Арур Арунн черб кеш ан Арурр, Лорд-канцлер Империи и Первый министр Правительства Его Императорского Величества, оторвал взгляд от бумаг, аккуратно разложенных на необъятно широком красного дерева столе, и медленно перевел его на стоящего перед ним невысокого сутулого человека в неброском, но, несомненно, весьма недешевом сером костюме.

– Я читал ваш отчет, Свит, – проговорил он.

Человек в сером костюме молчал, ожидая продолжения.

Лорд-канцлер протянул руку, взял из стопки справа от себя несколько листков с текстом и положил их перед собой.

– Вы правы, Свит, последние события сильно изменили баланс сил в нашем серпентарии, – губы Первого министра слегка скривились в неком подобии улыбки. Лицо его собеседника по-прежнему оставалось бесстрастным. – Все это, конечно, не имеет ровным счетом никакого значения, пока Его Величество твердо держит ситуацию в руках, но мы-то с вами знаем, что даже наш Великий Император не вечен…

Свит едва заметно кивнул.

– Рано или поздно – и, боюсь, скорее рано, чем поздно – нас ожидает избрание наследника. И скажу вам откровенно, сегодняшний расклад голосов в Регентском Совете ничего нам не гарантирует. Лорд Шифф весьма популярен, и если его поддержат Карр и это ничтожество Глесс… Да, вы правы, Свит, мы никак не можем позволить им получить в руки еще один козырь.

Свит снова слегка кивнул.

– Пора, пора щелкнуть этих выскочек по носу, – продолжил Лорд-канцлер. – Однако ваш план представляется мне несколько сложным. Есть человек, на которого противник делает ставку. Всего один человек. Что нам мешает просто убрать его, как в старые добрые времена, и закрыть вопрос?

– Ничто не мешает, милорд, – голос Свита звучал хрипло, с присвистом, так что людям, непривычным к его речи, вероятно, было бы непросто разобрать слова. Первый министр, однако, был не из их числа. Уже не первый десяток лет Свит оставался его ближайшим помощником и, по большому счету, единственным человеком во всей Империи, которому Лорд-канцлер доверял безусловно. Травма горла, полученная еще в юности в какой-то темной истории в Приграничье, лишила Свита звонкости голоса, но его приглушенный хрип обычно стоил сотни речей лучших ораторов. – Ничто не мешает, – повторил Свит. – И это, конечно, сорвет их планы. Но и мы ничего не получим. То же, что предлагаю я, позволит нам в случае успеха качнуть маятник в другую сторону.

– И каковы шансы на этот успех?

– Я оцениваю вероятность успеха в 30 процентов, милорд. В сложившихся условиях это весьма неплохие шансы. Шансы упомянутых вами уважаемых мною лордов в затеянной ими комбинации – никак не выше. И это если мы вдруг решим не вмешиваться. Если же мы будем действовать – их шансы близки к нулю. В конце концов, пока мы держим процесс под контролем, убрать объект никогда не поздно, милорд.

– Вы как всегда правы, Свит, – согласился Первый министр. – Хорошо, я даю санкцию на проведение операции. Доложите, когда будете готовы.

– Все уже подготовлено, милорд. Агент лорда Глесса, которому поручена операция – мой человек. Он уже на месте. Все остальное наши оппоненты сделают сами. Останется лишь проследить, чтобы они наделали не слишком много ошибок.

– Да уж, за ними нужен глаз да глаз, – на этот раз улыбка Лорда-канцлера производила впечатление вполне искренней. – Хорошо, Свит, не задерживаю вас более. Можете идти.

– Благодарю вас, милорд.

Дверь за Свитом бесшумно закрылась. Первый министр собрал со стола листки отчета и аккуратно сложил их в стопку слева от себя, где скапливались бумаги, не требующие более его внимания.