Третий принцип гармоничного государственного устройства –монархический принцип единоначалия авторы Доктрины предваряют обоснованием принципа самодержавности предлагаемого государственного строительства, исходя из того, что понятие “самодержавие” значительно шире его общепринятой узкой трактовки. Ими предлагается употреблять слово “самодержавие” в значение слово “суверенитет”. “Самодержавие-суверенитет- по мнению авторов - одна из высших форм осуществления свободы, и национальной , и личной, так как Русское понятие самодержавия включает в себя прежде всего позитивный аспект, это не только независимость от чьего-либо чужого суверенитета, но и концентрация в едином властном полномочии огромной государственной мощи”.

В постсоветскй России, по мнению авторов, принцип самодержавия был фактически утрачен, что немедленно сказалось на качестве, эффективности и дееспособности государства.

По нашему мнению, этот принцип был потерян гораздо раньше, в послесталинский и последующий периоды существования СССР. Причиной этого послужило попадание страны, по недомыслию её руководителей, под внешнее концептуальное управление, которое активно использовало антисоветские информационные технологии. К сожалению, о причине потери принципа самодержавия авторы Доктрины умалчивают, хотя и говорят о добровольном заложничестве России в начале 1990 годов.

“Мы стоим, пишут авторы Доктрины, перед задачей восстановления традиционного понимания природы государства, то есть внутреннего самодержавия как единства, полномочности государственной власти и ее сосредоточенности на актуальных исторических задачах.

Проект восстановления монархии, по мнению авторов Доктрины, может разрабатываться на конкурсной основе либо путем:

- восстановлением старой монархии правящей династии (Романовых);

- прямого избрания монарха на Земском соборе;

- воспитания монарха с детских лет под опекой и контролем правящего слоя.

Это позволяет, по мнению авторов Доктрины, сосредоточить власть принимать конкретные и чрезвычайные решения в одних руках и одной голове (президент, правитель и т.д.), являющийся одновременно верховным главнокомандующим. Это должен быть национальный лидер.

Поскольку монархия является, пишут авторы Доктрины, органической формой осуществления самодержавия, то она должна вызреть, а в качестве переходного периода может быть использована диктатура, как кратковременная форма правления.

Авторы прекрасно понимают, что “приход к монархии после длительного периода удаления правящих династий от власти не может произойти легко и безболезненно. Одним из наиболее вероятных путей учреждения вновь монархии в России было бы сознательное решение правящих сил, институтов, согласное с народным общественным мнением”.

Нам представляется не безынтересным привести в данном анализе подход к трактовке понятия “самодержавия” с позиций мировоззренческого стандарта, используемого авторами КОБ. Они опираются в данном вопросе, в том числе, и на позицию В.О.Ключевского. Вот что они пишут в аналитическом сборнике “Об искоренении глобальной угрозы международного терроризма”, Санкт-Петербург, 2004 г.:

“… в основе самодержавия лежит произвольное выражение каждым того желающим общественных интересов как таковых, позволяющее отличить интересы общественные от частных. В Концепции общественной безопасности это называется концептуальной властностью. Концептуальная власть — власть автократичная, т.е. самовластная: и соответственно “самовластье” — это неотъемлемый атрибут самодержавия. И если самодержавие не вырождается в самовластье ради самовластья или не противится Промыслу Божиему, бездумно ссылаясь на те или иные старые или новые догмы, а действует осознанно осмысленно в русле исповедания Промысла, то это — Богодержавие.

И с начала ХХ века Россия нуждается не в самодержавии исключительно государя (главы государства при той или иной форме государственности), а в Богодержавном самодержавии общества как такового, когда знания и навыки, необходимые для осуществления концептуальной власти, а равно — для выявления, осознания и выражения общественных интересов, — доступны всем и каждому, кто того пожелает. Это исключает возможность злоупотребления концептуальной властью со стороны того или иного меньшинства, преследующего свои частные корпоративные интересы в ущерб воплощению в жизнь интересов общественных²⁶[2]. Это и есть демократия как истинное народовластие”.

Авторы “Русской доктрины” завершают свои предложения по формированию государственных органов власти рассмотрением вопроса, связанного с сословно-корпоративным управлением и соотношения государства и местного самоуправления. При этом, как говорилось выше, подчеркивается тезис о том, что партийная система в нынешнем мире теряет значение и деградирует, а посему ни для одной из партий не просматривается ни роли, ни места в государственном устройстве. Лишь опосредовано говорится о том, что “политическая элита (возможно партийная?) в ходе истории нащупывает оптимальную форму государства, подготавливает для неё почву, воспитывая нацию (каким образом?) для принятия и усвоения самых благородных политических институтов”.

Авторы также подчеркивают, что парламентская система в современной России дискредитировала себя (растет пассивность электората) и предлагают “создать рядом с партийно-политическими институциями (какими? деградирующими?) представительство реально существующих в стране социальных, профессиональных и корпоративных групп (а как дела у них будут обстоять с партийной принадлежностью?)”, как дополняющие деятельность Сената: Военный совет, Совет традиционных религий России, Стратегический совет, отраслевые советы экспертов. При этом авторы Доктрины полагают, что корпоративное представительство способно ограничить вредный для интересов государства и общества теневой лоббизм (очевидно, заменив его открытым лоббизмом).

В качестве местного самоуправления предлагается самоуправление территориальных общин. Община - первичная политическая ячейка нации. Местное самоуправление, по мнению авторов Доктрины, должно сопрягаться с органами государственной власти.

Контроль (наблюдение) за деятельностью структур в процессе управления, осуществляемого ими и координация взаимодействия разных структур по мнению авторов Доктрины, входит в компетенцию Сената. В частности:

- осуществление этического и политического надзора (ценза) над высшими органами государственной власти и высшими должностными лицами государства;

- принятие решений о несоответствии отдельных министров и парламентариев цензу, предъявляемому к их должностям;

- констатация невозможности исполнения главой государства своих полномочий вследствие непреодолимых причин, включая состояние его здоровья, а также совершение им государственного преступления;

- отклонение кандидатур на должность главы государства;

- объявление недействительными актов главы государства, изданных от его имени во время его пребывания в плену неприятеля или под влиянием иной враждебной воли.

Рассмотренные выше предложения по государственному устройству не могут быть оценены нами как абсолютно непригодные, так как в них содержатся и рациональные зерна. Но отсутствие системного подхода, отсутствие методологии, понятия видов власти и обобщенных средств управления обществом, отсутствие схем и функций управления и, самое главное, описания органа, несущего обществу концептуальную власть, не позволяют авторам Доктрины сделать свои предложения логичными и завершенными, приводят к ошибочным мнениям, типа восстановлении монархии.

На основе вышеприведенного анализа опубликованных журналом “Политический класс” двух глав из “Русской доктрины” можно сделать следующие выводы:

1. Мировоззренческий стандарт авторов Доктрины не может быть оценен по причине его отсутствия в опубликованных материалах.

2. Авторы Доктрины владеют фактологическим материалом исторического и современного характера, но не проявили в указанных материалах знания методологии управления.

3. Реальное положение дел в России оценивается не совсем точно, у авторов нет понимания концептуальной неопределенности, в котором находится страна, и соответственно не обозначены пути преодоления концептуальной неопределенности.

4. В предложениях не просматриваются положения какой-либо теории управления.

5. В материалах полностью отсутствуют психологические аспекты управления социальными процессами и не затрагиваются вопросы нравственности, как основы любой доктрины, концепции и т.п.

6. Предлагаемая авторами “Русская доктрина” не отражает сути глобального исторического процесса.

8. Принимая во внимание вышеприведенные выводы, основанные на двух опубликованных главах, можно с уверенностью сказать, что “Русская доктрина” является очередным порождением библейской концепции жизнеустройства, внешней для России, на которой основано толпо-"элитарное” общество, и не может быть “оружием сознания нации”.

9. Авторы Доктрины, придерживаясь “динамического консерватизма” и проводя пиар-кампанию ещё не опубликованной работы, содержащей секретные материалы, не подлежащие оглашению широкой общественности, уподобляются коммерсантам средней руки, стремящимся подавить конкурента на рынке, забывая при этом, что нравственности и справедливому жизнеустройству не нужна никакая реклама, ибо ими не торгуют. А народ быстро разберется, что к чему и почему!

Дмитрий СЕДОВ. ДИНАМИЧЕСКИЙ КОНСЕРВАТИЗМ

http://www.rusdoctrina.ru/page95819.html

“...Но думаю, многие согласятся со мной, что решая стоящие перед нами задачи и используя при этом все самое новое, генерируя эту новизну, мы вместе с тем должны и будем опираться на базовые морально-нравственные ценности, выработанные народом России за более чем тысячелетнюю свою историю. Только в этом случае мы сможем правильно определить ориентиры развития страны. И только в этом случае нас ждет успех”

Из Послания Президента России Федеральному собранию 26 апреля 2007 года.

Именно таких слов ждали от президента России многие отечественные ученые-экономисты, политологи, социологи. И когда она прозвучала с высокой трибуны Мраморного зала, они с надеждой загадали на ближайшее будущее: состоится ли долгожданный поворот, не унесет ли стремнина беспощадных обстоятельств в сторону от заявленного курса?

Ведь эта выверенная фраза является концентрированным выражением идеологии динамического консерватизма, которая шаг за шагом пробивает себе дорогу в спорах о путях развития России.

Что такое динамический консерватизм? Это прямой антипод социал-дарвинизму, которому поклонялась команда Е.Гайдара. Суть социал-дарвинизма сводится к простому, как мычание, тезису: мы действуем по непреложным законам абсолютного рынка, а вы выживайте как хотите. Выживут сильнейшие, погибнут слабейшие. Все по Дарвину, за исключением пустяка - ни себя, ни своих папу с мамой Е.Гайдар в стихию абсолютного рынка не опустил. Старики наблюдали за опытами сынка над согражданами с балкона комфортабельного особнячка в Праге. Да и сам великий дарвинист не стал сажать свою семью на получившуюся в результате его экспериментов среднероссийскую зарплату, что позволило ему сохранить не только здоровый цвет лица, но и выпестовать политически ангажированную дочку с розовыми щечками.

К сожалению, заболевание российской правящей элиты социал-дарвинизмом оказалось широко распространенным, и потребовалось время, чтобы начать от него избавляться. И если практически в каждом разделе Послания Президента говорится о необходимости укрепления роли общества и государства, значит, близится банкротство лживых, навязанных зарубежными “консультантами” критериев управления экономикой.

Значит, настало время “Русской доктрины”, над которой трудились лучшие молодые умы российской науки. Именно в “Русской доктрине” применена формула “динамический консерватизм” как основополагающая идеология общественно-экономических реформ. Хочется верить, что сегодня завершается путь доктрины через Всемирный Русский Народный Собор на рабочий стол Президента.

Очень хотелось бы, чтобы коллектив ученых, работавший над “Русской доктриной”, был привлечен правительством для разработки концепции среднесрочных преобразований, которую они сейчас начинают разрабатывать по собственной инициативе.

Так что же такое динамический консерватизм?

Это осуществление социально-экономических реформ с учетом разнообразных особенностей богатейшей национальной традиции. “Русская доктрина” пронизана бережным отношением к духовным ценностям нашего общества и умелой апелляцией к ним в решении практических задач. Она убедительно доказывает, что строительство экономической модели общества с опорой на деятельность “атомизированных” (отъединенных от социального целого) граждан-индивидов не дает и не даст искомых результатов. Новостройка социал-дарвинистов с самого начала перекосилась и выглядит сегодня как убогая, нищая “хрущоба” с роскошным пентхаузом для избранных. Без собирания народного духа в единую силу для движения вперед в нашей стране ничего не будет. А значит, следует отвергнуть “атомизацию” общества и работать над его объединением во имя общепонятных и бесспорных целей. На системной и плановой основе этим может заняться только государство, имеющее для этого сеть культурно-просветительных и образовательных учреждений, а также опору в виде правящих политических партий. Именно об этом речь Президента. Русские всегда были сильны соборностью, соборным духом, и это значимый факт не только нашего исторического прошлого, это важно и для будущего. Президент говорил в своем обращении об усилении роли государства практически во всех ключевых отраслях жизни, и все способные слышать, услышали: государство возвращает себе сберегающую и собирающую роль в отношениях с обществом. Это ли не луч надежды для тех, кто оказал слабейшими в созданной недоучками-американоидами системе социал-дарвинизма?