еще днем, раскладывая в шкафу вещи, Шторр обнаружил на полке свернутые в рулон занавески («Все руки никак не доходят повесить», – пояснил сосед.). Крим достал их и разложил на кровати. Ткань была мятая, но во всех прочих отношениях выглядела вполне прилично. Взяв в руки одну из штор, Крим придвинул к окну стул, взобрался на него ногами, затем переступил на подоконник и принялся прицеплять занавеску к карнизу за тонкие металлические петли. За первой шторой последовала вторая. В конце, правда, ему не хватило одного крючка – Крим пропустил его в самом начале, не заметив на краю карниза – но он решил пока оставить все как есть.

Шторр спрыгнул с подоконника на пол, отошел к двери и огляделся. В комнате стало гораздо уютнее. Пул, выглянувший на шум из своей каморки, одобрительно кивнул.

– Молодец. К утру отвисится – еще лучше будет. У меня так же было. Ты на ужин идешь?

– На ужин? – переспросил Крим, тут же поняв, что проголодался.

– На ужин, на ужин.

– С удовольствием. А здесь есть ресторан?

– Ну, ресторан не ресторан, а трапезный зал есть. Завтрак и ужин – от Гильдии, а вот за обед надо платить самому. Но я, например, обедать обычно не хожу, да и никто у нас не ходит.

– Почему? – не нашел ничего лучшего, как спросить, Крим.

– Стипендии только на пиво хватает.

Шторр так и не понял, пошутил его сосед или говорит серьезно.

Они вышли из кельи.

– А что, двери здесь не запирают? – поинтересовался Крим.

– Даже замков нет. Свои просто так не полезут, а чужих здесь не бывает.

Вслед за Пулом Крим прошел к лестнице. Бросив быстрый взгляд на зарешеченную шахту лифта и поняв, что кабина где-то далеко внизу, гростианин махнул рукой и принялся спускаться пешком. Шторр не отставал. Достигнув первого этажа, они нырнули в боковой коридор и, оставив позади арку, ведущую к библиотеке, оказались перед широко распахнутыми дверями, из-за которых распространялся аппетитный аромат кухни.

– Вот и наш трапезный зал, – сказал Пул. Впрочем, Крим это уже и сам понял.

Они вошли внутрь и пристроились за группой учеников, ожидающих своей очереди возле стойки раздачи. Откуда-то в руках Пула появились два пластиковых подноса, один из которых гростианин протянул Криму. Живых официантов здесь, конечно же, не было. На стойке, на расстоянии друг от друга, стояли небольшие таблички с изображением блюд. Поднос двигался по медленно ползущей вдоль прилавка ленте. Когда он оказывался перед нужной табличкой, требовалось нажать расположенную под ней клавишу, откидывалась крышка и тарелка или чашка сама соскальзывала на него.

Подсмотрев за действиями своих соседей, Крим легко разобрался с управлением, и скоро на его подносе уже громоздились глубокая тарелка с густым супом, блюдце с овощным рагу и кружка горячего компота. Шторр собирался было добавить к ним десерт, но подошедший сзади юноша-кешлянин мягко перехватил его руку.

– Больше трех брать не принято, любезный брат.

– Да, я забыл тебе сказать, – на голос обернулся стоящий впереди него Пул. – Ученики первой стадии могут брать три блюда, старшие – и вовсе два. Поблагодари мудрого брата за подсказку. Можешь еще взять хлеб, он без счета.

– Спасибо, мудрый брат, – произнес Крим, не поняв до конца, следует ли ему обратиться к Пулу или к кешлянину.

Так как кивнули в ответ оба, вопрос этот так для него и не прояснился.

Подхватив свой поднос, Пул завернул за стойку и остановился, выбирая свободное место. Через несколько секунд к нему присоединился Шторр. Он почему-то ожидал увидеть что-то наподобие столовой Интерната – широкий длинный стол, за которым умещались все воспитанники. Но зал оказался заставлен небольшими (на четверых, не больше) круглыми столиками. Зато их было множество. Правда, многие заняты.

Обведя глазами зал, Крим заметил девушку, сидевшую рядом с ним на лекции. Она в задумчивости постукивала по краю тарелки раздвоенной палочкой – принятый на Веге столовый прибор. Девушка сидела за столиком одна.

– Неплохой выбор, – перехватил его взгляд Пул и решительно двинулся с подносом в руках по направлению к вегоидке. Криму ничего не оставалось, как только последовать за ним.

– Прошу прощения, милая сестра, – вкрадчиво произнес гростианин, приблизившись к девушке. – Вы позволите составить вам компанию?

– Конечно, пожалуйста, – девушка подняла глаза и улыбнулась, узнав Крима. Крим тоже улыбнулся, чем вновь, как и в прошлый раз, на лекции, вогнал ее в краску. Однако здесь ей уже некуда было отворачиваться.

Шторр и Пул поставили свои подносы на стол и сели. Крим обратил внимание, что здесь не принято освобождать подносы – ученики ели прямо с них и оставляли на столах вместе с грязной посудой. Очевидно, потом кто-то их должен был убирать, но сейчас многие столики так и оставались ими загромождены.

– Позвольте спросить, милая сестра, – проговорил Пул, – как ваше имя?

– Меня зовут СиннИ. – Ударение в имени девушка поставила на последний слог.

– Я – Пул с Гроста, – продолжал Пул, хотя его никто об этом не спрашивал.

– А вас как зовут, мудрый брат? – поинтересовалась СиннИ у Шторра.

– Крим. Только вряд ли я для вас мудрый брат. Я сегодня первый день в Гимназии.

– Мудрый брат – это я, – встрял Пул.

– Я тоже первый день, – сказала девушка, проигнорировав его реплику. – Только вчера прилетела с Веги. А вы откуда?

– Я с Реды.

– А я, как уже сказал, с Гроста, – жуя хлеб, вставил слово Пул.

– Вы чем-то расстроены? – спросил девушку Шторр.

– Нет. Почему вы так решили?

– Это сразу заметно, – вновь вмешался гростианин. – Вы пытаетесь есть суп вегской вилкой. – Действительно, СиннИ опустила свою палочку в тарелку с супом и, не глядя, помешивала его ею.

– Ой! – Девушка положила вилку на поднос и потянулась за обычной ложкой, мало различающейся что на Кеш-Шлим, что на Гросте, что на Терре. – Да, я немного переживаю за свою подругу. Она должна была прилететь со мной, но заболела и осталась дома.

– Понятно, – проговорил Пул. – Ну, ничего страшного, бывает. Прилетит попозже.

– Да, конечно, – согласилась СиннИ. – Но она так ждала этого момента, так готовилась. Да и мне, признаться, без нее одиноко. Друзей здесь у меня пока нет.

– Вы живете в Постоялой Палате? – спросил Крим.

– Нет. У меня здесь в городе дальние родственники, я пока остановилась у них. А вот РиллИ – это подруга – она будет жить в Палате.

– Передайте тогда ей, чтобы обращалась, если что, – сказал Пул. – Наша келья под номером семь-шесть-три. Да и сами, конечно, заходите в гости.

– Спасибо, – кивнула девушка. На секунду она задумалась, затем, словно решившись на что-то, продолжила: – В свою очередь, приглашаю вас на свой день рождения. Через неделю мне исполняется пятнадцать стандартных лет.

– Спасибо, обязательно придем, – ответил Пул прежде, чем Крим успел подсчитать, сколько лет девушке в земном исчислении. Получалось, она младше его где-то на год. – А где вы будете праздновать? У родственников?

– Пока не знаю, – СиннИ почему-то смутилась. – Но мы же наверняка еще увидимся за эту неделю?

– Конечно, – сказал Крим. – На лекции там или на занятиях.

СиннИ смутилась еще больше. Пул сильно толкнул Шторра ногой под столом.

– Занятия в Гимназии не занимают много времени, – заявил гростианин. – Может быть, сходим куда-нибудь после них? Здесь, на Кеш-Улли много музеев, театры, опять же есть разные, клубы…

– Спасибо, я подумаю, – произнесла СиннИ.

На некоторое время за их столиком воцарилось молчание.

– Простите, мудрый брат, – прервала его девушка, обращаясь на этот раз к Пулу. – А вы давно в Гимназии?

– Я на третьей стадии, то есть второй год. Только раньше я учился на Кеш-Шлим. Сюда перевелся в этом году.

– А зачем? – не удержался от вопроса Крим. – Зачем перевелся?

– Не зачем, а почему… Собственно, я понятия не имею, почему. Так решила Гильдия.

– Мне вот что непонятно, – произнесла СиннИ. – Я посмотрела расписание – в день у нас по одному занятию или лекции. Это только у новичков так?

– Так у всех. Гильдия никуда не спешит. Империя вечна, так зачем же торопиться?

– Можно было бы быстрее заканчивать обучение, – проговорил Крим.

– А зачем? – спросил Пул.

Никто ему не ответил.

– Я слышала, вы собираетесь через две недели сдать экзамен за первую стадию? – почти без вопросительной интонации произнесла между тем СиннИ, обращаясь к Криму.

– Через две недели? – гростианин едва не подавился компотом. – Она это серьезно?

– Я хочу попробовать, – осторожно ответил Шторр.

– Это невозможно, – безапелляционно заявил Пул. – Или ты тоже перевелся из другой Гимназии?

– Ниоткуда я не переводился. – Тема не нравилась Криму, и он начал злиться. – Я просто хочу попробовать.

– Авантюра, – бросил Пул. – Ты был в библиотеке? Нет? Ну, так сходи, попроси, чтобы тебе показали Общие положения Устава Гильдии Двора. Это несколько вот такенных томов, – гростианин развел пальцы, демонстрируя толщину книги. – Они там целую полку занимают. И никакого тебе гипноза и прочей лженауки: Гильдия признает только классическую форму обучения. Так что все придется читать собственными глазками. Читать и запоминать!

– Все равно, я хочу попробовать, – упрямо проговорил Крим.

– Да пробуй на здоровье, – внезапно бросил спорить Пул. – На самом деле, ты ведь ничего не теряешь. Ну, разве что кроме времени, убитого в библиотеке.

– Если у вас получится, я тоже попробую, – сказала СиннИ.

– У него не получится, – отрезал Пул, но уже без прежнего жара. – Ни у кого не получится. Да и смысла нет.

Ужин заканчивали молча.